Разное

Сказки ганс христиан андерсен: Сказки Андерсена: читать, список всех сказок Ганса Христиана Андерсена онлайн для детей – Сказки Ганса Христиана Андерсена — читать бесплатно онлайн

СКАЗКИ АНДЕРСЕНА читать онлайн. Полный список сказок Андерсена

Все сказки Андерсена

Список сказок Андерсена впечатляет – более 160 сказок, коротких и длинных, для детей и взрослых.

Полный список сказок Андерсена

Читать сказки Андерсена увлекательно в любом возрасте, и детям и взрослым они дают свободу для полета мечты и фантазии. В каждой сказке Ганса Христиана есть глубокие мысли о смысле жизни, человеческой морали, грехе и добродетелях, нередко не заметные на первый взгляд.

Не каждая сказка Андерсена легка для восприятия, сюжет далеко не каждой истории приятен. Но, читая и осмысляя даже самые сложные сюжеты сказок Андерсена, мы обязательно находим в них крупицу мудрости великого датчанина, сочувствуем его внутренним переживаниям.


Сказки Г. Х. Андерсена

Сказки Г.Х. Андерсена – одни из самых известных и читаемых во всем мире, а самого великого датчанина по праву считают самым известным сказочником.

Целые поколения девчонок и мальчишек с упоением зачитывались такими его шедеврами, как Русалочка, Снежная Королева, Дюймовочка, Гадкий утенок, Огниво, Дикие лебеди, Стойкий оловянный солдатик, Соловей, Оле-Лукойе, Свинопас, Новое платье короля…

Лучшие мировые киностудии продолжают снимать по сюжетам сказок Андерсена художественные и анимационные фильмы, а в репертуаре детских театров произведениям этого гениального датского сказочника отведено особое место.

И все же сказки обязательно нужно читать, ведь прикасаясь к первоисточнику, намного легче понять истинный смысл, настроение и мотивы героев, рожденных безграничным воображением Ганса Христиана.


Свои сказки Ганс Христиан писал не только для детей, но и для взрослых. В любой его сказке «зашифрован» глубокий смысл, воспринимаемый каждым читателем по-своему. Самое поразительное, что и сегодня читать творения Андерсена так же интересно, как и сто лет назад.

Сказки самого известного датчанина живут в сборниках его произведений, переиздаваемых огромными тиражами. А собрание сочинений великого сказочника продолжает пополняться новыми творениями, случайно найденными в датских архивах.

Чтобы облегчить поиск любимых сказок, мы постарались собрать их все на этом сайте, где вы можете не только комфортно читать их онлайн на своем компьютере, планшете или телефоне, но и слушать в исполнении замечательных артистов.

Вы можете прочитать сказки Андерсена прямо сейчас, ведь для этого вовсе не обязательно идти в библиотеку или тратить деньги на покупку книг.

Приятного вам чтения!


Нравятся сказки? Поделись с друзьями!

Библиография Ханса Кристиана Андерсена — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 21 мая 2015; проверки требуют 16 правок. Текущая версия страницы пока не проверялась опытными участниками и может значительно отличаться от версии, проверенной 21 мая 2015; проверки требуют 16 правок.

Здесь расположен список сказок и историй для семейного чтения датского писателя Ханса Кристиана Андерсена. Произведения даны в хронологическом порядке вместе с оригинальным названием.

1830-е годы[править | править код]

  • Затонувшая обитель (Det sjunkne Kloster, 1831)
  • Огниво (Fyrtøiet, 1835)
  • Маленький Клаус и большой Клаус (Lille Claus og store Claus, 1835)
  • Принцесса на горошине (Prindsessen paa Ærten, 1835)
  • Цветы маленькой Иды (Den lille Idas Blomster, 1835)
  • Дюймовочка (Tommelise, 1835)
  • Нехороший мальчик (Den uartige Dreng, 1835)
  • Дорожный товарищ (Reisekammeraten, 1835)
  • Басня-то про тебя сложена! (Det er Dig, Fabelen sigter til!, 1836)
  • Талисман (Talismanen, 1836)
  • Жив еще старый Бог! (Den gamle Gud lever endnu, 1836)
  • Русалочка (Den lille Havfrue, 1837)
  • Новое платье короля (Keiserens nye Klæder, 1837)
  • Калоши счастья (Lykkens Kalosker, 1838)
  • Ромашка (Gaaseurten, 1838)
  • Стойкий оловянный солдатик (Den standhaftige Tinsoldat, 1838)
  • Дикие лебеди (De vilde Svaner, 1838)
  • Эльф розового куста (Rosen-Alfen, 1839)
  • Райский сад (Paradisets Have, 1839)
  • Сундук-самолёт (Den flyvende Kuffert, 1839)
  • Аисты (Storkene, 1839)

1840-е годы[править | править код]

  • Злой князь (Den onde Fyrste, 1840)
  • Оле-Лукойе (Ole Lukøie, 1841)
  • Свинопас (Svinedrengen, 1841)
  • Гречиха (Boghveden, 1841)
  • Бронзовый кабан (Metalsvinet, 1842)
  • Побратимы (Venskabs-Pagten, 1842)
  • Роза с могилы Гомера (En Rose fra Homers Grav, 1842)
  • Ангел (Engelen, 1843)
  • Соловей (Nattergalen, 1843)
  • Жених и невеста (Kjærestefolkene или Toppen og Bolden, 1843)
  • Гадкий утёнок (Den grimme Ælling, 1843)
  • Ель (Grantræet, 1844)
  • Снежная королева (Sneedronningen, 1844)
  • Бузинная матушка (Hyldemoer, 1844)
  • Волшебный холм (Elverhøi, 1845)
  • Красные башмачки (De røde Skoe, 1845)
  • Прыгуны (Springfyrene, 1845)
  • Пастушка и трубочист (Hyrdinden og Skorsteensfeieren, 1845)
  • Хольгер Датчанин (Holger Danske, 1845)
  • Колокол (Klokken, 1845)
  • Бабушка (Bedstemoder, 1845)
  • Штопальная игла (Stoppenaalen, 1845)
  • Девочка со спичками (Den lille Pige med Svovlstikkerne, 1845)
  • Из окна богадельни (Fra et Vindue i Vartou, 1846)
  • С крепостного вала (Et Billede fra Castelsvolden, 1846)
  • Старый уличный фонарь (Den gamle Gadeløgte, 1847)
  • Соседи (Nabofamilierne, 1847)
  • Маленький Тук (Lille Tuk, 1847)
  • Тень (Skyggen, 1847)
  • Старый дом (Det gamle Huus, 1847)
  • Капля воды (Vanddraaben, 1847)
  • Счастливое семейство (Den lykkelige Familie, 1847)
  • История одной матери (Historien om en Moder, 1847)
  • Воротничок (Flipperne, 1847)
  • Лён (Hørren, 1848)

1850-е годы[править | править код]

  • Птица Феникс
  • Директор кукольного театра
  • Сон (сказка)
  • Немая книга
  • Свиньи
  • Есть же разница!
  • Прекраснейшая роза мира
  • Через тысячу лет
  • Лебединое гнездо
  • Старая могильная плита
  • История года
  • В день кончины
  • Истинная правда
  • Весёлый нрав
  • Сердечное горе
  • Всему своё место
  • Домовой мелочного торговца
  • Под ивой
  • Пятеро из одного стручка
  • Пропащая
  • Последняя жемчужина
  • Отпрыск райского растения
  • Две девицы
  • На краю моря
  • Свинья-копилка (сказка)
  • Ганс Чурбан
  • Иб и Христиночка
  • Тернистый путь славы
  • Еврейка
  • Обрывок жемчужной нити
  • Колокольный омут
  • Бутылочное горлышко (Flaskehalsen, 1857)
  • Суп из колбасной палочки (Suppe paa en Pølsepind, 1858)
  • Ночной колпак старого холостяка (Pebersvendens Nathue, 1858)
  • Кое-что («Noget», 1858)
  • Последний сон старого дуба (Det gamle Egetræes sidste Drøm, 1858)
  • Букварь (ABC-Bogen, 1858)
  • Дочь Болотного Царя (Dynd-Kongens Datter, 1858)
  • Скороходы (Hurtigløberne, 1858)
  • Философский камень (De Vises Steen, 1858)
  • Ветер рассказывает о Вальдемаре До и его дочерях (Vinden fortæller om Valdemar Daae og hans Døttre, 1859)
  • Девочка, наступившая на хлеб (Pigen, som traadte paa Brødet, 1859)
  • Колокольный сторож Оле (Taarnvægteren Ole, 1859)
  • Анне Лисбет (Anne Lisbeth, 1859)
  • Ребячья болтовня (Børnesnak, 1859)
  • На могиле ребёнка (Barnet i Graven, 1859)
  • Перо и чернильница (Pen og Blækhuus, 1859)
  • Дворовый петух и флюгерный (Gaardhanen og Veirhanen, 1859)
  • Как хороша! («Deilig!», 1859)
  • На дюнах (En Historie fra Klitterne, 1859)
  • Два брата (To Brødre, 1859)

1860-е годы[править | править код]

  • День переезда (Flyttedagen, 1860)
  • Мотылёк (Sommerfuglen, 1860)
  • Епископ Берглумский и его родичи (Bispen paa Børglum og hans Frænde, 1861)
  • Двенадцать пассажиров (Tolv med Posten, 1861)
  • Навозный жук (Skarnbassen, 1861)
  • Что муженёк ни сделает, всё хорошо (Hvad Fatter gjør, det er altid det Rigtige, 1861)
  • Снеговик (Sneemanden, 1861)
  • На птичьем дворе (I Andegaarden, 1861)
  • Муза нового века (Det nye Aarhundredes Musa, 1861)
  • Дева льдов (Iisjomfruen, 1861)
  • Психея (Psychen, 1861)
  • Улитка и розовый куст (Sneglen og Rosenhækken, 1861)
  • Старый церковный колокол (Den gamle Kirkeklokke, 1861)
  • Серебряная монетка (Sølvskillingen, 1861)
  • Подснежник (Sommergjækken, 1862)
  • Сказка (Theepotten, 1863)
  • Птица народной песни (Folkesangens Fugl, 1864)
  • Блуждающие огоньки в городе (Lygtemændene ere i Byen, sagde Mosekonen, 1865)
  • Ветряная мельница (Veirmøllen, 1865)
  • В детской (I Børnestuen, 1865)
  • Золотой мальчик (Guldskat, 1865)
  • Как буря перевесила вывески (Stormen flytter Skilt, 1865)
  • Сокрыто — не забыто (Gjemt er ikke glemt, 1866)
  • Сын привратника (Portnerens Søn, 1866)
  • Тётушка (Moster, 1866)
  • Жаба (Skrubtudsen, 1866)
  • Вэн и Глэн (Vænø og Glænø, 1867)
  • Зелёные крошки (De smaa Grønne, 1867)
  • Домовой и хозяйка (Nissen og Madamen, 1867)
  • Пейтер, Пётр и Пейр (Peiter, Peter og Peer, 1868)
  • Альбом крёстного (Gudfaders Billedbog, 1868)
  • Кто же счастливейшая? (Hvem var den Lykkeligste?, 1868)
  • Дни недели (Ugedagene, 1868)
  • Дриада (Dryaden, 1868)
  • Тряпьё (Laserne, 1868)
  • Вельможные карты (Herrebladene, 1869)
  • И в щепке порою скрывается счастье! (Lykken kan ligge i en Pind, 1869)
  • Рассказы солнечного луча (Solskins-Historier, 1869)
  • Комета (Kometen, 1869)
  • Что можно придумать (Hvad man kan hitte paa, 1869)
  • Судьба репейника (Hvad Tidselen oplevede, 1869)
  • Предки птичницы Греты (Hønse-Grethes Familie, 1869)

1870-е годы[править | править код]

  • Что сказала вся семья (Hvad hele Familien sagde, 1870)
  • Свечи (Lysene, 1870)
  • Прадедушка (Oldefa’er, 1870)
  • Самое невероятное (Det Utroligste, 1870)
  • Датские народные легенды (Danske Folkesagn, 1870)
  • «Спроси с Амагера фру!» («Spørg Amagermo’er»!, 1871)
  • «Пляши, куколка, пляши!» («Dandse, dandse Dukke min!», 1871)
  • Великий морской змей (Den store Søslange, 1871)
  • Садовник и господа (Gartneren og Herskabet, 1872)
  • О чём рассказывала старая Йоханна (Hvad gamle Johanne fortalte, 1872)
  • Ключ от ворот (Portnøglen, 1872)
  • Сидень (Krøblingen, 1872)
  • Тётушка Зубная Боль (Tante Tandpine, 1872)
  • Блоха и профессор (Loppen og Professoren, 1872)

Сказки и истории, опубликованные посмертно[править | править код]

  • «Кваканье» (Qvæk, 1926)
  • Писарь (Skriveren, 1926)
  • На смертном одре («Первый вечер», Den første Aften, 1943)
  • «Говорят!» («Man siger -«!, 1949)
  • Бедная женщина и маленькая канарейка (Den fattige Kone og den lille Canariefugl, 1949)
  • Урбан (Urbanus, 1949)
  • Картошка (Kartoflerne, 1953)
  • Яблоко (Æblet, 1959)
  • Темпераменты (Temperamenterne, 1967)
  • Наш старый школьный учитель (Vor gamle Skolemester, 1967)
  • Голубые горы (De blaae Bjerge, 1972)
  • Ханс и Грета (Hans og Grethe, 1972)
  • Осел в топчаке (Æselet i Trædemøllen, 1973)
  • Сальная свеча (Tællelyset, 2012)
  • О чем поведала старая ива (Hvad gamle Piletræet fortalte, 2016)
  • Бессмертие (Udødelighed, 2016)
  • Уховертки (Ørentvister, 2016)
  • Хмелевой шест (En Humlestang, 2016)
  • Рассуждения аиста (Storkens Tanker, 2016)
  • Зеленые острова (De grønne Øer, 2016)
  • Иведе-Аведе! (Ivede-Аvede!, 2016)
  • Письмо аиста из Суэца перед открытием канала (Et Storkebrev fra Suez før Canalens Aabning, 2016)
  • О чем рассказывают часы (Hvad Uhret fortæller, 2016)
  • О чем поют волны морские (Hvad Havet fortæller, 2016)
  • Сказка о жёнах
  • Роза
  • Королева метелей
  • Дочь великана
  • Лизочка у колодца
  • Дети года
  • Птичка и солнечный луч
  • Путешествие
  • Картинка
  • Пастушок пасёт овец
  • «Дания — моя родина»

Сказки Андерсена. Читать

Сказки Андерсена. Читать

 

Сказки Андерсена. Читать все сказки Андерсена

 

Полное собрание сказок Ганса Христиана Андерсена. Читать

 

Аисты (1839 год) 

Альбом крестного (1868 год) 

Ангел (1843 год)

Анне Лисбет (1859 год)

Бабушка (1845 год)

Блоха и профессор (1872 год) 

Блуждающие огоньки в городе (1865 год)

Большой морской змей (1871 год)

Бронзовый кабан (1842 год)

Бузинная матушка (1844 год) 

Бутылочное горлышко (1857 год) 

В день кончины (1852 год)

В детской (1865 год) 

Вен и Глен (1867 год)

Веселый нрав (1852 год)

Ветер рассказывает о Вальдемаре До и его дочерях (1859 год) 

Ветряная мельница (1865 год) 

Волшебный холм (1845 год)

Воротничок (1847 год) 

Всяк знай своё место! (1852 год) 

Гадкий утенок (1843 год)

Ганс Чурбан (1855 год)

Гречиха (1841 год)

Два брата (1859 год)

Две девицы (1851 год)

Двенадцать пассажиров (1861 год)

Дворовый петух и флюгерный (1859 год)

Дева льдов (1861 год)

Девочка со спичками (1845 год)

Девочка, которая наступила на хлеб (1859 год)

День переезда (1860 год)

Дикие лебеди (1838 год)

Директор кукольного театра (1851 год)

Дни недели (1868 год)

Домовой и хозяйка (1867 год)

Домовой у лавочника (1852 год)

Дорожный товарищ (1835 год)

Дочь болотного царя (1858 год)

Дриада (1868 год)

Дюймовочка (1835 год) 

Еврейка (1855 год)

Елочка (1844 год)

Епископ Бьёрглумский и его родичи (1861 год)

Есть же разница! (1851 год)

Жаба (1866 год)

Жених и невеста (1843 год)

Затонувший монастырь

Зеленые крошки (1867 год)

Злой князь (1840 год)

Золотой мальчик (1865 год)

И в щепочке порой скрывается счастье (1869 год)

Иб и Христиночка (1855 год)

Из окна богадельни (1846 год)

Истинная правда (1852 год)

История года (1852 год)

История одной матери (1847 год)

Как хороша! (1859 год)

Калоши счастья (1838 год)

Капля воды (1847 год)

Ключ от ворот (1872 год)

Кое что (1858 год)

Колокол (1845 год)

Колокольный омут (1856 год)

Колокольный сторож Оле (1859 год)

Комета (1869 год)

Короли, дамы и валеты (1869 год)

Красные башмаки (1845 год)

Кто же счастливейшая? (1868 год)

Лебединое гнездо (1852 год)

Лён (1848 год)

Маленький Клаус и Большой Клаус (1835 год)

Маленький Тук (1847 год)

Мотылёк (1860 год)

Муза нового века (1861 год)

На дюнах (1859 год)

На краю моря (1854 год)

На могиле ребенка (1859 год)

На утином дворе (1861 год)

Навозный жук (1861 год)

Немая книга (1851 год)

Новый наряд короля (1837 год)

Ночной колпак старого холостяка (1858 год)

О том, как буря перевесила вывески (1865 год)

О чем рассказывала старуха Иоганна (1872 год)

Оборвыш на троне французских королей

Обрывок жемчужной нити (1856 год)

Огниво (1835 год)

Оле-Лукойе (1841 год)

Отпрыск райского растения (1853 год)

Пастушка и трубочист (1845 год)

Пейтер, Петер и Пер (1868 год)

Перо и чернильница (1859 год)

Пляши, куколка, пляши (1871 год)

Побратимы (1842 год)

Под ивою (1852 год)

Подснежник (1862 год)

Последний сон старого дуба (1858 год)

Последняя жемчужина (1853 год)

Прадедушка (1870 год)

Предки птичницы Греты (1869 год)

Прекраснейшая роза мира (1851 год)

Принцесса на горошине (1835 год)

Пропащая (1852 год)

Прыгуны (1845 год)

Психея (1861 год)

Птица народной песни (1864 год)

Птица феникс (1850 год)

Пятеро из одного стручка (1852 год)

Райский сад (1839 год)

Рассказы солнечного луча (1869 год)

Ребячья болтовня (1859 год)

Роза с могилы Гомера (1842 год)

Ромашка (1838 год)

Русалочка (1837 год)

С крепостного вала (1846 год)

Садовник и господа (1872 год)

Самое невероятное (1870 год)

Свечи (1870 год)

Свинопас (1841 год)

Свиньи (1851 год)

Свинья — копилка (1854 год)

Сердечное горе (1852 год)

Серебряная монетка (1861 год)

Сидень (1872 год)

Скверный мальчишка (1835 год)

Скороходы (1858 год)

Скрыто — не забыто (1866 год)

Снеговик (1861 год)

Снежная королева (1844 год)

Соловей (1843 год)

Сон (1851 год)

Соседи (1847 год)

Старая могильная плита (1852 год)

Старый дом (1847 год)

Старый уличный фонарь (1847 год)

Старый церковный колокол (1861 год)

Стойкий оловянный солдатик (1838 год)

Судьба репейника (1869 год)

Сундук-самолёт (1839 год)

Суп из колбасной палочки (1858 год)

Счастливое семейство (1847 год)

Сын привратника (1866 год)

Талисман (1836 год)

Тень (1847 год)

Тернистый путь славы (1855 год)

Тетушка (1866 год)

Тетушка зубная боль (1872 год)

Тряпье (1868 год)

Уж что муженек сделает, то и ладно (1861 год)

Улитка и розы (1861 год)

Философский камень (1858 год)

Хольгер-Датчанин (1845 год)

Цветы маленькой Иды (1835 год)

Чайник (1863 год)

Чего только не придумают… (1869 год)

Через тысячу лет (1852 год)

Что сказала вся семья (1870 год)

Штопальная игла (1845 год)

Эльф розового куста (1839 год)

Эта басня сложена про тебя (1836 год)

«Лягушачье кваканье» (1926 год)

Ханс Кристиан Андерсен сказки | Лабиринт

Andersen Hans Christian, Андерсен Ганс Христиан

Ханс Кристиан Андерсен (1805-1875) родился в маленьком городе Оденсе (на датском острове Фиония). С детства любил мечтать и сочинять, часто устраивал импровизированные домашние спектакли.
В 1816 году отец Андерсена умер, и мальчику пришлось работать ради пропитания. В четырнадцать лет Ханс Андерсен поехал в Копенгаген, где сначала играл в Королевском театре, а потом по протекции короля Дании Фредерика VI был устроен в школу в Слагелсе, а затем переведен в другую в Эльсиноре.
Первый же опубликованный фантастический рассказ «Пешее путешествие от канала Холмен к восточной оконечности Амагера» принёс писателю известность (1829). А шесть лет спустя появились прославившие его «Сказки» (1835), второй выпуск которых был начат в 1838 году, а третий – в 1845. К этому моменту Андерсен-сказочник был известен во всей Европе.
Во второй половине 1840 и в следующие годы публиковал романы и пьесы, тщетно пытаясь прославиться как драматург и романист, но продолжал сочинять и сказки. Последняя была написана в рождество 1872 года.

Андерсен Ханс Кристиан

Ханс Кристиан Андерсен (1805-1875) родился в маленьком городе Оденсе (на датском острове Фиония). С детства любил мечтать и сочинять, часто устраивал импровизированные домашние спектакли. В 1816 году отец Андерсена умер, и мальчику пришлось работать ради пропитания. В четырнадцать лет Ханс Андерсен поехал в Копенгаген, где сначала играл в Королевском театре, а потом по протекции короля Дании Фредерика VI был устроен в школу в Слагелсе, а затем переведен в другую в Эльсиноре. Первый же опубликованный фантастический рассказ «Пешее путешествие от канала Холмен к восточной оконечности Амагера» принёс писателю известность (1829). А шесть лет спустя появились прославившие его «Сказки» (1835), второй выпуск которых был начат в 1838 году, а третий – в 1845. К этому моменту Андерсен-сказочник был известен во всей Европе. Во второй половине 1840 и в следующие годы публиковал романы и пьесы, тщетно пытаясь прославиться как драматург и романист, но продолжал сочинять и сказки. Последняя была написана в рождество 1872 года.

/images/upl/descripts/pic_1488463303.png

Сказки Андерсена. Список

 

Список сказок и историй Ханса Кристиана Андерсена

Список сказок и историй для семейного чтения датского писателя Ханса Кристиана Андерсена. Произведения даны в хронологическом порядке и вместе с оригинальным названием.

 

Сказки и истории в прозе

 

1830-е годы

Огниво (Fyrtøiet, 1835)

Маленький Клаус и большой Клаус (Lille Claus og store Claus, 1835)

Принцесса на горошине (Prindsessen paa Ærten, 1835)

Цветы маленькой Иды (Den lille Idas Blomster, 1835)

Дюймовочка (Tommelise, 1835)

Нехороший мальчик (Den uartige Dreng, 1835)

Дорожный товарищ (Reisekammeraten, 1835)

Талисман (Talismanen, 1836)

Бог никогда не умрёт (Den gamle Gud lever endnu, 1836)

Русалочка (Den lille Havfrue, 1837)

Новое платье короля (Keiserens nye Klæder, 1837)

Калоши счастья (Lykkens Kalosker, 1838)

Ромашка (Gaaseurten, 1838)

Стойкий оловянный солдатик (Den standhaftige Tinsoldat, 1838)

Дикие лебеди (De vilde Svaner, 1838)

Эльф розового куста (Rosen-Alfen, 1839)

Райский сад (Paradisets Have, 1839)

Сундук-самолёт (Den flyvende Kuffert, 1839)

Аисты (Storkene, 1839)

 

1840-е годы

Злой князь (Den onde Fyrste, 1840)

Оле-Лукойе (Ole Lukøie, 1841)

Свинопас (Svinedrengen, 1841)

Гречиха (Boghveden, 1841)

Бронзовый кабан (Metalsvinet, 1842)

Побратимы (Venskabs-Pagten, 1842)

Роза с могилы Гомера (En Rose fra Homers Grav, 1842)

Ангел (Engelen, 1843)

Соловей (Nattergalen, 1843)

Жених и невеста (Kjærestefolkene или Toppen og Bolden, 1843)

Гадкий утёнок (Den grimme Ælling, 1843)

Ель (Grantræet, 1844)

Снежная королева (Sneedronningen, 1844)

Бузинная матушка (Hyldemoer, 1844)

Волшебный холм (Elverhøi, 1845)

Красные башмачки (De røde Skoe, 1845)

Прыгуны (Springfyrene, 1845)

Пастушка и трубочист (Hyrdinden og Skorsteensfeieren, 1845)

Хольгер Датчанин (Holger Danske, 1845)

Колокол (Klokken, 1845)

Бабушка (Bedstemoder, 1845)

Штопальная игла (Stoppenaalen, 1845)

Девочка со спичками (Den lille Pige med Svovlstikkerne, 1845)

Из окна богадельни (Fra et Vindue i Vartou, 1846)

С крепостного вала (Et Billede fra Castelsvolden, 1846)

Старый уличный фонарь (Den gamle Gadeløgte, 1847)

Соседи (Nabofamilierne, 1847)

Маленький Тук (Lille Tuk, 1847)

Тень (Skyggen, 1847)

Старый дом (Det gamle Huus, 1847)

Капля воды (Vanddraaben, 1847)

Счастливое семейство (Den lykkelige Familie, 1847)

История одной матери (Historien om en Moder, 1847)

Воротничок (Flipperne, 1847)

Лён (Hørren, 1848)

 

1850-е годы

Птица Феникс (Fugl Phønix, 1850)

Директор кукольного театра (Marionetspilleren, 1851)

Сон (сказка) (En Historie, 1851)

Немая книга (Den stumme Bog, 1851)

Свиньи (Svinene, 1851)

Есть же разница! («Der er Forskjel!», 1851)

Прекраснейшая роза мира (Verdens deiligste Rose, 1851)

Через тысячу лет (Om Aartusinder, 1852)

Лебединое гнездо (Svanereden, 1852)

Старая могильная плита (Den gamle Gravsteen, 1852)

История года (Aarets Historie, 1852)

В день кончины (Paa den yderste Dag, 1852)

Истинная правда (Det er ganske vist!, 1852)

Весёлый нрав (Et godt Humeur, 1852)

Сердечное горе (Hjertesorg, 1852)

Всему своё место («Alt paa sin rette Plads», 1852)

Домовой мелочного торговца  Домовой у лавочника (Nissen hos Spekhøkeren, 1852)

Под ивой (Under Piletræet, 1852)

Пятеро из одного стручка (Fem fra en Ærtebælg, 1852)

Пропащая («Hun duede ikke», 1852)

Последняя жемчужина (Den sidste Perle, 1853)

Отпрыск райского растения (Et Blad fra Himlen, 1853)

Две девицы (To Jomfruer, 1853)

На краю моря (Ved det yderste Hav, 1854)

Свинья-копилка (Pengegrisen, 1854)

Ганс Чурбан (Klods-Hans, 1855)

Иб и Христиночка (Ib og lille Christine, 1855)

Тернистый путь славы («Ærens Tornevei», 1855)

Еврейка (Jødepigen, 1855)

Обрывок жемчужной нити (Et stykke Perlesnor, 1856)

Колокольный омут (Klokkedybet, 1856)

Бутылочное горлышко (Flaskehalsen, 1857)

Суп из колбасной палочки (Suppe paa en Pølsepind, 1858)

Ночной колпак старого холостяка (Pebersvendens Nathue, 1858)

Кое-что («Noget», 1858)

Последний сон старого дуба (Det gamle Egetræes sidste Drøm, 1858)

Азбука (ABC-Bogen, 1858)

Дочь Болотного Царя (Dynd-Kongens Datter, 1858)

Скороходы (Hurtigløberne, 1858)

Философский камень (De Vises Steen, 1858)

Ветер рассказывает о Вальдемаре До и его дочерях (Vinden fortæller om Valdemar Daae og hans Døttre, 1859)

Девочка, наступившая на хлеб (Pigen, som traadte paa Brødet, 1859)

Колокольный сторож Оле (Taarnvægteren Ole, 1859)

Анне Лисбет (Anne Lisbeth, 1859)

Ребячья болтовня (Børnesnak, 1859)

На могиле ребёнка (Barnet i Graven, 1859)

Перо и чернильница (Pen og Blækhuus, 1859)

Дворовый петух и флюгерный (Gaardhanen og Veirhanen, 1859)

Как хороша! («Deilig!», 1859)

На дюнах (En Historie fra Klitterne, 1859)

Два брата (To Brødre, 1859)

 

1860-е годы

День переезда (Flyttedagen, 1860)

Мотылёк (Sommerfuglen, 1860)

Епископ Берглумский и его родичи (Bispen paa Børglum og hans Frænde, 1861)

Двенадцать пассажиров (Tolv med Posten, 1861)

Навозный жук (Skarnbassen, 1861)

Что муженёк ни сделает, всё хорошо (Hvad Fatter gjør, det er altid det Rigtige, 1861)

Снеговик (Sneemanden, 1861)

На утином дворе (I Andegaarden, 1861)

Муза нового века (Det nye Aarhundredes Musa, 1861)

Дева льдов (Iisjomfruen, 1861)

Психея (Psychen, 1861)

Улитка и розовый куст (Sneglen og Rosenhækken, 1861)

Старый церковный колокол (Den gamle Kirkeklokke, 1861)

Серебряная монетка (Sølvskillingen, 1861)

Подснежник (Sommergjækken, 1862)

Сказка (Theepotten, 1863)

Птица народной песни (Folkesangens Fugl, 1864)

Блуждающие огоньки в городе (Lygtemændene ere i Byen, sagde Mosekonen, 1865)

Ветряная мельница (Veirmøllen, 1865)

В детской (I Børnestuen, 1865)

Золотой мальчик (Guldskat, 1865)

Как буря перевесила вывески (Stormen flytter Skilt, 1865)

Сокрыто — не забыто (Gjemt er ikke glemt, 1866)

Сын привратника (Portnerens Søn, 1866)

Тётушка (Moster, 1866)

Жаба (Skrubtudsen, 1866)

Вэн и Глэн (Vænø og Glænø, 1867)

Зелёные крошки (De smaa Grønne, 1867)

Домовой и хозяйка (Nissen og Madamen, 1867)

Пейтер, Пётр и Пейр (Peiter, Peter og Peer, 1868)

Альбом крёстного (Gudfaders Billedbog, 1868)

Кто же счастливейшая? (Hvem var den Lykkeligste?, 1868)

Дни недели (Ugedagene, 1868)

Дриада (Dryaden, 1868)

Тряпьё (Laserne, 1868)

Суд карт (Herrebladene, 1869)

И в щепотке порой скрывается счастье (Lykken kan ligge i en Pind, 1869)

Рассказы солнечного луча (Solskins-Historier, 1869)

Комета (Kometen, 1869)

Что можно придумать (Hvad man kan hitte paa, 1869)

Судьба репейника (Hvad Tidselen oplevede, 1869)

Предки птичницы Греты (Hønse-Grethes Familie, 1869)

 

1870-е годы

Что сказала вся семья (Hvad hele Familien sagde, 1870)

Свечи (Lysene, 1870)

Прадедушка (Oldefa’er, 1870)

Самое невероятное (Det Utroligste, 1870)

Датские народные легенды (Danske Folkesagn, 1870)

Спроси ??? («Spørg Amagermo’er»!, 1871)

Пляши, куколка, пляши! («Dandse, dandse Dukke min!», 1871)

Большой морской змей (Den store Søslange, 1871)

Садовник и господа (Gartneren og Herskabet, 1872)

О чём рассказывала старуха Иоханна (Hvad gamle Johanne fortalte, 1872)

Ключ от ворот (Portnøglen, 1872)

Сидень (Krøblingen, 1872)

Тётушка Зубная Боль (Tante Tandpine, 1872)

Блоха и профессор (Loppen og Professoren, 1872)

 

Сказки, найденные в последующие годы

Карканье (?) (Qvæk, 1926)

Писатель (Skriveren, 1926)

?? («Man siger -«!, 1949)

Бедная женщина и маленькая канарейка (Den fattige Kone og den lille Canariefugl, 1949)

Горожанин (?) (Urbanus, 1949)

Картофель (Kartoflerne, 1953)

Яблоко (Æblet, 1959)

Темперамент (?) (Temperamenterne, 1967)

Наш старый учитель (Vor gamle Skolemester, 1967)

Твёрдый песчаник горы (?) (De blaae Bjerge, 1972)

Ханс и Грета (?) (Hans og Grethe, 1972)

Сальная свеча (Tællelyset, 2012)

 

Сказки в стихах

 

Сказка о жёнах

Роза

Королева метелей

Дочь великана

Лизочка у колодца

Дети года

Птичка и солнечный луч

Путешествие

Картинка

Пастушок пасёт овец

«Дания — моя родина»

 

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Сказка История года — Ганс Христиан Андерсен, читать онлайн

Время чтения: 20 мин.

Дело было в конце января; бушевала страшная метель; снежные вихри носились по улицам и переулкам; снег залеплял окна домов, валился с крыш комьями, а ветер так и подгонял прохожих. Они бежали, летели стремглав, пока не попадали друг другу в объятия и не останавливались на минуту, крепко держась один за другого. Экипажи и лошади были точно напудрены; лакеи стояли на запятках спиною к экипажам и к ветру, а пешеходы старались держаться за ветром под прикрытием карет, едва тащившихся по глубокому снегу. Когда же наконец метель утихла и вдоль домов прочистили узенькие дорожки, прохожие беспрестанно сталкивались и останавливались друг перед другом в выжидательных позах: никому не хотелось первому шагнуть в снежный сугроб, уступая дорогу другому. Но вот, словно по безмолвному соглашению, каждый жертвовал одною ногой, опуская ее в снег.

К вечеру погода совсем стихла; небо стало таким ясным, чистым, точно его вымели, и казалось даже как-то выше и прозрачнее, а звездочки, словно вычищенные заново, сияли и искрились голубоватыми огоньками. Мороз так и трещал, и к утру верхний слой снега настолько окреп, что воробьи прыгали по нему, не проваливаясь. Они шмыгали из сугроба в сугроб, прыгали к по прочищенным тропинкам, но ни тут, ни там не попадалось ничего съедобного. Воробышки порядком иззябли.

— Пип! – говорили они между собою. – И это Новый год! Да он хуже старого! Не стоило и менять! Нет, мы недовольны, и не без причины!

— А люди-то, люди-то что шуму наделали, встречая Новый год! – сказал маленький иззябший воробышек. – И стреляли, и глиняные горшки о двери разбивали, ну, словом, себя не помнили от радости – и все оттого, что старому паду пришел конец! Я было тоже обрадовался, думал, что вот теперь Наступит тепло; не тут-то было! Морозит еще пуще прежнего! Люди, видно, сбились с толку и перепутали времена года!

— И впрямь! – подхватил третий – старый воробей с седым хохолком. – У них ведь имеется такая штука – собственного их изобретения – календарь, как они зовут ее, и вот они воображают, что все на свете должно идти по этому календарю! Как бы не так! Вот придет весна, тогда и наступит Новый год, а никак не раньше, так уж раз навсегда заведено в природе, и я придерживаюсь этого счисления.

— А когда же придет весна? – спросили другие воробьи.

— Она придет, когда прилетит первый аист. Но он не особенно-то аккуратен, и трудно рассчитать заранее, когда именно он прилетит! Впрочем, уж если вообще разузнавать об этом, то не здесь, в городе – тут никто ничего не знает толком, — а в деревне! Полетим-ка туда дожидаться весны! Туда она все-таки скорее придет!

— Все это прекрасно! – сказала воробьиха, которая давно вертелась тут же и чирикала, но в разговор не вступала. – Одно вот только: здесь, в городе, я привыкла к некоторым удобствам, а найду ли я их в деревне – не знаю! Тут есть одна человечья семья; ей пришла разумная мысль – прибить к стене три-четыре пустых горшка из-под цветов. Верхним краем они плотно прилегают к стене, дно же обращено наружу, и в нем есть маленькое отверстие, через которое я свободно влетаю и вылетаю. Там-то мы с мужем и устроили себе гнездо, оттуда повылетели и все наши птенчики. Понятное дело, люди устроили все это для собственного удовольствия, чтобы полюбоваться нами; иначе бы они и пальцем не шевельнули! Они бросают нам хлебные крошки, — тоже ради своего удовольствия, — ну, а нам-то все-таки корм! Таким образок, мы здесь до некоторой степени обеспечены, и я думаю, что мы с мужем останемся здесь! Мы тоже очень недовольны, но все-таки останемся.

— А мы полетим в деревню – поглядеть, не идет ли весна! – сказали другие и улетели.

В деревне стояла настоящая зима, и было, пожалуй, еще холоднее, чем в городе. Резкий ветер носился над снежными полями. Крестьянин в больших теплых рукавицах ехал на санях, похлопывая руками, чтобы выколотить из них мороз, кнут лежал у него на коленях, но исхудалые лошади бежали рысью; пар так и валил от них. Снег скрипел под полозьями, а воробьи прыгали по санным колеям и мерзли.

— Пип! Когда же придет весна? Зима тянется что-то уж больно долго!

— Больно долго! – послышалось с высокого холма, занесенного снегом, и эхом прокатилось по полям. Может статься, это и было только эхо, а может быть, и голос диковинного старика, сидевшего на холме на куче сена. Старик был бел как лунь – с белыми волосами и бородою, и одет во что-то вроде белого крестьянского тулупа. На бледном лице его так и горели большие светлые глаза.

— Что это за старик? – спросили воробьи.

— Я знаю его! – сказал старый ворон, сидевший на плетне. Он снисходительно сознавал, что «все мы – мелкие пташки перед творцом», и потому благосклонно взялся разъяснить воробьям их недоумение.

— Я знаю, кто он. Это Зима, старый прошлогодний повелитель. Он вовсе не умер еще, как говорит календарь, и назначен регентом до появления молодого принца, Весны. Да, Зима еще правит у нас царством! У! Что, продрогли небось, малыши?

— Ну, не говорил ли я, — сказал самый маленький воробышек, — что календарь – пустая человечья выдумка! Он совсем не приноровлен к природе. Да и разве у людей есть какое-нибудь чутье? Уж предоставили бы они распределять времена года нам – мы потоньше, почувствительнее их созданы! Прошла неделя, другая. Лес уже почернел, лед на озере стал походить на застывший свинец, облака… нет, какие там облака?! Сплошной туман окутал всю землю. Большие черные вороны летали стаями, но молча; все в природе словно погрузилось в тяжелый сон. Но вот по озеру скользнул солнечный луч, и лед заблестел, как расплавленное олово. Снежный покров на полях и на холмах уже потерял свой блеск, но белая фигура старика Зимы сидела еще на прежнем месте, устремив взор к югу. Он и не замечал, что снежная пелена все уходила в землю, что там и сям проглянули клочки зеленого дерна, на которых толклись кучи воробьев.

— Кви-вит! Кви-вит! Уж не весна ли?

— Весна! – прокатилось эхом над полями и лугами, пробежало по темно-бурым лесам, где стволы старых деревьев оделись уже свежим, зеленым мхом. И вот с юга показалась первая пара аистов. У каждого на спине сидело по прелестному ребенку: у одного – мальчик, у другого – девочка. Ступив на землю, дети поцеловали ее и пошли рука об руку, а по следам их расцветали прямо на снегу белые цветочки. Дети подошли к старику Зиме и прильнули к его груди. В то же мгновение все трое, а с ними и вся местность, исчезли в облаке густого, влажного тумана. Немного погодя подул ветер и разом разогнал туман; просияло солнышко – Зима исчезла, и на троне природы сидели прелестные дети Весны.

— Вот это так Новый год! – сказали воробьи. – Теперь, надо полагать, нас вознаградят за все зимние невзгоды! Куда ни оборачивались дети – всюду кусты и деревья покрывались зелеными почками, трава росла все выше и выше, хлеба зеленели ярче. Девочка так и сыпала на землю цветами; у нее в переднике было так много цветов, что, как она ни торопилась разбрасывать их, передник все был полнехонек. В порыве резвости девочка брызнула на яблони и персиковые деревья настоящим цветочным дождем, и деревца стояли в полном цвету, даже не успев еще как следует одеться зеленью.

Девочка захлопала в ладоши, захлопал и мальчик, и вот, откуда ни возьмись, налетели, с пением и щебетанием, стаи птичек: «Весна пришла!» Любо было посмотреть кругом! То из одной, то из другой избушки выползали за порог старые бабушки, поразмять на солнышке свои косточки и полюбоваться на желтые цветочки, золотившие луг точь-в-точь как и в дни далекой юности старушек. Да, мир вновь помолодел, и они говорили: «Что за благодатный денек сегодня!»

Но лес все еще оставался буро-зеленым, на деревьях не было еще листьев, а одни почки; зато на лесных полянах благоухал уже молоденький дикий ясминник, цвели фиалки и анемоны. Все былинки налились живительным соком; по земле раскинулся пышный зеленый ковер, и на нем сидела молодая парочка, держась за руки. Дети Весны пели, улыбались и все росли да росли.

Теплый дождичек накрапывал с неба, но они и не замечали его: дождевые капли смешивались со слезами радости жениха и невесты. Юная парочка поцеловалась, и в ту же минуту лес оделся зеленью. Встало солнышко – все деревья стояли в роскошном лиственном уборе.

Рука об руку двинулись жених с невестой под этот свежий густой навес, где зелень отливала, благодаря игре света и теней, тысячами различных оттенков. Девственно чистая, нежная листва распространяла живительный аромат, звонко и весело журчали ручейки и речки, пробираясь между бархатисто-зеленой осокой и пестрыми камушками. «Так было, есть и будет во веки веков!» — говорила вся природа. Чу! Закуковала кукушка, зазвенела песня жаворонка! Весна была в полном разгаре; только ивы все еще не снимали со своих цветочков пуховых рукавичек; такие уж они осторожные – просто скучно!

Дни шли за днями, недели за неделями, землю так и обдавало теплом; волны горячего воздуха проникали в хлебные колосья, и они стали желтеть. Белый лотос севера раскинул по зеркальной глади лесных озер свои широкие зеленые листья, и рыбки прятались под их тенью. На солнечной стороне леса, за ветром, возле облитой солнцем стены крестьянского домика, где пышно расцветали под жгучими ласками солнечных лучей роскошные розы и росли вишневые деревья, осыпанные сочными, черными, горячими ягодами, сидела прекрасная жена Лета, которую мы видели сначала девочкой, а потом невестой. Она смотрела на темные облака, громоздившиеся друг на друга высокими черно-синими, угрюмыми горами; они надвигались с трех сторон и наконец нависли над лесом, как окаменелое, опрокинутое вверх дном море. В лесу все затихло, словно по мановению волшебного жезла; прилегли ветерки, замолкли пташки, вся природа замерла в торжественном ожидании, а по дороге и по тропинкам неслись сломя голову люди в телегах, верхом и пешком, — все спешили укрыться от грозы. Вдруг блеснул ослепительный луч света, словно солнце на миг прорвало тучи, затем вновь воцарилась тьма и прокатился глухой раскат грома. Вода хлынула с неба потоками. Тьма и свет, тишина и громовые раскаты сменяли друг друга. По молодому тростнику, с коричневыми султанами на головках, так и ходили от ветра волны за волнами; ветви деревьев совсем скрылись за частою дождевою сеткою; свет и тьма, тишина и громовые удары чередовались ежеминутно. Трава и колосья лежали пластам; казалось, они уже никогда не в силах будут подняться. Но вот ливень перешел в крупный, редкий дождь, выглянуло солнышко, и на былинках и листьях засверкали крупные перлы; запели птички, заплескались в воде рыбки, заплясали комары. На камне, что высовывался у самого берега из соленой морской пены, сидело и грелось на солнышке Лето, могучий, крепкий, мускулистый муж. С кудрей его стекали целые потоки воды, и он смотрел таким освеженным, словно помолодевшим после холодного купанья. Помолодела, освежилась и вся природа, все вокруг цвело с небывалою пышностью, силой и красотой! Наступило лето, теплое, благодатное лето! От густо взошедшего на поле клевера струился сладкий живительный аромат, и пчелы жужжали над местом древних собраний. Жертвенный камень, омытый дождем, ярко блестел на солнце; цепкие побеги ежевики одели его густою бахромой. К нему подлетела царица пчел со своим роем; они возложили на жертвенник плоды от трудов своих – воск и мед. Никто не видал жертвоприношения, кроме самого Лета и его полной жизненных сил подруги; для них-то и были уготованы жертвенные дары природы.

Вечернее небо сияло золотом; никакой церковный купол не мог сравниться с ним; от вечерней и до утренней зари сиял месяц. На .дворе стояло лето. И дни шли за дням, недели за неделями. На полях засверкали блестящие косы и серпы, ветви ветки яблонь согнулись под тяжестью красных и золотых плодов. Душистый хмель висел крупными кистями. В тени орешника, осыпанного орехами, сидевшими в зеленых гнездышках, отдыхали муж с женою – Лето со своею серьезною, задумчивою подругою.

— Что за роскошь! – сказала она. – Что за благодать, куда ни поглядишь! Как хорошо, как уютно на земле, и все-таки – сама не знаю почему – я жажду… покоя, отдыха… Других слов подобрать не могу! А люди уж снова вспахивают поля! Они вечно стремятся добыть себе больше и больше!.. Вон аисты ходят по бороздам вслед за плугом… Это они, египетские птицы, принесли нас сюда! Помнишь, как мы прилетели сюда, на север, детьми?.. Мы принесли с собой цветы, солнечный свет и зеленую листву! А теперь… ветер почти всю ее оборвал, деревья побурели, потемнели и стали похожи на деревья юга; только нет на них золотых плодов, какие растут там!

— Тебе хочется видеть золотые плоды? – сказало Лето. – Любуйся! – Он махнул рукою – и леса запестрели красноватыми и золотистыми листьями. Вот было великолепие! На кустах шиповника засияли огненно-красные плоды, ветви бузины покрылись крупными темно-красными ягодами, спелые дикие каштаны сами выпадали из темно-зеленых гнезд, а в лесу снова зацвели фиалки. Но царица года становилась все молчаливее и бледнее.

— Повеяло холодом! – говорила она. – По ночам встают сырые туманы. Я тоскую по нашей родине! И она смотрела вслед улетавшим на юг аистам и протягивала к ним руки. Потом она заглянула в их опустевшие гнезда; в одном вырос стройный василек, в другом – желтая сурепка, словно гнезда только для того и были свиты, чтобы служить им оградою! Залетели туда и воробьи.

— Пип! А куда же девались хозяева? Ишь, подуло на них ветерком – они и прочь сейчас! Скатертью дорога! Листья на деревьях все желтели и желтели, начался листопад, зашумели осенние ветры – настала поздняя осень. Царица года лежала на земле, усыпанной пожелтевшими листьями; кроткий взор ее был устремлен на сияющие звезды небесные; рядом с нею стоял ее муж. Вдруг поднялся вихрь и закрутил сухие листья столбом. Когда вихрь утих – царицы года уже не было; в холодном воздухе кружилась только бабочка, последняя в этом году.

Землю окутали густые туманы, подули холодные ветры, потянулись долгие темные ночи. Царь года стоял с убеленною сединой головою; но сам он не знал, что поседел, — он думал, что кудри его только запушило снегом! Зеленые поля покрылись тонкою снежною пеленою.

И вот колокола возвестили наступление сочельника.

— Рождественский звон! – сказал царь года. – Скоро народится новая царственная чета, а я обрету покой, унесусь вслед за нею на сияющую звезду!

В свежем, зеленом сосновом лесу, занесенном снегом, появился рождественский ангел и осветил молодые деревца, предназначенные служить символом праздника.

— Радость в жилищах людей и в зеленом лесу! – сказал престарелый царь года; в несколько недель он превратился в белого как лунь старика. – Приближается час моего отдыха! Корона и скипетр переходят к юной чете.

— И все же власть пока в твоих руках! – сказал ангел. – Власть, но не покой! Укрой снежным покровом молодые ростки! Перенеси терпеливо торжественное провозглашение нового повелителя, хотя власть еще и в твоих руках! Терпеливо перенеси забвение, хотя ты и жив еще! Час твоего успокоения придет, когда настанет весна!

— Когда же настанет весна? – спросила Зима.

— Когда прилетят с юга аисты!

И вот седоволосая, седобородая, обледеневшая, старая, согбенная, но все еще сильная и могущественная, как снежные бури и метели, сидела Зима на высоком холме, на куче снега, и не сводила глаз с юга, как прошлогодняя Зима. Лед трещал, снег скрипел, конькобежцы стрелой скользили по блестящему льду озер, вороны и вороны чернели на белом фоне; не было ни малейшего ветерка. Среди этой тишины Зима сжала кулаки, и – толстый лед сковал все проливы.

Из города опять прилетели воробьи и спросили:

— Что это за старик там?

На плетне опять сидел тот же ворон или сын его – все едино – и отвечал им:

— Это Зима! Прошлогодний повелитель! Он не умер еще, как говорит календарь, а состоит регентом до прихода молодого принца – Весны!

— Когда же придет Весна? – спросили воробьи. – Может быть, у нас настанут лучшие времена, как переменится правительство! Старое никуда не годится!

А Зима задумчиво кивала голому черному лесу, где так ясно, отчетливо вырисовывались каждая веточка, каждый кустик. И землю окутали облака холодных туманов; природа погрузилась в зимнюю спячку. Повелитель года грезил о днях своей юности и зрелости, и к утру все леса оделись сверкающей бахромой из инея, — это был летний сон Зимы; взошло солнышко, и бахрома осыпалась.

— Когда же придет Весна? – опять спросили воробьи.

— Весна! – раздалось эхом с снежного холма.

И вот солнышко стало пригревать все теплее и теплее, снег стаял, птички защебетали: «Весна идет!» Высоко-высоко по поднебесью несся первый аист, за ним другой; у каждого на спине сидело по прелестному ребенку. Дети ступили на поля, поцеловали землю, поцеловали и безмолвного старика Зиму, и он исчез в тумане!

История года кончена.

— Все это прекрасно и совершенно верно, — заметили воробьи, — но не по календарю, а потому никуда не годится!

Ель — сказка Андерсена, читать онлайн

Время чтения: 18 мин.

В лесу стояла чудесная елочка. Место у нее было хорошее, воздуха и света вдоволь; кругом же росли подруги постарше — и ели, и сосны. Елочке ужасно хотелось поскорее вырасти; она не думала ни о теплом солнышке, ни о свежем воздухе, не было ей дела и до болтливых крестьянских ребятишек, что собирали по лесу землянику и малину; набрав полные корзиночки или нанизав ягоды, словно бусы, на тонкие прутики, они присаживались под елочку отдохнуть и всегда говорили:

— Вот славная елочка! Хорошенькая, маленькая! Таких речей деревце и слушать не хотело.

Прошел год, и у елочки прибавилось одно коленце, прошел еще год, прибавилось еще одно — так, по числу коленцев, и можно узнать, сколько дереву лет.

— Ах, если бы я была такой же большой, как другие деревья! — вздыхала елочка. — Тогда бы и я широко раскинула свои ветви, высоко подняла голову, и мне бы видно было далеко-далеко вокруг! Птицы свили бы в моих ветвях гнезда, и я при ветре так же важно кивала бы головой, как другие!

И ни солнышко, ни пение птичек, ни розовые утренние и вечерние облака не доставляли ей ни малейшего удовольствия.

Стояла зима; земля была устлана сверкающим снежным ковром; по снегу нет-нет да пробегал заяц и иногда даже перепрыгивал через елочку — вот обида! Но прошло еще две зимы, и к третьей деревце подросло уже настолько, что зайцу приходилось обходить его кругом.

«Да, расти, расти и поскорее сделаться большим, старым деревом — что может быть лучше этого!» — думалось елочке.

Каждую осень в лесу появлялись дровосеки и рубили самые большие деревья. Елочка каждый раз дрожала от страха при виде падавших на землю с шумом и треском огромных деревьев. Их очищали от ветвей, и они валялись на земле такими голыми, длинными и тонкими. Едва можно было узнать их! Потом их укладывали на дровни и увозили из леса.

Куда? Зачем?

Весною, когда прилетели ласточки и аисты, деревце спросило у них:

— Не знаете ли, куда повезли те деревья? Не встречали ли вы их? Ласточки ничего не знали, но один из аистов подумал, кивнул головой и сказал:

— Да, пожалуй! Я встречал на море, по пути из Египта, много новых кораблей с великолепными высокими мачтами. От них пахло елью и сосной. Вот где они!

— Ах, поскорей бы и мне вырасти да пуститься в море! А каково это море, на что оно похоже?

— Ну, это долго рассказывать! — ответил аист и улетел.

— Радуйся своей юности! — говорили елочке солнечные лучи. — Радуйся своему здоровому росту, своей молодости и жизненным силам!

И ветер целовал дерево, роса проливала над ним слезы, но ель ничего этого не ценила.

Незадолго до Рождества срубили несколько совсем молоденьких елок; некоторые из них были даже меньше нашей елочки, которой так хотелось поскорее вырасти. Все срубленные деревца были прехорошенькие; их не очищали от ветвей, а прямо уложили на дровни и увезли из леса.

— Куда? — спросила ель. — Они не больше меня, одна даже меньше. И почему на них оставили все ветви? Куда их повезли?

— Мы знаем! Мы знаем! — прочирикали воробьи. — Мы были в городе и заглядывали в окна! Мы знаем, куда их повезли! Они попадут в такую честь, что и сказать нельзя! Мы заглядывали в окна и видели! Их ставят посреди теплой комнаты и украшают чудеснейшими вещами: золочеными яблоками, медовыми пряниками и тысячами свечей!

— А потом?.. — спросила ель, дрожа всеми ветвями. — А потом?.. Что было с ними потом?

— А больше мы ничего не видали! Но это было бесподобно!

— Может быть, и я пойду такою же блестящею дорогой! — радовалась ель. — Это получше, чем плавать по морю! Ах, я просто изнываю от тоски и нетерпения! Хоть бы поскорее пришло Рождество! Теперь и я стала такою же высокою и раскидистою, как те, что были срублены в прошлом году! Ах, если б я уже лежала на дровнях! Ах, если б я уже стояла, разубранная всеми этими прелестями, в теплой комнате! А потом что?.. Потом, верно, будет еще лучше, иначе зачем бы и наряжать меня!.. Только что именно? Ах, как я тоскую и рвусь отсюда! Просто и сама не знаю, что со мной!

— Радуйся нам! — сказали ей воздух и солнечный свет. — Радуйся своей юности и лесному приволью!

Но она и не думала радоваться, а все росла да росла. И зиму, и лето стояла она в своем зеленом уборе, и все, кто видел ее, говорили: «Вот чудесное деревце!» Подошло, наконец, и Рождество, и елочку срубили первую. Жгучая боль и тоска не дали ей даже и подумать о будущем счастье; грустно было расставаться с родным лесом, с тем уголком, где она выросла: она ведь знала, что никогда больше не увидит своих милых подруг — елей и сосен, кустов, цветов, а может быть, даже и птичек! Как тяжело, как грустно!..

Деревце пришло в себя только тогда, когда очутилось вместе с другими деревьями на дворе и услышало возле себя чей-то голос:

— Чудесная елка! Такую-то нам и нужно!

Явились двое разодетых слуг, взяли елку и внесли ее в огромную великолепную залу. По стенам висели портреты, а на большой кафельной печке стояли китайские вазы со львами на крышках; повсюду были расставлены кресла-качалки, шелковые диваны и большие столы, заваленные альбомами, книжками и игрушками на несколько сот далеров — так, по крайней мере, говорили дети. Елку посадили в большую кадку с песком, обернули кадку зеленою материей и поставили на пестрый ковер. Как трепетала елочка! Что-то теперь будет? Явились слуги и молодые девушки и стали наряжать ее. Вот на ветвях повисли полные сластей маленькие сетки, вырезанные из цветной бумаги, золоченые яблоки и орехи и закачались куклы — ни дать ни взять живые человечки; таких елка еще и не видывала. Наконец к ветвям прикрепили сотни разноцветных маленьких свечек, а к самой верхушке елки — большую звезду из сусального золота. Ну просто глаза разбегались, глядя на все это великолепие!

— Как заблестит, засияет елка вечером, когда зажгутся свечки! — сказали все.

«Ах! — подумала елка, — хоть бы поскорее настал вечер и зажгли свечки! А что же будет потом? Не явятся ли сюда из лесу, чтобы полюбоваться на меня, другие деревья? Не прилетят ли к окошкам воробьи? Или, может быть, я врасту в эту кадку и буду стоять тут такою нарядной и зиму и лето?»

Да, много она знала!.. От напряженного ожидания у нее даже заболела кора, а это для дерева так же неприятно, как для нас головная боль.

Но вот зажгли свечи. Что за блеск, что за роскошь! Елка задрожала всеми ветвями, одна из свечек подпалила зеленые иглы, и елочка пребольно обожглась.

— Ай-ай! — закричали барышни и поспешно затушили огонь. Больше елка дрожать не смела. И напугалась же она! Особенно

потому, что боялась лишиться хоть малейшего из своих украшений. Но весь этот блеск просто ошеломлял ее… Вдруг обе половинки дверей распахнулись, и ворвалась целая толпа детей; можно было подумать, что они намеревались свалить дерево! За ними степенно вошли старшие. Малыши остановились как вкопанные, но лишь на минуту, а там поднялся такой шум и гам, что просто в ушах звенело. Дети плясали вокруг елки, и мало-помалу все подарки с нее были посорваны.

«Что же это они делают! — думала елка. — Что это значит?» Свечки догорели, их потушили, а детям позволили обобрать дерево. Как они набросились на него! Только ветви трещали! Не будь елка крепко привязана верхушкою с золотой звездой к потолку, они бы повалили ее.

Потом дети опять принялись плясать, не выпуская из рук своих чудесных игрушек. Никто больше не глядел на елку, кроме старой няни, да и та высматривала только, не осталось ли где в ветвях яблочка или финика.

— Сказку! Сказку! — закричали дети и подтащили к елке маленького толстенького господина.

Он уселся под деревом и сказал:

— Вот мы и в лесу! Да и елка, кстати, послушает! Но я расскажу только одну сказку! Какую хотите: про Иведе-Аведе или про Клумпе-Думпе, который, хоть и свалился с лестницы, все-таки вошел в честь и добыл себе принцессу?

— Про Иведе-Аведе! — закричали одни.

— Про Клумпе-Думпе! — кричали другие.

Поднялся крик и шум; одна елка стояла смирно и думала: «А мне разве нечего больше делать?»

Она уж сделала свое дело!

И толстенький господин рассказал про Клумпе-Думпе, который, хоть и свалился с лестницы, все-таки вошел в честь и добыл себе принцессу.

Дети захлопали в ладоши и закричали: «Еще, еще!» Они хотели послушать и про Иведе-Аведе, но остались при одном Клумпе-Думпе.

Тихо, задумчиво стояла елка: лесные птицы никогда не рассказывали ничего подобного. «Клумпе-Думпе свалился с лестницы, и все же ему досталась принцесса! Да, вот что бывает на белом свете!» — думала елка: она вполне верила всему, что сейчас слышала, — рассказывал ведь такой почтенный господин. «Да, да, кто знает! Может быть, и мне придется свалиться лестницы, а потом и мне достанется принцесса!» И она с радостью думала о завтрашнем дне: ее опять украсят свечками, игрушками, золотом и фруктами! «Завтра уж я не задрожу! — думала она. — Я хочу как следует насладиться своим великолепием! И завтра я опять услышу сказку про Клумпе-Думпе, а может статься, и про Иведе-Аведе». И деревце смирно простояло всю ночь, мечтая о завтрашнем дне.

Поутру явились слуга и горничная. «Сейчас опять начнут меня украшать!» — подумала елка, но они вытащили ее из комнаты, поволокли по лестнице и сунули в самый темный угол чердака, куда даже не проникал дневной свет.

«Что же это значит? — думалось елке. — Что мне здесь делать? Что я тут увижу и услышу?» И она прислонилась к стене и все думала, думала… Времени на это было довольно: проходили дни и ночи — никто не заглядывал к ней. Раз только пришли люди поставить на чердак какие-то ящики. Дерево стояло совсем в стороне, и о нем, казалось, забыли.

«На дворе зима! — думала елка. — Земля затвердела и покрыта снегом: нельзя, значит, снова посадить меня в землю, вот и приходится постоять под крышей до весны! Как это умно придумано! Какие люди добрые! Не будь только здесь так темно и так ужасно пусто!.. Нет даже ни единого зайчика!.. А в лесу-то как было весело! Кругом снег, а по снегу скачут зайчики! Хорошо было… Даже когда они прыгали через меня, хоть меня это и сердило! А тут как пусто!»

— Пи-пи! — пискнул вдруг мышонок и выскочил из норки, за ним еще несколько. Они принялись обнюхивать дерево и шмыгать меж его ветвями.

— Ужасно холодно здесь! — сказали мышата. — А то совсем бы хорошо было! Правда, старая елка?

— Я вовсе не старая! — отвечала ель. — Есть много деревьев постарше меня!

— Откуда ты и что ты знаешь? — спросили мышата; они были ужасно любопытны. — Расскажи нам, где самое лучшее место на земле? Ты была там? Была ты когда-нибудь в кладовой, где на полках лежат сыры, а под потолком висят окорока и где можно плясать по сальным свечкам? Туда войдешь тощим, а выйдешь оттуда толстым!

— Нет, такого места я не знаю! — сказало дерево. — Но я знаю лес, где светит солнышко и поют птички!

И она рассказала им о своей юности; мышата никогда не слыхали ничего подобного, выслушали рассказ елки и потом сказали:

— Как же ты много видела. Как ты была счастлива!

— Счастлива? — сказала ель и задумалась о том времени, о котором только что рассказывала. — Да, пожалуй, тогда мне жилось недурно!

Затем она рассказала им про тот вечер, когда была разубрана пряниками и свечками.

— О! — сказали мышата. — Как же ты была счастлива, старая елка!

— Я совсем еще не стара! — возразила ель. — Я взята из леса только нынешнею зимой! Я в самой поре! Только что вошла в рост!

— Как ты чудесно рассказываешь! — сказали мышата и на следующую ночь привели с собой еще четырех, которым тоже надо было послушать рассказы елки. А сама ель чем больше рассказывала, тем яснее припоминала свое прошлое, и ей казалось, что она пережила много хороших дней.

— Но они же вернутся! Вернутся! И Клумпе-Думпе упал с лестницы, а все-таки ему досталась принцесса! Может быть, и мне тоже достанется принцесса!

При этом дерево вспомнило хорошенькую березку, что росла в лесной чаще неподалеку от него, — она казалась ему настоящей принцессой.

— Кто это Клумпе-Думпе? — спросили мышата, и ель рассказала им всю сказку; она запомнила ее слово в слово. Мышата от удовольствия чуть не прыгали до самой верхушки дерева. На следующую ночь явилось еще несколько мышей, а в воскресенье пришли даже две крысы. Этим сказка вовсе не понравилась, что очень огорчило мышат, но теперь и они перестали уже так восхищаться сказкою, как прежде.

— Вы только одну эту историю и знаете? — спросили крысы.

— Только! — отвечала ель. — Я слышала ее в счастливейший вечер в моей жизни; тогда-то я, впрочем, еще не сознавала этого!

— В высшей степени жалкая история! Не знаете ли вы чего-нибудь про жир или сальные свечки? Про кладовую?

— Нет! — ответило дерево.

— Так счастливо оставаться! — сказали крысы и ушли. Мышата тоже разбежались, и ель вздохнула:

— А ведь славно было, когда эти резвые мышата сидели вокруг меня и слушали мои рассказы! Теперь и этому конец… Но уж теперь я не упущу своего, порадуюсь хорошенько, когда наконец снова выйду на белый свет!

Не так-то скоро это случилось!

Однажды утром явились люди прибрать чердак. Ящики были вытащены, а за ними и ель. Сначала ее довольно грубо бросили на пол, потом слуга поволок ее по лестнице вниз.

«Ну, теперь для меня начнется новая жизнь!» — подумала елка.

Вот на нее повеяло свежим воздухом, блеснул луч солнца — ель очутилась на дворе. Все это произошло так быстро, вокруг было столько нового и интересного для нее, что она не успела и поглядеть на самое себя. Двор примыкал к саду; в саду все зеленело и цвело. Через изгородь перевешивались свежие благоухающие розы, липы были покрыты цветом, ласточки летали взад и вперед и щебетали:

— Квир-вир-вит! Мой муж вернулся! Но это не относилось к ели.

— Теперь и я заживу! — радовалась ель и расправила свои ветви. Ах, как они поблекли и пожелтели!

Дерево лежало в углу двора, на крапиве и сорной траве; на верхушке его все еще сияла золотая звезда.

На дворе весело играли те самые ребятишки, что прыгали и плясали вокруг разубранной елки в сочельник. Самый младший увидел дерево и сорвал с него звезду.

— Поглядите-ка, что осталось на этой гадкой, старой елке! — сказал он и наступил ногами на ее ветви — ветви захрустели.

Ель посмотрела на молодую, цветущую жизнь вокруг, потом поглядела на самое себя и пожелала вернуться в свой темный угол на чердак.

Вспомнились ей и молодость, и лес, и веселый сочельник, и мышата, радостно слушавшие сказку про Клумпе-Думпе…

— Все прошло, прошло! — сказала бедное дерево. — И хоть бы я радовалась, пока было время! А теперь… все прошло, прошло!

Пришел слуга и изрубил елку в куски — вышла целая связка растопок. Как славно запылали они под большим котлом! Дерево глубоко-глубоко вздыхало, и эти вздохи были похожи на слабые выстрелы. Прибежали дети, уселись перед огнем и встречали каждый выстрел веселым «пиф! паф!». А ель, испуская тяжелые вздохи, вспоминала ясные летние дни и звездные зимние ночи в лесу, веселый сочельник и сказку про Клумпе-Думпе, единственную слышанную ею сказку!.. Так она вся и сгорела.

Мальчики опять играли на дворе; у младшего на груди сияла та самая золотая звезда, которая украшала елку в счастливейший вечер ее жизни. Теперь он прошел, канул в вечность, елке тоже пришел конец, а с нею и нашей истории. Конец, конец! Все на свете имеет свой конец.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о