Сказка

По щучьему велению сказка короткая: «По щучьему веленью» краткое содержание

«По щучьему веленью» краткое содержание

«По щучьему веленью» краткое содержание напомнит о чем сказка и чему она учит.

«По щучьему веленью» краткое содержание

Были у мужика три сына; два умных, а третий, Емеля, — дурак и лентяй. После смерти отца, каждый из братьев получил «сто рублев». Старшие братья едут торговать, оставив Емелю дома с невестками и пообещав купить ему красные сапоги, шубу и кафтан.

Зимою, в сильный мороз, невестки посылают Емелю за водой. Он неохотно идёт к проруби, наполняет ведро… И ловит в проруби щуку. Щука обещает исполнить любое Емелино желание, если он отпустит ее. Ему достаточно будет сказать волшебные слова: «По щучьему велению, по моему хотению». Емеля отпускает щуку. И желает, чтобы ведра с водой сами домой шли. Желание Емели сбывается

Спустя некоторое время невестки просят Емелю нарубить дров. Емеля приказывает топору рубить дрова, а дровам идти в избу и ложиться в печь. Невестки в изумлении, так как и это желание сбылось.

Тогда невестки посылают Емелю в лес за дровами. Лошадей он не запрягает, сани сами едут со двора. Проезжая через город, Емеля давит множество народу. В лесу топор рубит дрова и дубинку для Емели.

На обратном пути в городе Емелю пытаются поймать и намять ему бока. А Емеля приказывает своей дубинке избить всех обидчиков и благополучно возвращается домой.

Король, услышав обо всем этом, посылает к Емеле своего воеводу. Тот хочет везти дурака к королю, но Емеляотказыается.

Вернулся воевода к царю с пустыми руками. Разозлился тогда Царь и сказал, что если воевода вернется без Емели, то лишиться головы. Второй раз отправился воевода за Дураком, стал его добрыми да ласковыми речами уговаривать. Обещая Емеле лакомства и обновы, он уговаривает его явиться к королю. Тогда дурак велит своей печи самой ехать в город.

В королевском дворце Емеля видит принцессу и желает чтобы она в него влюбилась.

Емеля уезжает от короля, а королевна просит отца, чтобы он выдал ее замуж за Емелю. Король приказывает офицеру доставить Емелю во дворец. Офицер поит Емелю допьяна, а потом связывает, кладёт в кибитку и везёт во дворец. Король велит сделать большую бочку, посадить туда свою дочь и дурака, бочку засмолить и пустить в море.

В бочке дурак просыпается. Королевская дочь рассказывает ему о том, что произошло, и просит, чтобы он вызволил их из бочки. Дурак произносит волшебные слова, и море выкидывает бочку на берег. Она рассыпается.

Емеля и принцесса оказываются на прекрасном острове. По Емелиному хотению появляется огромный дворец и хрустальный мост до королевского дворца. А сам Емеля становится умным и красивым.

Емеля приглашает короля к себе в гости. Тот приезжает, пирует с Емелей, но не узнает его. Когда Емеля рассказывает ему все, что случилось, король радуется и соглашается выдать за него замуж принцессу.

Король возвращается домой, а Емеля с принцессой живут в своём дворце.

Чему учит сказка «По щучьему велению»?

В первую очередь, сказка учит нас доброте. Что если сделать хоть и маленькое доброе дело , то тебе отплатят за него тем же самым добром. Если бы Емеля не отпустил щуку, то ничего не получил бы взамен.

Главный смысл сказки «По щучьему велению» состоит в том, что счастье человека зависит от него самого. Если не знаешь, что хочешь, то ничего и не будет. Емеля, представленный нам вначале как лентяй и дурачок, женился на принцессе и стал жить с ней в замке.

Русская народная сказка «По щучьему веленью» Толстого и По щучьему веленью

Жил-был старик. У него было три сына: двое умных, третий — дурачок Емеля.

Те братья работают, а Емеля целый день лежит на печке, знать ничего не хочет.

Один раз братья уехали на базар, а бабы, невестки, давай посылать его:

— Сходи, Емеля, за водой.

А он им с печки:

— Неохота...

— Сходи, Емеля, а то братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут.

— Ну ладно.

Слез Емеля с печки, обулся, оделся, взял ведра да топор и пошел на речку.

Прорубил лед, зачерпнул ведра и поставил их, а сам глядит в прорубь. И увидел Емеля в проруби щуку. Изловчился и ухватил щуку в руку:

— Вот уха будет сладка!

Вдруг щука говорит ему человечьим голосом:

— Емеля, отпусти меня в воду, я тебе пригожусь.

А Емеля смеется:

— На что ты мне пригодишься? Нет, понесу тебя домой, велю невесткам уху сварить. Будет уха сладка.

Щука взмолилась опять:

— Емеля, Емеля, отпусти меня в воду, я тебе сделаю все, что ни пожелаешь.

— Ладно, только покажи сначала, что не обманываешь меня, тогда отпущу.

Щука его спрашивает:

— Емеля, Емеля, скажи — чего ты сейчас хочешь?

— Хочу, чтобы ведра сами пошли домой и вода бы не расплескалась...

Щука ему говорит:

— Запомни мои слова: когда что тебе захочется — скажи только:

По щучьему веленью,

По моему хотенью.

Емеля и говорит:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

ступайте, ведра, сами домой...

Только сказал — ведра сами и пошли в гору. Емеля пустил щуку в прорубь, а сам пошел за ведрами.

Идут ведра по деревне, народ дивится, а Емеля идет сзади, посмеивается... Зашли ведра в избу и сами стали на лавку, а Емеля полез на печь.

Прошло много ли, мало ли времени — невестки говорят ему:

— Емеля, что ты лежишь? Пошел бы дров нарубил.

— Неохота...

— Не нарубишь дров, братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут.

Емеле неохота слезать с печи. Вспомнил он про щуку и потихоньку говорит:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

поди, топор, наколи дров, а дрова — сами в избу ступайте и в печь кладитесь...

Топор выскочил из-под лавки — и на двор, и давай дрова колоть, а дрова сами в избу идут и в печь лезут.

Много ли, мало ли времени прошло — невестки опять говорят:

— Емеля, дров у нас больше нет. Съезди в лес, наруби.

А он им с печки:

— Да вы-то на что?

— Как мы на что?.. Разве наше дело в лес за дровами ездить?

— Мне неохота...

— Ну, не будет тебе подарков.

Делать нечего. Слез Емеля с печи, обулся, оделся. Взял веревку и топор, вышел на двор и сел в сани:

— Бабы, отворяйте ворота!

Невестки ему говорят:

— Что ж ты, дурень, сел в сани, а лошадь не запряг?

— Не надо мне лошади.

Невестки отворили ворота, а Емеля говорит потихоньку:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

ступайте, сани, в лес...

Сани сами поехали в ворота, да так быстро — на лошади не догнать.

А в лес-то пришлось ехать через город, и тут он много народу помял, подавил. Народ кричит «Держи его! Лови его!» А он знай сани погоняет. Приехал в лес:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

топор, наруби дровишек посуше, а вы, дровишки, сами валитесь в сани, сами вяжитесь...

Топор начал рубить, колоть сухие дерева, а дровишки сами в сани валятся и веревкой вяжутся. Потом Емеля велел топору вырубить себе дубинку — такую, чтобы насилу поднять. Сел на воз:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

поезжайте, сани, домой...

Сани помчались домой. Опять проезжает Емеля по тому городу, где давеча помял, подавил много народу, а там его уж дожидаются. Ухватили Емелю и тащат с возу, ругают и бьют.

Видит он, что плохо дело, и потихоньку:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

ну-ка, дубинка, обломай им бока...

Дубинка выскочила — и давай колотить. Народ кинулся прочь, а Емеля приехал домой и залез на печь.

Долго ли, коротко ли — услышал царь об Емелиных проделках и посылает за ним офицера: его найти и привезти во дворец.

Приезжает офицер в ту деревню, входит в ту избу, где Емеля живет, и спрашивает:

— Ты — дурак Емеля?

А он с печки:

— А тебе на что?

— Одевайся скорее, я повезу тебя к царю.

— А мне неохота...

Рассердился офицер и ударил его по щеке.

А Емеля говорит потихоньку:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

дубинка, обломай ему бока...

Дубинка выскочила — и давай колотить офицера, насилу он ноги унес.

Царь удивился, что его офицер не мог справиться с Емелей, и посылает своего самого набольшего вельможу:

— Привези ко мне во дворец дурака Емелю, а то голову с плеч сниму.

Накупил набольший вельможа изюму, черносливу, пряников, приехал в ту деревню, вошел в ту избу и стал спрашивать у невесток, что любит Емеля.

— Наш Емеля любит, когда его ласково попросят да красный кафтан посулят, — тогда он все сделает, что ни попросишь.

Набольший вельможа дал Емеле изюму, черносливу, пряников и говорит:

— Емеля, Емеля, что ты лежишь на печи? Поедем к царю.

— Мне и тут тепло...

— Емеля, Емеля, у царя будут хорошо кормить-поить, — пожалуйста, поедем.

— А мне неохота...

— Емеля, Емеля, царь тебе красный кафтан подарит, шапку и сапоги.

Емеля подумал-подумал:

— Ну ладно, ступай ты вперед, а я за тобой вслед буду.

Уехал вельможа, а Емеля полежал еще и говорит:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

ну-ка, печь, поезжай к царю...

Тут в избе углы затрещали, крыша зашаталась, стена вылетела, и печь сама пошла по улице, по дороге, прямо к царю.

Царь глядит в окно, дивится:

— Это что за чудо?

Набольший вельможа ему отвечает:

— А это Емеля на печи к тебе едет.

Вышел царь на крыльцо:

— Что-то, Емеля, на тебя много жалоб! Ты много народу подавил.

— А зачем они под сани лезли?

В это время в окно на него глядела царская дочь — Марья-царевна. Емеля увидал ее в окошке и говорит потихоньку:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

пускай царская дочь меня полюбит...

И сказал еще:

— Ступай, печь, домой...

Печь повернулась и пошла домой, зашла в избу и стала на прежнее место. Емеля опять лежит-полеживает.

А у царя во дворце крик да слезы. Марья-царевна по Емеле скучает, не может жить без него, просит отца, чтобы выдал он ее за Емелю замуж. Тут царь забедовал, затужил и говорит опять набольшему вельможе:

— Ступай приведи ко мне Емелю живого или мертвого, а то голову с плеч сниму.

Накупил набольший вельможа вин сладких да разных закусок, поехал в ту деревню, вошел в ту избу и начал Емелю потчевать.

Емеля напился, наелся, захмелел и лег спать. А вельможа положил его в повозку и повез к царю.

Царь тотчас велел прикатить большую бочку с железными обручами. В нее посадили Емелю и Марью-царевну, засмолили и бочку в море бросили.

Долго ли, коротко ли — проснулся Емеля; видит — темно, тесно:

— Где же это я?

А ему отвечают:

— Скучно и тошно, Емелюшка! Нас в бочку засмолили, бросили в синее море.

— А ты кто?

— Я — Марья-царевна.

Емеля говорит:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

ветры буйные, выкатите бочку на сухой берег, на желтый песок...

Ветры буйные подули. Море взволновалось, бочку выкинуло на сухой берег, на желтый песок. Емеля и Марья-царевна вышли из нее.

— Емелюшка, где же мы будем жить? Построй какую ни на есть избушку.

— А мне неохота...

Тут она стала его еще пуще просить, он и говорит:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

выстройся каменный дворец с золотой крышей...

Только он сказал — появился каменный дворец с золотой крышей. Кругом — зеленый сад: цветы цветут и птицы поют.

Марья-царевна с Емелей вошли во дворец, сели у окошечка.

— Емелюшка, а нельзя тебе красавчиком стать?

Тут Емеля недолго думал:

— По щучьему веленью,

По моему хотенью —

стать мне добрым молодцем, писаным красавцем...

И стал Емеля таким, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

А в ту пору царь ехал на охоту и видит — стоит дворец, где раньше ничего не было.

— Это что за невежа без моего дозволения на моей земле дворец поставил?

И послал узнать-спросить: «Кто такие?»

Послы побежали, стали под окошком, спрашивают.

Емеля им отвечает:

— Просите царя ко мне в гости, я сам ему скажу.

Царь приехал к нему в гости. Емеля его встречает, ведет во дворец, сажает за стол. Начинают они пировать. Царь ест, пьет и не надивится:

— Кто же ты такой, добрый молодец?

— А помнишь дурачка Емелю — как приезжал к тебе на печи, а ты велел его со своей дочерью в бочку засмолить, в море бросить? Я — тот самый Емеля. Захочу — все твое царство пожгу и разорю.

Царь сильно испугался, стал прощенья просить:

— Женись на моей дочери, Емелюшка, бери мое царство, только не губи меня!

Тут устроили пир на весь мир. Емеля женился на Марье-царевне и стал править царством.

Тут и сказке конец, а кто слушал — молодец.

Сказка по щучьему веленью читать онлайн

Жил-был старик. У него было три сына: двое умных, третий — дурачок Емеля.
Те братья работают, а Емеля целый день лежит на печке, знать ничего не хочет.
Один раз братья уехали на базар, а бабы, невестки, давай посылать его:
— Сходи, Емеля, за водой.
А он им с печки:
— Неохота...
— Сходи, Емеля, а то братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут.
— Ну ладно.
Слез Емеля с печки, обулся, оделся, взял ведра да топор и пошел на речку.
Прорубил лед, зачерпнул ведра и поставил их, а сам глядит в прорубь. И увидел Емеля в проруби щуку. Изловчился и ухватил щуку в руку:
— Вот уха будет сладка!
Вдруг щука говорит ему человечьим голосом:
— Емеля, отпусти меня в воду, я тебе пригожусь.
А Емеля смеется:
— На что ты мне пригодишься? Нет, понесу тебя домой, велю невесткам уху сварить. Будет уха сладкая.
Щука взмолилась опять:
— Емеля, Емеля, отпусти меня в воду, я тебе сделаю все, что ни пожелаешь.
— Ладно, только покажи сначала, что не обманываешь меня, тогда отпущу.
Щука его спрашивает:
— Емеля, Емеля, скажи — чего ты сейчас хочешь?
— Хочу, чтобы ведра сами пошли домой и вода бы не расплескалась...
Щука ему говорит:
— Запомни мои слова: когда что тебе захочется — скажи только:
По щучьему веленью,
По моему хотенью.
Емеля и говорит:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — ступайте, ведра, сами домой...
Только сказал — ведра сами и пошли в гору. Емеля пустил щуку в прорубь, а сам пошел за ведрами.
Идут ведра по деревне, народ дивится, а Емеля идет сзади, посмеивается... Зашли ведра в избу и сами стали на лавку, а Емеля полез на печь.
Прошло много ли, мало ли времени — невестки говорят ему:
— Емеля, что ты лежишь? Пошел бы дров нарубил.
— Неохота.
— Не нарубишь дров, братья с базара воротятся, гостинцев тебе не привезут.
Емеле неохота слезать с печи. Вспомнил он про щуку и потихоньку говорит:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — поди, топор, наколи дров, а дрова — сами в избу ступайте и в печь кладитесь...
Топор выскочил из-под лавки — и на двор, и давай дрова колоть, а дрова сами в избу идут и в печь лезут.
Много ли, мало ли времени прошло — невестки опять говорят:
— Емеля, дров у нас больше нет. Съезди в лес, наруби.
А он им с печки:
— Да вы-то на что?
— Как мы на что?.. Разве наше дело в лес за дровами ездить?
— Мне неохота...
— Ну не будет тебе подарков.
Делать нечего. Слез Емеля с печи, обулся, оделся. Взял веревку и топор, вышел на двор и сел в сани:
— Бабы, отворяйте ворота!
Невестки ему говорят:
— Что ж ты, дурень, сел в сани, а лошадь не запряг?
— Не надо мне лошади.
Невестки отворили ворота, а Емеля говорит потихоньку:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — ступайте, сани, в лес...
Сани сами и поехали в ворота, да так быстро — на лошади не догнать.
А в лес-то пришлось ехать через город, и тут он много народу помял, подавил. Народ кричит: "Держи его! Лови его!" А он знай сани погоняет. Приехал в лес:
— По щучьему веленью, По моему хотенью — топор, наруби дровишек посуше, а вы, дровишки, сами валитесь в сани, сами вяжитесь... |
Топор начал рубить, колоть сухие дрова, а дровишки сами в сани валятся и веревкой вяжутся. Потом Емеля велел топору вырубить себе дубинку — такую, чтобы насилу поднять. Сел на воз:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — поезжайте, сани, домой...
Сани помчались домой. Опять проезжает Емеля по тому городу, где давеча помял, подавил много народу, а там его уж дожидаются. Ухватили Емелю и тащат с возу, ругают и бьют.
Видит он, что плохо дело, и потихоньку:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — ну-ка, дубинка, обломай им бока...
Дубинка выскочила — и давай колотить. Народ кинулся прочь, а Емеля приехал домой и залез на печь.
Долго ли, коротко ли — услышал царь об Емелиных проделках и посылает за ним офицера: его найти и привезти во дворец.
Приезжает офицер в ту деревню, входит в ту избу, гдe Емеля живет, и спрашивает:
— Ты — дурак Емеля?
А он с печки:
— А тебе на что?
— Одевайся скорее, я повезу тебя к царю.
— А мне неохота...
Рассердился офицер и ударил его по щеке.
А Емеля говорит потихоньку:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — Дубинка, обломай ему бока...
Дубинка выскочила — и давай колотить офицера, насилу он ноги унес.
Царь удивился, что его офицер не мог справиться с Емелей, и посылает своего самого набольшего вельможу:
— Привези ко мне во дворец дурака Емелю, а то голову с плеч сниму.
Накупил набольший вельможа изюму, черносливу, пряников, приехал в ту деревню, вошел в ту избу и стал спрашивать у невесток, что любит Емеля.
— Наш Емеля любит, когда его ласково попросят да красный кафтан посулят, — тогда он все сделает, что попросишь.
Набольший вельможа дал Емеле изюму, черносливу, пряников и говорит:
— Емеля, Емеля, что ты лежишь на печи? Поедем к царю.
— Мне и тут тепло...
— Емеля, Емеля, у царя тебя будут хорошо кормить-поить, — пожалуйста, поедем.
— А мне неохота...
— Емеля, Емеля, царь тебе красный кафтан подарит, шапку и сапоги.
Емеля подумал-подумал:
— Ну ладно, ступай ты вперед, а я за тобой вслед буду.
Уехал вельможа, а Емеля полежал еще и говорит:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — ну-ка, печь, поезжай к царю...
Тут в избе углы затрещали, крыша зашаталась, стена вылетела, и печь сама пошла по улице, по дороге, прямо к царю.
Царь глядит в окно, дивится:
— Это что за чудо?
Набольший вельможа ему отвечает:
— А это Емеля на печи к тебе едет.
Вышел царь на крыльцо:
— Что-то, Емеля, на тебя много жалоб! Ты много народу подавил.
— А зачем они под сани лезли?
В это время в окно на него глядела царская дочь — Марья-царевна. Емеля увидал ее в окошке и говорит потихоньку:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — пускай царская дочь меня полюбит...
И сказал еще:
— Ступай, печь, домой...
Печь повернулась и пошла домой, зашла в избу и стала на прежнее место. Емеля опять лежит-полеживает.
А у царя во дворце крик да слезы. Марья-царевна по Емеле скучает, не может жить без него, просит отца, чтобы выдал он ее за Емелю замуж. Тут царь забедовал, затужил и говорит опять набольшему вельможе;
— Ступай приведи ко мне Емелю живого или мертвого, а то голову с плеч сниму.
Накупил набольший вельможа вин сладких да разных закусок, поехал в ту деревню, вошел в ту избу и начал Емелю потчевать.
Емеля напился, наелся, захмелел и лег спать.
Вельможа положил его в повозку и повез к царю. Царь тотчас велел прикатить большую бочку с железными обручами. В нее посадили Емелю и Марью-царевну, засмолили и бочку в море бросили. Долго ли, коротко ли — проснулся Емеля; видит — темно, тесно:
— Где же это я?
А ему отвечают:
— Скучно и тошно, Емелюшка! Нас в бочку засмолили, бросили в синее море.
— А ты кто?
— Я — Марья-царевна.
Емеля говорит:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — ветры буйные, выкатите бочку на сухой берег, на желтый песок...
Ветры буйные подули. Море взволновалось, бочку выкинуло на сухой берег, на желтый песок. Емеля и Марья-царевна вышли из нее.
— Емелюшка, где же мы будем жить? Построй какую ни на есть избушку.
— А мне неохота...
Тут она стала его еще пуще просить, он и говорит:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — выстройся каменный дворец с золотой крышей...
Только он сказал — появился каменный дворец с золотой крышей. Кругом — зеленый сад: цветы цветут и птицы поют.
Марья-царевна с Емелей вошли во дворец, сели у окошечка.
— Емелюшка, а нельзя тебе красавчиком стать?
Тут Емеля недолго думал:
— По щучьему веленью,
По моему хотенью — стать мне добрым молодцем, писаным красавцем...
И стал Емеля таким, что ни в сказке сказать, ни пером описать.
А в ту пору царь ехал на охоту и видит — стоит дворец, где раньше ничего не было.
— Это что за невежа без моего дозволения на моей земле дворец поставил?
И послал узнать-спросить: кто такие?
Послы побежали, стали под окошком, спрашивают.
Емеля им отвечает:
— Просите царя ко мне в гости, я сам ему скажу.
Царь приехал к нему в гости. Емеля его встречает, ведет во дворец, сажает за стол. Начинают они пировать. Царь ест, пьет и не надивится:
— Кто же ты такой, добрый молодец?
— А помнишь дурачка Емелю — как приезжал к тебе на печи, а ты велел его со своей дочерью в бочку засмолить, в море бросить? Я — тот самый Емеля. Захочу — все твое царство пожгу и разорю.
Царь сильно испугался, стал прощенья просить:
— Женись на моей дочери, Емелюшка, бери мое царство, только не губи меня!
Тут устроили пир на весь мир. Емеля женился на Марье-царевне и стал править царством.
Тут и сказке конец, а кто слушал — молодец!

На данном сайте Вы можете читать онлайн сказку по щучьему веленью полностью для детей на ночь. Ну и конечно есть возможность просмотра текста на мобильном телефоне, планшете, iphone, ipad и android устройствах бесплатно и без регистрации.

Лебеди и Черепаха, Моральные рассказы, Рассказы о Пачатантре, Рассказы

На окраине небольшой деревни было озеро. В озере жили два лебедя и черепаха, которые были хорошими друзьями. Они играли друг с другом и проводили время, рассказывая истории.

Год назад не было дождей, и озеро начало пересыхать.

«Озеро почти высохло. Мы должны найти какое-то другое место для жизни », - сказала черепаха лебедям.« Мы будем летать и искать подходящее место », - сказали лебеди.Оба лебедя разлетелись в разные стороны в поисках лучшего места для жизни. Немного поодаль один из лебедей заметил большое озеро. В нем было много воды и много рыб. Он прилетел, чтобы рассказать остальным.

Все трое были очень взволнованы находкой. "Вау! Теперь у нас не будет проблем, - сказала черепаха.

«Есть только одна проблема, - ответил один лебедь. - Мы вдвоем можем лететь туда в кратчайшие сроки. Но вы ползаете очень медленно. И это на некотором расстоянии.Вы никогда не доберетесь туда ".

Черепаха какое-то время задумалась. Вдруг его лицо просияло. «У меня есть идея, - сказал он. - Вы принесете мне палку. Я буду держать ее во рту. Вы оба можете держать палку с обеих сторон. Таким образом, вы можете доставить меня с собой в нашу комнату. новый дом."

«Это очень хорошая идея, но вы должны убедиться, что ни по какой причине не открываете рот. Если вы это сделаете, вы упадете насмерть », - предупредил один из лебедей.

Черепаха согласилась.

«Помните, что мы вам говорили», - напомнили лебеди, готовясь к полету. Вскоре они взлетели высоко в небо. Им пришлось пролететь над деревней, чтобы добраться до озера. Когда они летели над деревней, люди выбежал на улицу, чтобы посмотреть на это удивительное зрелище.

«Какие умные птицы. Они несут черепаху на палке! "- воскликнул один мужчина. Все были взволнованы, увидев такое удивительное зрелище.

«Это была моя идея. Я умный. «Мне нужно дать им знать», - подумала черепаха.Он открыл было рот, чтобы объяснить, но, прежде чем глупая черепаха успела что-то сказать, он упал с глухим стуком и умер.

Лебеди посмотрели на своего мертвого друга и горько покачали головами от его глупости. «Если бы он держал рот на замке, он был бы жив и счастлив с нами», - сказал один лебедь другому, когда они приземлились на большом озере, которое с тех пор станет их домом.

рассказ | Определение, характеристики, примеры, история и факты

Проанализируйте короткие художественные элементы, содержащиеся в «Дар волхвов», «Ожерелье» и «Волшебный магазин».

Американский редактор и антолог Клифтон Фадиман обсуждает элементы рассказ, 1980.В видео представлены отрывки из инсценировок Encyclopædia Britannica Educational Corporation: «Дар волхвов» О. Генри, «Ожерелье» Ги де Мопассана и «Волшебный магазин» Герберта Уэллса.

Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотреть все видео к этой статье

Рассказ , краткое вымышленное повествование в прозе, которое короче романа и обычно касается всего нескольких персонажей.

Британская викторина

Викторина по романам и писателям

Какова была настоящая профессия Артура Конан Дойля? Кто придумал исторический роман? Примите участие в этой викторине длиной в роман и узнайте, что вы знаете.

Короткий рассказ обычно связан с одним эффектом, переданным только в одном или нескольких значимых эпизодах или сценах. Форма поощряет экономию постановки, краткое повествование и пропуск сложного сюжета; характер раскрывается в действии и драматической встрече, но редко полностью развит. Однако, несмотря на относительно ограниченный объем, рассказ часто оценивается по его способности обеспечить «полное» или удовлетворительное рассмотрение его персонажей и предмета.

До 19 века рассказ не считался отдельной литературной формой. Но хотя в этом смысле он может показаться уникально современным жанром, факт остается фактом: короткая прозаическая литература почти так же стара, как и сам язык. На протяжении всей истории человечество получало удовольствие от различных типов кратких рассказов: шуток, анекдотов, изученных отступлений, коротких аллегорических романов, нравоучительных сказок, коротких мифов и сокращенных исторических легенд. Ни один из них не является рассказом в том виде, в каком его определяют с 19 века, но они составляют значительную часть среды, из которой возник современный рассказ.

Анализ жанра

Как жанр, рассказ получил относительно мало критического внимания в середине 20-го века, и наиболее ценные исследования формы часто были ограничены регионом или эпохой. В своей книге «Одинокий голос » (1963) ирландский писатель Фрэнк О’Коннор попытался объяснить жанр, предположив, что рассказы являются средством для «затопленных групп населения» обратиться к доминирующему сообществу. Однако большинство других теоретических дискуссий так или иначе основывались на тезисе Эдгара Аллана По о том, что истории должны иметь компактный единый эффект.

Оформите подписку Britannica Premium и получите доступ к эксклюзивному контенту. Подпишитесь сейчас

Несомненно, большая часть критики рассказа сосредоточена на технике письма. Многие, а зачастую и лучшие технические работы, советуют юному читателю, предупреждая читателя о разнообразии приемов и тактик, используемых опытным писателем. С другой стороны, многие из этих произведений - не более чем трактаты о том, «как писать рассказы» для молодого писателя, а не серьезный критический материал.

Преобладание в XIX веке двух слов, «зарисовка» и «сказка», позволяет по-разному взглянуть на жанр. В одних только Соединенных Штатах были практически сотни книг, претендующих на то, чтобы быть собраниями зарисовок (Вашингтон Ирвинг Книга набросков , Уильяма Дина Хауэлса Пригородные зарисовки ) или сборниками сказок ( Гротескные сказки По и Гротеска, Герман Melville's The Piazza Tales ). Эти два термина устанавливают полярности среды, из которой вырос современный рассказ.

Сказка намного старше наброска. По сути, сказка - это проявление нестареющего желания культуры назвать и осмыслить свое место в космосе. Он обеспечивает повествовательную структуру культуры для таких вещей, как ее видение себя и своей родины или для выражения концепции своих предков и своих богов. Сказки, обычно наполненные загадочными и уникальными мотивами, персонажами и символами, часто полностью понимаются только представителями той культуры, к которой они принадлежат.Просто сказки внутрикультурны. Сказка, редко создаваемая для обращения к внешней культуре, является средством, посредством которого культура говорит сама с собой и, таким образом, увековечивает свои собственные ценности и стабилизирует собственную идентичность. Старые говорят с молодыми через сказки.

Набросок, напротив, носит межкультурный характер, изображая какое-то явление одной культуры на благо или для удовольствия другой культуры. Фактический и публицистический, по сути, набросок, как правило, более аналитический или описательный и менее повествовательный или драматический, чем рассказ.Более того, эскиз по своей природе наводит на размышления , неполный; сказка часто бывает гиперболической , преувеличенной.

Записан основной режим скетча; сказка, сказанная. Одно это различие объясняет их совершенно разные эффекты. Автор набросков может иметь или притворяться, что видит свой предмет. Сказка, рассказанная при дворе или у костра - или в другом месте, аналогичным образом удаленном во времени от события, - почти всегда является воссозданием прошлого. Рассказчик - это агент время , объединяющий прошлое культуры и ее настоящее.Автор набросков - это скорее агент пространства , пространства , привлекающий внимание другой культуры к аспекту одной культуры.

Это лишь небольшое упрощение, чтобы предположить, что эта сказка была единственным видом короткометражного художественного произведения до 16 века, когда рост интереса среднего класса к соцреализму, с одной стороны, и к экзотическим странам, с другой, привел к усилению зарисовок. субкультур и зарубежных регионов. В XIX веке некоторые писатели, которых можно назвать «отцами» современной истории: Николай Гоголь, Хоторн, Э.Т.А. Гофман, Генрих фон Клейст, Проспер Мериме, По - сочетали элементы сказки с элементами эскиза. Каждый писатель работал по-своему, но общий эффект заключался в том, чтобы смягчить некоторую фантазию и отупляющую условность сказки и в то же время освободить эскиз от его рабства строгой фактичности. Современный рассказ, таким образом, колеблется между очень творческим рассказом и фотографическим эскизом и в некотором смысле опирается на то и другое.

Распакуйте рассказ Эрнеста Хемингуэя «Мой старик» и узнайте, как автор был эмигрантом в Париже.

Автор, профессор и редактор Блейк Невиус изучает «Мой старик» Эрнеста Хемингуэя в постановке 1970 года Encyclopdia Britannica Educational Corporation.

Encyclopædia Britannica, Inc. Посмотреть все видео к этой статье

Рассказы Эрнеста Хемингуэя, например, часто могут получить свою силу от использования традиционных мифических символов (вода, рыба, раны в паху), но они больше ближе к эскизу, чем к сказке. Действительно, Хемингуэй временами мог представить свои явно основанные на фактах истории в виде газетных экземпляров. Напротив, рассказы современника Хемингуэя Уильяма Фолкнера больше напоминают сказку.Кажется, что Фолкнер редко преуменьшает значение, и его рассказы несут в себе тяжелый привкус прошлого. И его язык, и его предмет богаты традиционным материалом. Южанин вполне мог бы заподозрить, что только читатель, проникнутый сочувственными знаниями о традиционном Юге, может полностью понять Фолкнера. Иногда Фолкнер может показаться южанином, говорящим с южанами и для них. Но поскольку в силу своих образных и символических качеств рассказы Хемингуэя - это больше, чем журналистские наброски, так и в силу своих исследовательских и аналитических качеств рассказы Фолкнера - это больше, чем южные сказки.

Независимо от того, рассматривается ли современный рассказ как слияние эскиза и сказки, вряд ли можно оспаривать тот факт, что сегодня рассказ представляет собой отдельный и автономный, хотя и все еще развивающийся жанр.

Юмор, ирония и сатира в прологе кентерберийских рассказов

Хорошее чувство юмора - одно из важнейших навыков любого великого писателя. Джеффри Чосер - один из тех художников, которые проявляют загадочное количество и разнообразие юмора, причем удивительно тонко.Он заставляет обычного читателя смеяться, а умного - улыбаться. Он первый великий юморист английской литературы.


Джеффри Чосер (1343-1400)

Юмор Чосера изысканный. Цель юмора в стихотворении Чосера не в том, чтобы обидеть других, а в том, чтобы осветить и проиллюстрировать, что они собой представляют. Говорят, что юмор Чосера мягкий, потому что он глубоко привязан к человечеству. Он человеколюбец, филантроп. Он одинаково любит мужчин, хороших или плохих.Он не осуждает глупцов и не выказывает отвращения к негодяям. Он мягко разоблачает их характер, манеры или поведение. Он хочет доставить удовольствие, изображая их забавные черты характера, художественно раскрывая секрет их слабостей. Он хочет развлечь или порадовать читателя. Его юмор свободен от острой сатиры. Однако он тонко и мягко разоблачает пороки общества. Проверка юмориста - его готовность смеяться над собой так же много, как и над другими, и Чосер успешно проходит это испытание.Он вызывает юмор как за свой счет, так и за счет своих паломников. Он не жалеет даже себя и много шутит за свой счет.

Кентерберийские рассказы раскрывают чосеровский юмор во всех его разновидностях. В «Прологе» каждого персонажа ловко оживляют юмористические штрихи, и зрелище веселых паломников живо живет в наших воспоминаниях. Когда Чосер представляет Приориссу, чувствуется беззаботность гениального юмориста. Чосер лукаво вскрывает ее нежность, когда говорит, что она настолько милосердна и нежна, что заплакала бы, если бы увидела мышь, попавшую в ловушку.Хотя она и была настоятелем, она занималась любовью. Для Чосера, с его частыми поездками в зарубежные страны, ее французский язык казался скорее лондонским, а не парижским.

Его характеристики почти всех персонажей здесь действительно юмористические. У нас есть примеры чистого юмора также в Прологе, например, мы смеемся над любовной тоской сквайра, поджарости Оксфордского клерка и его лошади, которую сравнивают с граблями. Мотив такого рода юмора - смех сам по себе.Но ирония становится более заметной в трактовке персонажей Чосером, особенно когда поэт показывает корректирующий мотив. Однако Чосер, как ироник и сатирик, не стремится исправлять людей, но он, несомненно, находит удовольствие в нелепостях, аффектации и некоторых незначительных пороках людей, с которыми имеет дело. Главное, что следует отметить в отношении использования им иронической сатиры, заключается в том, что он, как Свифт, не чувствует себя раздутым или взбешенным из-за слабостей и недостатков человеческих существ, потому что его отношение к ним не только терпимое, но и снисходительное.Эта причина помогает смягчить его иронию юмором, делая общую сатиру совершенно восхитительной и свободной от налетов цинизма и пессимизма.

Мы находим добрый и снисходительный юмор в случае клерка Оксфорда. Оксфордский клерк был ученым в клочьях, но он любил учиться и преподавать. Юмор Чосера становится широким и полу-фарсовым в случае Жены Бата. Она была немного глухой и зубастой. Всю жизнь она была достойной женщиной. У нее было пять мужей у дверей церкви, не считая другой компании в молодости.Все средства от любви были у нее под рукой. В случае с доктором физиков есть иронический юмор. Юмор Чосера становится грубым и грубым, когда он представляет Миллера и Рива. Сатирический тон юмора Чосера хорошо представлен в образах Монаха, Монаха, Помилующего и Призывателя. Эти церковные персонажи оставили свои религиозные обязанности. Материалистические и любовные вещи стали неотъемлемой частью их жизни. Чосер мягко высмеивает монаха, который стал мирским человеком и любил охоту и верховую езду.Помилование был обманщиком и лицемером. Своей притворной лести он обманывал невинных людей и выжимал из их карманов деньги. Призыватель был мошенником. Если человек смазывал ладонь, он был выше закона и мог делать злые дела целый год. Юмор Чосера не имеет оттенка горькой сатиры. Чосер смотрел на глупости людей и улыбался. Он был мастером иронии и отзывчивого юмора. Юмор Чосера - почти невинное развлечение.

Сатира встречается в мире Чосера, но она редко бывает грубой, редко суровой и никогда не жестокой.В его юморе нет резкой и едкой сатиры. Он не бил безжалостно твердыни разложения; он просто посмеялся над ними и рассмешил нас. На самом деле горькая сатира не проникла в сочувствующий и гениальный взгляд Чосера. Его интерес заключалась скорее в портретной живописи, чем в экспозиции. Его целью было изобразить жизнь такой, какой он ее видел, показать зеркало природы.

Использование Чосером иронии для создания сатирического портрета и для того, чтобы заставить нас смеяться, ясно видно в его представлении о настоятельнице.

Leave a Reply