Сказка

Сказка три девицы под окном: Сказка о царе Салтане — Пушкин А.С. Читайте онлайн с картинками. – Сказка о царе Салтане (Пушкин) — Викитека

Сказка о царе Салтане (Пушкин) — Викитека

Сказка
о царе Салтане, о сыне его
славном и могучем богатыре
князе Гвидоне Салтановиче
и о прекрасной царевне Лебеди

Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.
«Кабы я была царица, —
Говорит одна девица, —
То на весь крещеный мир
Приготовила б я пир».
«Кабы я была царица, —
Говорит её сестрица, —
То на весь бы мир одна
Наткала я полотна».
«Кабы я была царица, —
Третья молвила сестрица, —
Я б для батюшки-царя
Родила богатыря».

Ivan Bilibin 012.jpgТолько вымолвить успела,
Дверь тихонько заскрыпела,
И в светлицу входит царь,
Стороны той государь.
Во всё время разговора
Он стоял позадь забора;
Речь последней по всему
Полюбилася ему.
«Здравствуй, красная девица, —
Говорит он, — будь царица
И роди богатыря
Мне к исходу сентября.
Вы ж, голубушки-сестрицы,
Выбирайтесь из светлицы,
Поезжайте вслед за мной,
Вслед за мной и за сестрой:
Будь одна из вас ткачиха,

А другая повариха».

В сени вышел царь-отец.
Все пустились во дворец.
Царь недолго собирался:
В тот же вечер обвенчался.
Царь Салтан за пир честной
Сел с царицей молодой;
А потом честные гости
На кровать слоновой кости
Положили молодых
И оставили одних.
В кухне злится повариха,
Плачет у станка ткачиха,
И завидуют оне
Государевой жене.
А царица молодая,
Дела вдаль не отлагая,
С первой ночи понесла.

В те поры война была.
Царь Салтан, с женой простяся,
На добра-коня садяся,
Ей наказывал себя
Поберечь, его любя.
Между тем, как он далёко
Бьётся долго и жестоко,
Наступает срок родин;
Сына бог им дал в аршин,
И царица над ребёнком
Как орлица над орлёнком;
Шлёт с письмом она гонца,
Чтоб обрадовать отца.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Извести её хотят,
Перенять гонца велят;
Сами шлют гонца другого
Вот с чем от слова до слова:
«Родила царица в ночь
Не то сына, не то дочь;
Не мышонка, не лягушку,
А неведому зверюшку».

Как услышал царь-отец,
Что донес ему гонец,
В гневе начал он чудесить

И гонца хотел повесить;
Но, смягчившись на сей раз,
Дал гонцу такой приказ:
«Ждать царёва возвращенья
Для законного решенья».

Едет с грамотой гонец,
И приехал наконец.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Обобрать его велят;
Допьяна гонца поят
И в суму его пустую
Суют грамоту другую —
И привёз гонец хмельной
В тот же день приказ такой:
«Царь велит своим боярам,
Времени не тратя даром,
И царицу и приплод
Тайно бросить в бездну вод».
Делать нечего: бояре,
Потужив о государе
И царице молодой,
В спальню к ней пришли толпой.
Объявили царску волю —
Ей и сыну злую долю,
Прочитали вслух указ,
И царицу в тот же час
В бочку с сыном посадили,
Засмолили, покатили
И пустили в Окиян —
Так велел-де царь Салтан.

Bilibin skazka.jpgВ синем небе звёзды блещут,
В синем море волны хлещут;
Туча по небу идет,
Бочка по морю плывет.
Словно горькая вдовица,
Плачет, бьётся в ней царица;
И растет ребёнок там

Не по дням, а по часам.
День прошёл, царица во́пит…
А дитя волну торопит:
«Ты, волна моя, волна!
Ты гульлива и вольна;
Плещешь ты, куда захочешь,
Ты морские камни точишь,
Топишь берег ты земли,
Подымаешь корабли —
Не губи ты нашу душу:
Выплесни ты нас на сушу!»
И послушалась волна:
Тут же на берег она
Бочку вынесла легонько
И отхлынула тихонько.
Мать с младенцем спасена;
Землю чувствует она.
Но из бочки кто их вынет?
Бог неужто их покинет?
Сын на ножки поднялся,
В дно головкой уперся,
Понатужился немножко:
«Как бы здесь на двор окошко
Нам проделать?» — молвил он,
Вышиб дно и вышел вон.

Мать и сын теперь на воле;
Видят холм в широком поле,
Море синее кругом,
Дуб зеленый над холмом.
Сын подумал: добрый ужин
Был бы нам, однако, нужен.
Ломит он у дуба сук
И в тугой сгибает лук,
Со креста снурок шелковый
Натянул на лук дубовый,
Тонку тросточку сломил,
Стрелкой легкой завострил
И пошёл на край долины
У моря искать дичины.

К морю лишь подходит он,
Вот и слышит будто стон…
Видно на́ море не тихо;
Смотрит — видит дело лихо:

Бьётся лебедь средь зыбей,
Коршун носится над ней;
Та бедняжка так и плещет,
Воду вкруг мутит и хлещет…
Тот уж когти распустил,
Клёв кровавый навострил…
Но как раз стрела запела,
В шею коршуна задела —
Коршун в море кровь пролил,
Лук царевич опустил;
Смотрит: коршун в море тонет
И не птичьим криком стонет,
Лебедь около плывет,
Злого коршуна клюет,
Гибель близкую торопит,
Бьёт крылом и в море топит —
И царевичу потом
Молвит русским языком:
«Ты, царевич, мой спаситель,
Мой могучий избавитель,
Не тужи, что за меня
Есть не будешь ты три дня,
Что стрела пропала в море;
Это горе — всё не горе.
Отплачу тебе добром,
Сослужу тебе потом:
Ты не лебедь ведь избавил,
Девицу в живых оставил;
Ты не коршуна убил,
Чародея подстрелил.
Ввек тебя я не забуду:
Ты найдешь меня повсюду,
А теперь ты воротись,
Не горюй и спать ложись».

Ivanbilibin.jpgУлетела лебедь-птица,
А царевич и царица,
Целый день проведши так,
Лечь решились на тощак.

Вот открыл царевич очи;
Отрясая грёзы ночи
И дивясь, перед собой
Видит город он большой,
Стены с частыми зубцами,
И за белыми стенами
Блещут маковки церквей
И святых монастырей.
Он скорей царицу будит;
Та как ахнет!.. «То ли будет? —
Говорит он, — вижу я:
Лебедь тешится моя».
Мать и сын идут ко граду.
Лишь ступили за ограду,
Оглушительный трезвон
Поднялся со всех сторон:
К ним народ навстречу валит,
Хор церковный бога хвалит;
В колымагах золотых
Пышный двор встречает их;
Все их громко величают
И царевича венчают
Княжей шапкой, и главой
Возглашают над собой;
И среди своей столицы,
С разрешения царицы,
В тот же день стал княжить он
И нарёкся: князь Гвидон.

Ветер на море гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах.
Корабельщики дивятся,
На кораблике толпятся,
На знакомом острову
Чудо видят наяву:
Город новый златоглавый,
Пристань с крепкою заставой;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости;
Князь Гвидон зовёт их в гости,
Их он кормит и поит
И ответ держать велит:

«Чем вы, гости, торг ведёте
И куда теперь плывёте?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет,
Торговали соболями,
Чернобурыми лисами;
А теперь нам вышел срок,
Едем прямо на восток,
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана…»
Князь им вымолвил тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану;
От меня ему поклон».
Гости в путь, а князь Гвидон
С берега душой печальной
Провожает бег их дальный;
Глядь — поверх текучих вод
Лебедь белая плывет.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» —
Говорит она ему.
Князь печально отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает,
Одолела молодца:
Видеть я б хотел отца».
Лебедь князю: «Вот в чём горе!
Ну, послушай: хочешь в море
Полететь за кораблем?
Будь же, князь, ты комаром».
И крылами замахала,
Воду с шумом расплескала
И обрызгала его
С головы до ног всего.
Bilibin - Flight of the Mosquito.jpg
Тут он в точку уменьшился,
Комаром оборотился,
Полетел и запищал,
Судно на море догнал,
Потихоньку опустился
На корабль — и в щель забился.

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна,
К царству славного Салтана,
И желанная страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости;
Царь Салтан зовёт их в гости,
И за ними во дворец
Полетел наш удалец.
Видит: весь сияя в злате,
Царь Салтан сидит в палате
На престоле и в венце
С грустной думой на лице;
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Около царя сидят
И в глаза ему глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем, иль худо?
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житьё не худо,
В свете ж вот какое чудо:
В море остров был крутой,
Не привальный, не жилой;
Он лежал пустой равниной;
Рос на нем дубок единый;
А теперь стоит на нем
Новый город со дворцом,
С златоглавыми церквами,
С теремами и садами,

А сидит в нем князь Гвидон;
Он прислал тебе поклон».
Царь Салтан дивится чуду;
Молвит он: «Коль жив я буду,
Чудный остров навещу,
У Гвидона погощу».
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Не хотят его пустить
Чудный остров навестить.
«Уж диковинка, ну право, —
Подмигнув другим лукаво,
Повариха говорит, —
Город у моря стоит!
Знайте, вот что не безделка:
Ель в лесу, под елью белка,
Белка песенки поёт
И орешки всё грызёт,
А орешки не простые,
Всё скорлупки золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Вот что чудом-то зовут».
Чуду царь Салтан дивится,
А комар-то злится, злится —
И впился комар как раз
Тетке прямо в правый глаз.
Повариха побледнела,
Обмерла и окривела.
Слуги, сватья и сестра
С криком ловят комара.
«Распроклятая ты мошка!
Мы тебя!..» А он в окошко,
Да спокойно в свой удел
Через море полетел.

Ivan Bilibin 125.gifСнова князь у моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь — поверх текучих вод

Лебедь белая плывёт.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ж ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» —
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает;
Чудо чудное завесть
Мне б хотелось. Где-то есть
Ель в лесу, под елью белка;
Диво, право, не безделка —
Белка песенки поёт,
Да орешки всё грызёт,
А орешки не простые,
Всё скорлупки золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Но, быть может, люди врут».
Князю лебедь отвечает:
«Свет о белке правду бает;
Это чудо знаю я;
Полно, князь, душа моя,
Не печалься; рада службу
Оказать тебе я в дружбу».
С ободрённою душой
Князь пошел себе домой;
Лишь ступил на двор широкий —
Что ж? под ёлкою высокой,
Видит, белочка при всех
Золотой грызет орех,
Изумрудец вынимает,
А скорлупку собирает,
Кучки равные кладёт
И с присвисточкой поёт
При честном при всём народе:
Во саду ли, в огороде.
Изумился князь Гвидон.
«Ну, спасибо, — молвил он, —
Ай да лебедь — дай ей боже,
Что и мне, веселье то же».
Князь для белочки потом
Выстроил хрустальный дом,
Караул к нему приставил
И притом дьяка заставил
Строгий счёт орехам весть.
Князю прибыль, белке честь.

Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На поднятых парусах
Мимо острова крутого,
Мимо города большого:
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости;
Князь Гвидон зовёт их в гости,
Их и кормит и поит
И ответ держать велит:
«Чем вы, гости, торг ведёте
И куда теперь плывёте?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет,
Торговали мы конями,
Всё донскими жеребцами,
А теперь нам вышел срок —
И лежит нам путь далёк:
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана…»
Говорит им князь тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану;
Да скажите: князь Гвидон
Шлёт царю-де свой поклон».

Гости князю поклонились,
Вышли вон и в путь пустились.
К морю князь — а лебедь там
Уж гуляет по волнам.
Молит князь: душа-де просит,
Так и тянет и уносит…
Вот опять она его
Вмиг обрызгала всего:
В муху князь оборотился,
Полетел и опустился
Между моря и небес
На корабль — и в щель залез.

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана —
И желанная страна
Вот уж издали видна;
Вот на берег вышли гости;
Царь Салтан зовёт их в гости,
И за ними во дворец
Полетел наш удалец.
Bilibin3 saltan.jpgВидит: весь сияя в злате,
Царь Салтан сидит в палате
На престоле и в венце,
С грустной думой на лице.
А ткачиха с Бабарихой
Да с кривою поварихой
Около царя сидят,
Злыми жабами глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем, иль худо,
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житьё не худо;
В свете ж вот какое чудо:
Остров на море лежит,
Град на острове стоит
С златоглавыми церквами,
С теремами да садами;
Ель растет перед дворцом,
А под ней хрустальный дом;
Белка там живет ручная,
Да затейница какая!
Белка песенки поёт,
Да орешки всё грызёт,
А орешки не простые,
Всё скорлупки золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Слуги белку стерегут,
Служат ей прислугой разной —
И приставлен дьяк приказный
Строгий счет орехам весть;
Отдает ей войско честь;
Из скорлупок льют монету,
Да пускают в ход по свету;
Девки сыплют изумруд
В кладовые, да под спуд;
Все в том острове богаты,
Изоб нет, везде палаты;
А сидит в нем князь Гвидон;
Он прислал тебе поклон».
Царь Салтан дивится чуду.
«Если только жив я буду,
Чудный остров навещу,
У Гвидона погощу».
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Не хотят его пустить
Чудный остров навестить.
Усмехнувшись исподтиха,
Говорит царю ткачиха:
«Что тут дивного? ну, вот!
Белка камушки грызёт,
Мечет золото и в груды
Загребает изумруды;
Этим нас не удивишь,
Правду ль, нет ли говоришь.
В свете есть иное диво:
Море вздуется бурливо,
Закипит, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Разольётся в шумном беге,
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.
Это диво, так уж диво,
Можно молвить справедливо!»
Гости умные молчат,
Спорить с нею не хотят.
Диву царь Салтан дивится,
А Гвидон-то злится, злится…
Зажужжал он и как раз
Тётке сел на левый глаз,
И ткачиха побледнела:
«Ай!» и тут же окривела;
Все кричат: «Лови, лови,
Да дави её, дави…
Вот ужо! постой немножко,
Погоди…» А князь в окошко,
Да спокойно в свой удел
Через море прилетел.

Князь у синя моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь — поверх текучих вод
Лебедь белая плывёт.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» —
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает —
Диво б дивное хотел
Перенесть я в мой удел».
«А какое ж это диво?»
— Где-то вздуется бурливо
Окиян, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснется в шумном беге,
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.
Князю лебедь отвечает:
«Вот что, князь, тебя смущает?
Не тужи, душа моя,
Это чудо знаю я.
Эти витязи морские
Мне ведь братья все родные.
Не печалься же, ступай,
В гости братцев поджидай».

Bilibin - Chernomor and 33 heroes.jpgКнязь пошёл, забывши горе,
Сел на башню, и на море
Стал глядеть он; море вдруг
Всколыхалося вокруг,
Расплескалось в шумном беге
И оставило на бреге
Тридцать три богатыря;
В чешуе, как жар горя,
Идут витязи четами,
И, блистая сединами,
Дядька впереди идёт
И ко граду их ведёт.
С башни князь Гвидон сбегает,
Дорогих гостей встречает;
Второпях народ бежит;
Дядька князю говорит:
«Лебедь нас к тебе послала
И наказом наказала
Славный город твой хранить
И дозором обходить.
Мы отныне ежеденно
Вместе будем непременно
У высоких стен твоих
Выходить из вод морских,
Так увидимся мы вскоре,
А теперь пора нам в море;
Тяжек воздух нам земли».
Все потом домой ушли.

Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На поднятых парусах
Мимо острова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости.
Князь Гвидон зовёт их в гости,
Их и кормит и поит
И ответ держать велит:
«Чем вы, гости, торг ведёте?
И куда теперь плывёте?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
Торговали мы булатом,
Чистым серебром и златом,
И теперь нам вышел срок;
А лежит нам путь далёк,
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана».
Говорит им князь тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану.
Да скажите ж: князь Гвидон
Шлёт-де свой царю поклон».

Гости князю поклонились,
Вышли вон и в путь пустились.
К морю князь, а лебедь там
Уж гуляет по волнам.
Князь опять: душа-де просит…
Так и тянет и уносит…
И опять она его
Вмиг обрызгала всего.
Тут он очень уменьшился,
Шмелем князь оборотился,
Полетел и зажужжал;
Судно на море догнал,
Потихоньку опустился
На корму — и в щель забился.

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана,
И желанная страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Салтан зовёт их в гости,
И за ними во дворец
Полетел наш удалец.
Видит, весь сияя в злате,
Царь Салтан сидит в палате
На престоле и в венце,
С грустной думой на лице.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Около царя сидят —
Четырьмя все три глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем иль худо?
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житьё не худо;
В свете ж вот какое чудо:
Остров на море лежит,
Град на острове стоит,
Каждый день идёт там диво:
Море вздуется бурливо,
Закипит, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснется в скором беге —
И останутся на бреге
Тридцать три богатыря,
В чешуе златой горя,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор;
Старый дядька Черномор
С ними из моря выходит
И попарно их выводит,
Чтобы остров тот хранить
И дозором обходить —
И той стражи нет надежней,
Ни храбрее, ни прилежней.
А сидит там князь Гвидон;
Он прислал тебе поклон».
Царь Салтан дивится чуду.
«Коли жив я только буду,
Чудный остров навещу
И у князя погощу».
Повариха и ткачиха
Ни гугу — но Бабариха
Усмехнувшись говорит:
«Кто нас этим удивит?
Люди из моря выходят
И себе дозором бродят!
Правду ль бают, или лгут,
Дива я не вижу тут.
В свете есть такие ль дива?
Вот идет молва правдива:
За морем царевна есть,
Что не можно глаз отвесть:
Днём свет божий затмевает,
Ночью землю освещает,
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Выплывает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Молвить можно справедливо,
Это диво, так уж диво».
Гости умные молчат:
Спорить с бабой не хотят.
Чуду царь Салтан дивится —
А царевич хоть и злится,
Но жалеет он очей
Старой бабушки своей:
Он над ней жужжит, кружится —
Прямо на нос к ней садится,
Нос ужалил богатырь:
На носу вскочил волдырь.
И опять пошла тревога:
«Помогите, ради бога!
Караул! лови, лови,
Да дави его, дави…
Вот ужо! пожди немножко,
Погоди!..» А шмель в окошко,
Да спокойно в свой удел
Через море полетел.

Князь у синя моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь — поверх текучих вод
Лебедь белая плывет.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ж ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» —
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает:
Люди женятся; гляжу,
Неженат лишь я хожу».
— А кого же на примете
Ты имеешь? — «Да на свете,
Говорят, царевна есть,
Что не можно глаз отвесть.
Днём свет божий затмевает,
Ночью землю освещает —
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
Сладку речь-то говорит,
Будто реченька журчит.
Только, полно, правда ль это?»
Князь со страхом ждёт ответа.
Лебедь белая молчит
И, подумав, говорит:
«Да! такая есть девица.
Но жена не рукавица:
С белой ручки не стряхнёшь,
Да за пояс не заткнёшь.
Услужу тебе советом —
Слушай: обо всем об этом
Пораздумай ты путём,
Не раскаяться б потом».
Князь пред нею стал божиться,
Что пора ему жениться,
Что об этом обо всём
Передумал он путём;
Что готов душою страстной
За царевною прекрасной
Он пешком идти отсель
Хоть за тридевять земель.
Лебедь тут, вздохнув глубоко,
Молвила: «Зачем далёко?
Знай, близка судьба твоя,
Ведь царевна эта — я».
Тут она, взмахнув крылами,
Полетела над волнами
И на берег с высоты
Опустилася в кусты,
Встрепенулась, отряхнулась
И царевной обернулась:
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит;
А сама-то величава,
Выступает, будто пава;
А как речь-то говорит,
Словно реченька журчит.
Князь царевну обнимает,
К белой груди прижимает
И ведёт её скорей
К милой матушке своей.
Князь ей в ноги, умоляя:
«Государыня-родная!
Выбрал я жену себе,
Дочь послушную тебе,
Просим оба разрешенья,
Твоего благословенья:
Ты детей благослови
Жить в совете и любви».
Над главою их покорной
Мать с иконой чудотворной
Слезы льёт и говорит:
«Бог вас, дети, наградит».
Князь не долго собирался,
На царевне обвенчался;
Стали жить да поживать,
Да приплода поджидать.

Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах
Мимо острова крутого,
Мимо города большого;
Пушки с пристани палят,
Кораблю пристать велят.
Пристают к заставе гости.
Князь Гвидон зовёт их в гости,
Он их кормит и поит
И ответ держать велит:
«Чем вы, гости, торг ведёте
И куда теперь плывете?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет,
Торговали мы недаром
Неуказанным товаром;
А лежит нам путь далек:
Восвояси на восток,
Мимо острова Буяна,
В царство славного Салтана».
Князь им вымолвил тогда:
«Добрый путь вам, господа,
По морю по Окияну
К славному царю Салтану;
Да напомните ему,
Государю своему:
К нам он в гости обещался,
А доселе не собрался —
Шлю ему я свой поклон».
Гости в путь, а князь Гвидон
Дома на сей раз остался
И с женою не расстался.

Ветер весело шумит,
Судно весело бежит
Мимо острова Буяна
К царству славного Салтана,
И знакомая страна
Вот уж издали видна.
Вот на берег вышли гости.
Царь Салтан зовёт их в гости.
Гости видят: во дворце
Царь сидит в своем венце,
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Около царя сидят,
Четырьмя все три глядят.
Царь Салтан гостей сажает
За свой стол и вопрошает:
«Ой вы, гости-господа,
Долго ль ездили? куда?
Ладно ль за морем, иль худо?
И какое в свете чудо?»
Корабельщики в ответ:
«Мы объехали весь свет;
За морем житьё не худо,
В свете ж вот какое чудо:
Остров на море лежит,
Град на острове стоит,
С златоглавыми церквами,
С теремами и садами;
Ель растет перед дворцом,
А под ней хрустальный дом;
Белка в нем живет ручная,
Да чудесница какая!
Белка песенки поёт
Да орешки всё грызёт;
А орешки не простые,
Скорлупы-то золотые,
Ядра — чистый изумруд;
Белку холят, берегут.
Там ещё другое диво:
Море вздуется бурливо,
Закипит, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Расплеснется в скором беге,
И очутятся на бреге,
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря,
Все красавцы удалые,
Великаны молодые,
Все равны, как на подбор —
С ними дядька Черномор.
И той стражи нет надежней,
Ни храбрее, ни прилежней.
А у князя жёнка есть,
Что не можно глаз отвесть:
Днём свет божий затмевает,
Ночью землю освещает;
Месяц под косой блестит,
А во лбу звезда горит.
Князь Гвидон тот город правит,
Всяк его усердно славит;
Он прислал тебе поклон,
Да тебе пеняет он:
К нам-де в гости обещался,
А доселе не собрался».

Тут уж царь не утерпел,
Снарядить он флот велел.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Не хотят царя пустить
Чудный остров навестить.
Но Салтан им не внимает
И как раз их унимает:
«Что я? царь или дитя? —
Говорит он не шутя: —
Нынче ж еду!» — Тут он топнул,
Вышел вон и дверью хлопнул.

Под окном Гвидон сидит,
Молча на море глядит:
Не шумит оно, не хлещет,
Лишь едва, едва трепещет,
И в лазоревой дали
Показались корабли:
По равнинам Окияна
Едет флот царя Салтана.
Князь Гвидон тогда вскочил,
Громогласно возопил:
«Матушка моя родная!
Ты, княгиня молодая!
Посмотрите вы туда:
Едет батюшка сюда».
Флот уж к острову подходит.
Князь Гвидон трубу наводит:
Царь на палубе стоит
И в трубу на них глядит;
С ним ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой;
Удивляются оне
Незнакомой стороне.
Разом пушки запалили;
В колокольнях зазвонили;
К морю сам идет Гвидон;
Там царя встречает он
С поварихой и ткачихой,
С сватьей бабой Бабарихой;
В город он повёл царя,
Ничего не говоря.

Все теперь идут в палаты:
У ворот блистают латы,
И стоят в глазах царя
Тридцать три богатыря,
Все красавцы молодые,
Великаны удалые,
Все равны, как на подбор,
С ними дядька Черномор.
Царь ступил на двор широкой:
Там под ёлкою высокой
Белка песенку поёт,
Золотой орех грызёт,
Изумрудец вынимает
И в мешечек опускает;
И засеян двор большой
Золотою скорлупой.
Гости дале — торопливо
Смотрят — что ж? княгиня — диво:
Под косой луна блестит,
А во лбу звезда горит;
А сама-то величава,
Выступает, будто пава,
И свекровь свою ведёт.
Царь глядит — и узнаёт…
В нём взыграло ретивое!
«Что я вижу? что такое?
Как!» — и дух в нём занялся…
Царь слезами залился,
Обнимает он царицу,
И сынка, и молодицу,
И садятся все за стол;
Ivan Bilibin 102.jpgИ весёлый пир пошел.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой,
Разбежались по углам;
Их нашли насилу там.
Тут во всём они признались,
Повинились, разрыдались;
Царь для радости такой
Отпустил всех трёх домой.
День прошёл — царя Салтана
Уложили спать вполпьяна.
Я там был; мёд, пиво пил —
И усы лишь обмочил.

1831

Сказка на новый Лад " Три девицы под окном"


 

 Три девицы вечерком
 Собрались к подруге в дом:

 Полистали каталог,
 Колу пили, коньячок.
 Разомлели, размечтались,
 Потихоньку разболтались

 Говорит одна девица:
 - "Кабы встретила я принца,

 Я б ему за все дела -
 Пацанёнка родила!
 Но сначала - шубу, тачку,
 Ну, и на Рублёвке дачку!"

>

 Ей подруга отвечала:
 - "Точно с дуба ты упала!
 Нынче принцы не в чести,
 Надо "папика" пасти!

>

 Чтоб "бобёр" был с сединой,
 Холостой чтоб иль вдовой,
 Чтобы банк держал солидный,
 Чтобы вхож был в клуб элитный!

>

 Если б мне попал такой
Закатила б пир горой!
 Чтобы вечером жена,
 А на утро уж вдова!"

>

 Встала третия девица:
 - "Так девчата, не годится!
 И не будет в жизни проку
 Без любви, а по расчёту!

>

 Пусть не принц кровей элитных,
 Да и не "бобёр" солидный!
 Лишь бы верил и любил
 И семьёю дорожил!"

>

 Две подруги хохотали,
 Третью дуррой называли.
 Посидели, посмеялись
 Ну, и до поры расстались.

Минуло лет пять с тех пор,
 Как прошёл тот разговор.

 И по щучьему веленью
 Иль судьбы благоволенью
 Вновь подруги повстречались,
 Ну, и поболтать остались.

>

 Молвит первая девица:
 - "Захотела, дура, принца!
 

Есть и шуба, есть и тачка,
 Есть и на Рублёвке дачка.
 Только я на дачке той
 Словно в клеткой золотой!
 

Ни друзей и ни подруг,
Толпа охранников вокруг!
 Маюсь скукой день-деньской
 В этой клетке золотой!"

>

 - "Да-а-а, - вторая отвечала,
 - Кабы я когда-то знала,
 

Что страшней всего на свете
 Быть за жизнь "бобра" в  твете!
 Обещал мне горы злата
 И подсунул два контракта,
 

По которым верь не верь
 Голой вылечу за дверь!
 И теперь хоть волком вой
 Не дай Бог мне стать вдовой!"

>

 Третья молвила девица:
 - "Да, не сладко вам, сестрицы!
 Мой Ванюша не такой -
 Работящий и простой.
 

У людей в большем почёте,
 Сын у нас растёт и доча.
 В доме мы живём своём
 И дела ведём вдвоём!

>

 Вот он, лёгкий на помине
 Вместе с доченькой с сыном.
 Ну, подруги, мне пора!
 Вам, ни пуха, ни пера!"

>

 Мужу руку подала,
 Сына с дочкой обняла,
 Села в белый "Мерседес",
 Тут и сказочке конец!

 Сказка - ложь, да в ней намёк,
 Юным отпрыскам урок!
 Вам напомним вновь и вновь:
 СЧАСТЬЕ ТАМ, ГДЕ ЕСТЬ ЛЮБОВЬ

Золотые Зерна Сказкотерапии » Три девицы под окном…

Три девицы под окном

Пряли поздно вечерком.

«Кабы я была царица,-

Говорит одна девица,

— То на весь крещеный мир

Приготовила б я пир».

— «Кабы я была царица,-

Говорит ее сестрица,

— То на весь бы мир одна

Наткала я полотна».

— «Кабы я была царица,-

Третья молвила сестрица,

— Я б для батюшки-царя

Родила богатыря».

А.С.Пушкин «Сказка о царе Салтане».

Дальше сказка наша потекла не совсем по Пушкину. Уж простите, Александр Сергеевич, за вольность изложения! Только вымолвить успела, Дверь тихонько заскрыпела, И в светлицу входит …

Входит Няня.

Да-да, та самая, Арина Родионовна, которая «подруга дней моих суровых, голубка дряхлая моя». Ну, тут, Александр Сергеевич немного преувеличил – было в ту пору Арине Родионовне всего шестой десяток, очи еще отлично видели, нитку в иголку вдевала она с первого раза, а уж слухом – и подавно Господь не обидел.

И молвила наша няня девицам такие слова:

— Ох, и странно мне от вас, душеньки, слушать такие речи. Особливо от тебя, Марфуша, ты же старшая, да и от тебя, Фёкла, средненькая. Вот

младшенькая, Аринушка, тёзка моя, та дело говорит – родила бы, значит, для суженого богатыря. Вот такие речи молодцам полюбится могут. Ведь от кого богатырей-то рожают? От лучших молодцов, роду хорошего. Значит, девица правильно себя понимает. Опять же – могучие дети, богатырские, только от большой Любви рождаются, значит, любить да уважать она мужа свово, собирается. Ну и сына-богатыря именно от него хочет родить, а не от кого другого. Правильный призыв это называется, душеньки. Вот увидите – не замедлит к ней царь-батюшка-то посвататься. А вы, что глаголите-то?

— А что мы не так сказывали?

— Да чего хорошего? Вот ты, Марфуша? Вот ведь, имя-то у тебя какое – Хозяйка ты, значит, госпожа. А что ты по жизни делать собралась?

— На весь крещеный мир приготовила б я пир!

— Готовить это хорошо, ладная хозяйка завсегда мужа свово да деток должна радовать вкусной стряпней. Но ведь весь мир кормить – взмокнешь да устанешь до смерти. А когда же Зазнобушкой, ладушкой быть, которая уж такая царевна, что не можно глаз отвесть: днем свет божий затмевает, ночью землю освещает, месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит. А сама-то величава, выступает словно пава; а как речь-то говорит, словно реченька журчит. Ну, и где тебе в чаду-то кухонном речи такие красивые учиться говорить. И будут звать тебя, Марфушка, всю жизнь – поварихой, а Аринушку, сестру твоя – ладушкой. Нравится тебя?

— Нет!

То-то. – Да, к тому же, и снеди, что ты наготовишь – твоему суженому зараз не съесть нипочём. Не лопнуть же ему на свадебном пиру. И вообще давно замечено, что на свадебке собственной ни пить, ни есть особо не стоит – силы молодым на другое беречь надобно. Чтобы друг от дружки всю ночку оторваться не могли.

— А ты, Фекла, чего удумала? Фекла, то бишь, славная душа, угодная Богу. Чем решила суженого приманить, призвать?

— Да на весь бы мир одна наткала я полотна!

— Во-во, одна бы целую деревню ткачих переплюнула. А на кой ляд? Зачем твоему суженому столько полотна зараз? Ему простыни одной белоснежной было бы достаточно, чтобы на ней с тобой возлежать, любиться ночкой жаркой, зарю вместе встречать, да сына богатыря зачинать! И будут тебя звать ткачихой всю жизнь. Нравится?

— Нет!

— И чего это вы девицы, красавицы, так себя не любите вовсе, не хотите сами себя приголубить, побаловать да понежить. Вот ты, Марфуша, чем плоха, скажи на милость?

— Да, тятенька, ещё когда я только в девичью пору вступала, сказал, что я поперёк себя шире, что Зорька, корова наша, постройней меня будет. Вот я и решила, что раз так неказиста — буду делать то, чего другие не делают – авось, тогда и на меня найдется молодец какой-нибудь захудаленький.

— Да, вырвать бы язычок у батюшки твово, прости Господи, чтоб его приподняло да хлопнуло! Да где его глаза-то, небось, всё на кабак косят. Ты в зеркало, когда последний раз на себя взглядывала?

— Не помню.

-То-то. Ты смотри, какая ты нонче стала: круглолица, да румяна, движения легкие, полный стан – прелесть что такое. На, вот тебе мое зеркальце заветное – смотри в него каждый день, да расхваливай глаза свои лазоревые, да косы льняные. Поняла?

— Да!

— А ты Фекла, чего на себя рукой-то махнула? Только работой себя огрузила.

— Ах, нянюшка, я вообще в любовь не верю, обманная она страна, в ней каждый житель – обманщик.

— Это кто ж тебе глупость такую несусветную поведал-то?

— Да, нянюшка, помните, в прошлом году ко мне один красный молодец, сын купеческий посватался, я от счастья чуть не летала. А потом – исчез, месяца два не ездил, я и узнала, что он женился, взял в жены обычную

девицу, да с приданым необычным – с приисками медными. Тут-то я и махнула на себя рукой.

— Ну что ж, всяко в жизни бывает. Но я тебе, девица, так скажу – ты радуйся, что сгинул так быстро молодец твой, а что лучше было бы, чтобы он потом после свадьбы тебя бросил, раз не на красоту твою зарился, а на богатство? Так что вот, девоньки, смотрите на себя чаще в зеркало, или вон в озерцо Светлое, что под окном разлилось, радуйтесь, Господа благодарите, да родителей, что Вас всех трёх пригожими да румяными, такими мастерицами сделал.

А ещё другому вам учиться надо — выступать красиво, величаво, словно павы, да красиво с суженым разговаривать, заботиться о его здоровье да делах ратных.

— А как?!

Ну, например, спросить мужа, отца деток ваших, при случае: «Ой, ты князь, ты мой прекрасный, что ты тих, как день ненастный? Опечалился чему?»

— Здорово. А еще как обращаться к супругу надо?

— Эх, вы, мои милые девицы, знали бы вы, слова-то какие есть в русском народе, прямо как песня льются: сокол ты мой ясный, лапушка, любезный, желанный, ладушко, Раздобренькой, славной и сладкой свет молодец, сугревушка ты мой тёпленький. Вот и питомец мой, свет мой батюшка Олександр Сергеевич эти слова любил…

От такой-то красоты и разумных речей ваших кто ж откажется? Да вам скоро отбою от женихов не будет. Поняли, мои хорошие?

— Да!

Тут дверь светлицы заскрипела, и в светлицу… не вошли, а просто вбежали три молодца – царевич и два его друга, царевичи из соседних стран. Опустились перед девицами на колени и попросили их руки. А там рядком и за свадебку.

Тут и сказки конец, а кто слушал – молодец!

(С) Марина Владимова, 2016 год

Внеклассное мероприятие "Три девицы под окном..." (сказка на новый лад)

hello_html_3c7faf12.gif

ЛЮБИМАЯ СКАЗКА

hello_html_3d1997d2.gifНА НОВЫЙ ЛАД.

Сказитель 1:- Уважаемые зрители,

Сказку посмотреть не хотите-ли?

Знакомую, на удивление,

Но с креативными добавлениями!

Выходят 2 сказителя.Тихо звучит музыка.

2-й сказитель. Сказка ложь, да в ней намёк —

Добрым молодцам урок!

1-й сказитель

Три девицы под окном
Пряли поздно вечерком.

(Первая ест булку, вторая вышивает, третья смотрит вокруг)

2-й сказитель

Собрались они втроём,

Посудачить о своём.

1.девица (Еньшина Дарина).

Кабы я была царицей,

говорит одна девица

Я б в любое время года

Занималась только модой.

По своей фигуре тонкой,

Заимела б три дублёнки:

Мини, макси, что покруче,

А духи лишь только Gucci

2 девица (Богатырева Мария).

Кабы я была царицей,

Говорит ее сестрица

Женишка б себе нашла

Дом огромный с мезонином,

Возле дома тополя,

И ковры и пианино,

в горке чтобы хрусталя!

Мебель польская на кухне,

Вещи супер-пупер, yes!

Кошелёк от денег пухнет,

Шестисотый Мерседес!

2 сказитель:

Ну а ты краса-девица,

Если б ты была царица,
Чем была бы ты горда,
Чтоб ты сделала тогда?

3 девица:

Я бы батюшку-царя

Берегла бы и любила,
С ним бы рядышком сидела,
На него бы век глядела!
1 сказитель:

Час полночный приближался,

Топот по двору раздался:

Входят пять богатырей,

Пять румяных усачей.

Женихи хоть на подбор

тут кощей и водяной старый толстый и хромой.

Колобок, Волчище злой, кот ученый при цепях

Все умны, скромны, приличны

И одеты все отлично.

Каждый-знатный кавалер!

Девам повезёт теперь!

Раз, два, три, четыре, пять,-

Женихов не сосчитать!

1 девица:

- Да, конечно, Водяной,
Старый, толстый и хромой…
Но зато в руках вся власть,
Рыбам, правда, то не в сласть.
Всё указы раздаёт,
Воли только не даёт!
2 девица:

Может, с лешим обвенчаться?
Добрый малый, друг лесов,
Звонких птичьих голосов.
И поэзии любитель,
И футбольных матчей зритель…
Обожает всё бродить,
В чащу леса заводить
И про то, что ни кола
И не хаты не имеет.
Только сладко петь умеет!..
Где, на что я стану жить?
Горько плакать и тужить?
Ну, уж нет! Не стану я!
Лучше воля, но своя!

3 девица (Бубликова Диана).

Вон Кощей всегда богат,
Дорогой на нём халат,
Ест на злате, серебре,
Путешествует везде. Только скуп Кощей всегда,
Даже талая вода
Вся учёту подлежит,
Та что по весне бежит…
И занудством он страдает –
Вся округа это знает…
1 девица разглядывает колобка.

Что за зверь ты, что за рыба?
Либо фрукт ты, овощ  либо,
Ты лягушка, или рак?

1 Сказитель:

Колобок (Татарникова Алина) им в ответ:
-Вы в своём уме, иль нет?!.

Зачерствел, пока катился
По лесам, и по долам.
Загорел и закалился,
стал я твердым как скала.

Девицы задумались.

Может волк вам пригодится -промяукал важно кот.

Вместе:

Деньги есть и внешний вид

Никого не оскорбит!

1 девица

У него огромный глаз!
Это раз.

2 девица
И

большая голова!
Это два.

3 девица
И клыки торчат, смотри!
Это три.

В общем вы не ко двору,

убирайтесь по добру

1 сказитель

Женихи поворотились

восвояси удалились

И согласно все опять

Стали жить да поживать.

За окном заря проснулась,

Подмигнула, улыбнулась:

Разошлись все по домам,

Современным теремам.

И мечты, как звёзды с неба,

Не попросят утром хлеба.

Знать бы цену, тем мечтам,

Было б проще, может, нам.

2 сказитель

Быстро сказка говорится
А несчастье долго длится…
Может, кой-каким девицам
Эта сказка пригодится!

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о