Разное

Во лбу солнце на затылке месяц по бокам звезды краткое содержание: Сказка Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды: Русская народная

Содержание

Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды. Русская народная сказка

Русская народная сказка Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды

 

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, у него был сын Иван-царевич — и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об нем сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему желанье поглядеть на белый свет; берет он у царя-отца благословенье и позволенье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.

Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сестрицы-красавицы и между собой разговаривают. Старшая говорит:

— Если б на мне женился Иван-царевич, я б ему напряла на рубашку тонкую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.

Иван-царевич стал прислушиваться.

— А если б меня взял, — сказала средняя, — я б выткала ему кафтан из серебра, из золота, и сиял бы он как Жар-птица.

— А я ни прясть, ни ткать не умею, — говорила меньшая, — а если бы он меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды.

Иван-царевич все слышал, все запомнил — вернулся к отцу и стал просить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван-царевич на меньшей сестре и стал с нею жить-поживать душа в душу; а старшие сестры стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить. Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана-царевича родился сын — а он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, с звездами по бокам, — подали ему просто-напросто котенка. Сильно Иван-царевич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.

Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли ее настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.

Иван-царевич заболел с горя-печали: очень ему хотелось поглядеть на хорошее детище. Начал ожидать третьего.

В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца. Иван-царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.

Собралися, съехались люди старшие — нет числа! Судят-рядят, придумывают-пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.

— Нет, — сказал главный судья, — слушайте меня или нет, а моя вот речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребенком в бочке и пустить в море; виновата — потонет, права — выплывет.

Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили в море.

А Иван-царевич женился на ее старшей сестре, на той самой, что детей его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в беседке.

Там мальчики росли-подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и говорит:

— Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!

Бочка остановилась.

— Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула!

Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на берег.

— Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не видишь ни солнца, ни неба, ни травки-муравки. По моему прошенью, когда б здесь явилась банька!

Ту ж минуту как из земли выросл

Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды

В некотором царстве, в некотором государстве жил — был царь, у него был сын Иван — царевич — и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об нем сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему желанье поглядеть на белый свет; берет он у царя — отца благословенье и позволенье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.

Благодаря рекламе сайт бесплатен

Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сестрицы — красавицы и между собой разговаривают. Старшая говорит:

— Если б на мне женился Иван — царевич, я б ему напряла на рубашку тонкую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.

Иван — царевич стал прислушиваться.

— А если б меня взял, — сказала средняя, — я б выткала ему кафтан из серебра, из золота, и сиял бы он как Жар — птица.

— А я ни прясть, ни ткать не умею, — говорила меньшая, — а если бы он меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды.

Иван — царевич все слышал, все запомнил — вернулся к отцу и стал просить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван — царевич на меньшей сестре и стал с нею жить — поживать душа в душу; а старшие сестры стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить. Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана — царевича родился сын — а он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, с звездами по бокам, — подали ему просто — напросто котенка. Сильно Иван — царевич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.

Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли ее настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.

Иван — царевич заболел с горя — печали: очень ему хотелось поглядеть на хорошее детище. Начал ожидать третьего.

В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца. Иван — царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.

Собралися, съехались люди старшие — нет числа! Судят — рядят, придумывают — пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.

— Нет, — сказал главный судья, — слушайте меня или нет, а моя вот речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребенком в бочке и пустить в море; виновата — потонет, права — выплывет.

Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили в море.

А Иван — царевич женился на ее старшей сестре, на той самой, что детей его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в беседке.

Там мальчики росли — подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и говорит:

— Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!

Бочка остановилась.

— Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула! Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на берег.

— Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не видишь ни солнца, ни неба, ни травки — муравки. По моему прошенью, когда б здесь явилась банька!

Ту ж минуту как из земли выросла баня: двери сами растворились, печи затопились, и вода закипела. Вошли они, взял он венчик и стал теплою водою промывать больные глаза матери.

— По моему прошенью, когда б матушка проглянула!

— Сынок! Я «вижу, вижу, глаза открылись!

— По моему прошенью, когда б, сударыня матушка, твоего батюшки дворец да к нам перешел и с садом и с твоими детками.

Откуда ни взялся дворец, перед дворцом раскинулся сад, в саду на веточках птички поют, посреди беседка стоит, а в беседке три братца живут. Мальчик — подкидышек побежал к ним. Вошел, видит — накрыт стол, на столе три прибора. Возвратился он поскорее домой и говорит:

— Дорогая сударыня матушка! Испеки ты мне три лепешечки на своем молоке.

Мать послушала. Понес он три лепешечки, разложил на три тарелочки, а сам спрятался в уголок и ожидает: кто придет?

Вдруг комната осветилась — вошли три брата с солнцем, с месяцем, с звездами; сели за стол, отведали лепешек и узнали родимой матери молоко.

— Кто нам принес эти лепешечки? Если б он показался и рассказал нам об нашей матушке, мы б его зацеловали, замиловали и в братья к себе приняли. Мальчик вышел и повел их к матери. Тут они обнимались, целовались и плакали. Хорошо им стало жить, было чем и добрых людей угостить. Один раз шли мимо нищие старцы; их зазвали, накормили, напоили и с хлебом — солью отпустили. Случилось, те же старцы проходили мимо дворца Ивана — царевича; он стоял на крыльце и начал их спрашивать:

— Нищие старцы! Где вы были — побывали, что видали — повидали?

— А мы там были — побывали, то видали — повидали: где прежде был мох да болото, пень да колода, там теперь дворец — ни в сказке сказать, ни пером написать, там сад — во всем царстве не сыскать, там люди — в белом свете не видать! Там мы были — побывали, три родных братца нас угощали: во лбу у них солнце, на затылке месяц, по бокам часты звезды, и живет с ними и любуется на них мать — царевна прекрасная. Выслушал Иван — царевич и задумался… кольнуло его в грудь, забилося сердце; снял он свой верный меч, взял меткую стрелу, оседлал ретивого коня и, не сказав жене «Прощай!», полетел во дворец — что ни в сказке сказать, ни пером написать.

Очутился там, глянул на детей, глянул на жену — узнал, и душа его просветлела!

В это время я там была, мед пила, все видела, всем было весело, горько только одной старшей сестре.

Сказка представлена исключительно в ознакомительных целях.

Во лбу солнце, на затылке месяц, а по бокам звёзды

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, у него был сын Иван-царевич — и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об нём сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему желанье поглядеть на белый свет; берет он у царя-отца благословенье и позволенье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.

Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сестрицы-красавицы и между собой разговаривают. Старшая говорит:

— Если б на мне женился Иван-царевич, я б ему напряла на рубашку тонкую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.

Иван-царевич стал прислушиваться.

— А если б меня взял, — сказала средняя, — я б выткала ему кафтан из серебра, из золота, и сиял бы он как Жар-птица.

— А я ни прясть, ни ткать не умею, — говорила меньшая, — а если бы он меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды.

Иван-царевич все слышал, все запомнил — вернулся к отцу и стал просить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван-царевич на меньшей сестре и стал с нею жить-поживать душа в душу; а старшие сестры стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить. Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана-царевича родился сын — а он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, со звездами по бокам, — подали ему просто-напросто котенка. Сильно Иван-царевич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.

Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли её настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.

Иван-царевич заболел с горя-печали: очень ему хотелось поглядеть на хорошее детище. Начал ожидать третьего.

В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца. Иван-царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.

Собралися, съехались люди старшие — нет числа! Судят-рядят, придумывают-пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.

— Нет, — сказал главный судья, — слушайте меня или нет, а моя вот речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребёнком в бочке и пустить в море; виновата — потонет, права — выплывет.

Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили в море.

А Иван-царевич женился на её старшей сестре, на той самой, что детей его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в беседке.

Там мальчики росли-подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и говорит:

— Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!

Бочка остановилась.

— Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула!

Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на берег.

— Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не видишь ни солнца, ни неба, ни травки-муравки. По моему прошенью, когда б здесь явилась банька!

Ту ж минуту как из земли выросла баня: двери сами растворились, печи затопились, и вода закипела. Вошли они, взял он венчик и стал теплою водою промывать больные глаза матери.

— По моему прошенью, когда б матушка проглянула!

— Сынок! Я вижу, вижу, глаза открылись!

— По моему прошенью, когда б, сударыня матушка, твоего батюшки дворец да к нам перешел и с садом и с твоими детками.

Откуда ни взялся дворец, перед дворцом раскинулся сад, в саду на веточках птички поют, посреди беседка стоит, а в беседке три братца живут. Мальчик-подкидышек побежал к ним. Вошел, видит — накрыт стол, на столе три прибора. Возвратился он поскорее домой и говорит:

— Дорогая сударыня матушка! Испеки ты мне три лепешечки на своем молоке.

Мать послушала. Понес он три лепешечки, разложил на три тарелочки, а сам спрятался в уголок и ожидает: кто придет?

Вдруг комната осветилась — вошли три брата с солнцем, с месяцем, со звездами; сели за стол, отведали лепешек и узнали родимой матери молоко.

— Кто нам принес эти лепешечки? Если б он показался и рассказал нам об нашей матушке, мы б его зацеловали, замиловали и в братья к себе приняли.

Мальчик вышел и повел их к матери. Тут они обнимались, целовались и плакали. Хорошо им стало жить, было чем и добрых людей угостить. Один раз шли мимо нищие старцы; их зазвали, накормили, напоили и с хлебом-солью отпустили. Случилось, те же старцы проходили мимо дворца Ивана-царевича; он стоял на крыльце и начал их спрашивать:

— Нищие старцы! Где вы были-побывали, что видали-повидали?

— А мы там были-побывали, то видали-повидали: где прежде был мох да болото, пень да колода, там теперь дворец — ни в сказке сказать, ни пером написать, там сад — во всем царстве не сыскать, там люди — в белом свете не видать! Там мы были-побывали, три родных братца нас угощали: во лбу у них солнце, на затылке месяц, по бокам часты звезды, и живет с ними и любуется на них мать-царевна прекрасная.

Выслушал Иван-царевич и задумался… кольнуло его в грудь, забилося сердце; снял он свой верный меч, взял меткую стрелу, оседлал ретивого коня и, не сказав жене «Прощай!», полетел во дворец — что ни в сказке сказать, ни пером написать.

Очутился там, глянул на детей, глянул на жену — узнал, и душа его просветлела!

В это время я там была, мед пила, все видела, всем было весело, горько только одной старшей сестре.

Русские народные сказки — Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, у него был сын Иван-царевич — и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об нем сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему желанье поглядеть на бел свет; берет он у царя-отца благословенье и позволенье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.
Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сестрицы-красавицы и между собой разговаривают.
Старшая говорит:
— Если б на мне женился Иван-царевич, я б ему напряла на рубашку тонкую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.
Иван-царевич стал прислушиваться.
— А если б меня взял, — сказала средняя, — я б выткала ему кафтан из серебра, из золота, и сиял бы он как Жар-птица.
— А я ни прясть, ни ткать не умею, — говорила меньшая, а если бы он меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды.
Иван-царевич все слышал, все запомнил — вернулся к отцу и стал просить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван-царевич на меньшей сестре и стал с нею жить-поживать душу в душу; а старшие сестры стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить. Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана-царевича родился сын — а он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, с звездами по бокам, — подали ему просто-напросто котенка. Сильно Иван-царевич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.
Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли ее настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.
Иван-царевич заболел с горя-печали: очень ему хотелось поглядеть на хорошее детище. Начал ожидать третьего.
В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца. Иван-царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.
Собралися, съехалися люди старшие — нет числа! Судят-рядят, придумывают-пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.
— Нет, — сказал главный судья, — слушайте меня или нет, а моя вот речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребенком в бочке и пустить в море; виновата — потонет, права — выплывет.
Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили в море.
А Иван-царевич женился на ее старшей сестре, на той самой, что детей его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в зеленой беседке.
Там мальчики росли-подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и говорит:
— Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!
Бочка остановилась.
— Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула!
Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на берег.
— Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не видишь ни солнца, ни неба, ни травки-муравки. По моему прошенью, когда б здесь явилась банька!
Ту ж минуту как из земли выросла баня: двери сами растворились, печи затопились, и вода закипела. Вошли они, взял он веничек и стал теплою водою промывать больные глаза матери.
— По моему прошенью, когда б моя матушка проглянула!
— Сынок! Я вижу, вижу, глаза открылись!
— По моему прошенью, когда б, сударыня-матушка, твоего батюшки дворец да к нам перешел и с садом и с твоими детками.
Откуда ни взялся дворец, перед дворцом раскинулся сад, в саду на веточках птички поют, посреди беседка стоит, в беседке три братца живут.
Мальчик-подкидышек побежал к ним. Вошел, видит — накрыт стол, на столе три прибора.
Возвратился он поскорее домой и говорит:
— Дорогая сударыня матушка! Испеки ты мне три лепешечки на своем молоке.
Мать послушала. Понес он три лепешечки, разложил на три тарелочки, а сам спрятался в уголок и ожидает: кто придет?
Вдруг комната осветилась — вошли три брата с солнцем, с месяцем, с звездами; сели за стол, отведали лепешек и узнали родимой матери молоко.
— Кто нам принес эти лепешечки? Если б он показался и рассказал нам об нашей матушке, мы б его зацеловали, замиловали и в братья к себе приняли.
Мальчик вышел и повел их к матери.
Тут они обнимались, целовались и плакали. Хорошо им стало жить, было чем и добрых людей угостить.
Один раз шли мимо нищие старцы; их зазвали, накормили, напоили и с хлебом-солью отпустили. Случилось, те же старцы проходили мимо дворца Ивана-царевича; он стоял на крыльце и начал их спрашивать:
— Нищие старцы! Где вы были-побывали, что видали-повидали?
— А мы там были-побывали, то видели-повидали: где прежде был мох да болото, пень да колода, там теперь дворец — ни в сказке сказать, ни пером написать, там сад — во всем царстве не сыскать, там люди — в белом свете не видать! Там мы были-побывали, три родных братца нас угощали: во лбу у них солнце, на затылке месяц, по бокам часты звезды, и живет с ними и любуется на них мать-царевна прекрасная.
Выслушал Иван-царевич и задумался… кольнуло его в грудь, забилося сердце; снял он свой верный меч, взял меткую стрелу, оседлал ретивого коня и, не сказав жене «Прощай!», полетел во дворец — что ни в сказке сказать, ни пером написать.
Очутился там, глянул на детей, глянул на жену — узнал, и душа его просветлела!
В это время я там была, мед-вино пила, все видела, всем было очень весело, горько только одной старшей сестре.


Понравилось произведение? Поделись с другом в соцсетях:

Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды — Русские сказки

В некотором царстве, в некотором государстве жил — был царь, у него был сын Иван — царевич — и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об нем сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему желанье поглядеть на белый свет; берет он у царя — отца благословенье и позволенье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.
Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сестрицы — красавицы и между собой разговаривают. Старшая говорит:
— Если б на мне женился Иван — царевич, я б ему напряла на рубашку тонкую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.
Иван — царевич стал прислушиваться.
— А если б меня взял, — сказала средняя, — я б выткала ему кафтан из серебра, из золота, и сиял бы он как Жар — птица.
— А я ни прясть, ни ткать не умею, — говорила меньшая, — а если бы он меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды.
Иван — царевич все слышал, все запомнил — вернулся к отцу и стал просить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван — царевич на меньшей сестре и стал с нею жить — поживать душа в душу; а старшие сестры стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить. Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана — царевича родился сын — а он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, с звездами по бокам, — подали ему просто — напросто котенка. Сильно Иван — царевич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.
Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли ее настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.
Иван — царевич заболел с горя — печали: очень ему хотелось поглядеть на хорошее детище. Начал ожидать третьего.
В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца. Иван — царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.
Собралися, съехались люди старшие — нет числа! Судят — рядят, придумывают — пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.
— Нет, — сказал главный судья, — слушайте меня или нет, а моя вот речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребенком в бочке и пустить в море; виновата — потонет, права — выплывет.
Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили в море.
А Иван — царевич женился на ее старшей сестре, на той самой, что детей его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в беседке.
Там мальчики росли — подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и говорит:
— Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!
Бочка остановилась.
— Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула! Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на берег.
— Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не видишь ни солнца, ни неба, ни травки — муравки. По моему прошенью, когда б здесь явилась банька!
Ту ж минуту как из земли выросла баня: двери сами растворились, печи затопились, и вода закипела. Вошли они, взял он венчик и стал теплою водою промывать больные глаза матери.
— По моему прошенью, когда б матушка проглянула!
— Сынок! Я «вижу, вижу, глаза открылись!
— По моему прошенью, когда б, сударыня матушка, твоего батюшки дворец да к нам перешел и с садом и с твоими детками.
Откуда ни взялся дворец, перед дворцом раскинулся сад, в саду на веточках птички поют, посреди беседка стоит, а в беседке три братца живут. Мальчик — подкидышек побежал к ним. Вошел, видит — накрыт стол, на столе три прибора. Возвратился он поскорее домой и говорит:
— Дорогая сударыня матушка! Испеки ты мне три лепешечки на своем молоке.
Мать послушала. Понес он три лепешечки, разложил на три тарелочки, а сам спрятался в уголок и ожидает: кто придет?
Вдруг комната осветилась — вошли три брата с солнцем, с месяцем, с звездами; сели за стол, отведали лепешек и узнали родимой матери молоко.
— Кто нам принес эти лепешечки? Если б он показался и рассказал нам об нашей матушке, мы б его зацеловали, замиловали и в братья к себе приняли. Мальчик вышел и повел их к матери. Тут они обнимались, целовались и плакали. Хорошо им стало жить, было чем и добрых людей угостить. Один раз шли мимо нищие старцы; их зазвали, накормили, напоили и с хлебом — солью отпустили. Случилось, те же старцы проходили мимо дворца Ивана — царевича; он стоял на крыльце и начал их спрашивать:
— Нищие старцы! Где вы были — побывали, что видали — повидали?
— А мы там были — побывали, то видали — повидали: где прежде был мох да болото, пень да колода, там теперь дворец — ни в сказке сказать, ни пером написать, там сад — во всем царстве не сыскать, там люди — в белом свете не видать! Там мы были — побывали, три родных братца нас угощали: во лбу у них солнце, на затылке месяц, по бокам часты звезды, и живет с ними и любуется на них мать — царевна прекрасная. Выслушал Иван — царевич и задумался… кольнуло его в грудь, забилося сердце; снял он свой верный меч, взял меткую стрелу, оседлал ретивого коня и, не сказав жене «Прощай!», полетел во дворец — что ни в сказке сказать, ни пером написать.
Очутился там, глянул на детей, глянул на жену — узнал, и душа его просветлела!
В это время я там была, мед пила, все видела, всем было весело, горько только одной старшей сестре.

Сказка Во лбу солнце, на затылке месяц, по бокам звезды

Среднее время чтения: 7 минут(ы)

В некотором царстве, в некотором государстве жил — был царь, у него был сын Иван — царевич — и красивый, и умный, и славный; об нем песни пели, об нем сказки сказывали, он красным девушкам во сне снился. Пришло ему желанье поглядеть на белый свет; берет он у царя — отца благословенье и позволенье и едет на все четыре стороны, людей посмотреть, себя показать.

Долго ездил, много видел добра и худа и всякой всячины; наконец подъехал к палатам высоким, каменным. Видит: на крылечке сидят три сестрицы — красавицы и между собой разговаривают. Старшая говорит:

— Если б на мне женился Иван — царевич, я б ему напряла на рубашку тонкую, гладкую, какой во всем свете не спрядут.

Иван — царевич стал прислушиваться.

— А если б меня взял, — сказала средняя, — я б выткала ему кафтан из серебра, из золота, и сиял бы он как Жар — птица.

— А я ни прясть, ни ткать не умею, — говорила меньшая, — а если бы он меня полюбил, я бы родила ему сынов, что ни ясных соколов: во лбу солнце, а на затылке месяц, по бокам звезды.

Иван — царевич все слышал, все запомнил — вернулся к отцу и стал просить позволенья жениться. Отец согласился. Женился Иван — царевич на меньшей сестре и стал с нею жить — поживать душа в душу; а старшие сестры стали сердиться да завидовать меньшей сестре, начали ей зло творить. Подкупили они нянюшек, мамушек и, когда у Ивана — царевича родился сын — а он ждал, что ему поднесут дитя с солнцем во лбу, с месяцем на затылке, с звездами по бокам, — подали ему просто — напросто котенка. Сильно Иван — царевич огорчился, долго сердился, наконец стал ожидать другого сына.

Те же нянюшки, те же мамушки были с царевной, они опять украли ее настоящего ребенка с солнцем во лбу и подложили щенка.

Иван — царевич заболел с горя — печали: очень ему хотелось поглядеть на хорошее детище. Начал ожидать третьего.

В третий раз ему показали простого ребенка, без звезд и месяца. Иван — царевич не стерпел, отказался от жены, приказал ее судить.

Собралися, съехались люди старшие — нет числа! Судят — рядят, придумывают — пригадывают, и придумали: царевне отрубить голову.

— Нет, — сказал главный судья, — слушайте меня или нет, а моя вот речь: выколоть ей глаза, засмолить с ребенком в бочке и пустить в море; виновата — потонет, права — выплывет.

Выкололи царевне глаза, засмолили вместе с ребенком в бочку и бросили в море.

А Иван — царевич женился на ее старшей сестре, на той самой, что детей его покрала да спрятала подальше от царя в отцовском саду в беседке.

Там мальчики росли — подрастали, родимой матушки не видали, не знали; а она, горемычная, плавала по морю по океану с подкидышком, и рос этот подкидышек не по дням, а по часам; скоро пришел в смысл, стал разумен и говорит:

— Сударыня матушка! Когда б, по моему прошенью, мы пристали к берегу!

Бочка остановилась.

— Сударыня матушка, когда б, по моему прошенью, наша бочка лопнула! Только он молвил, бочка развалилась надвое, и они с матерью вышли на берег.

— Сударыня матушка! Какое веселое, славное место; жаль, что ты не видишь ни солнца, ни неба, ни травки — муравки. По моему прошенью, когда б здесь явилась банька!

Ту ж минуту как из земли выросла баня: двери сами растворились, печи затопились, и вода закипела. Вошли они, взял он венчик и стал теплою водою промывать больные глаза матери.

— По моему прошенью, когда б матушка проглянула!

— Сынок! Я «вижу, вижу, глаза открылись!

— По моему прошенью, когда б, сударыня матушка, твоего батюшки дворец да к нам перешел и с садом и с твоими детками.

Откуда ни взялся дворец, перед дворцом раскинулся сад, в саду на веточках птички поют, посреди беседка стоит, а в беседке три братца живут. Мальчик — подкидышек побежал к ним. Вошел, видит — накрыт стол, на столе три прибора. Возвратился он поскорее домой и говорит:

— Дорогая сударыня матушка! Испеки ты мне три лепешечки на своем молоке.

Мать послушала. Понес он три лепешечки, разложил на три тарелочки, а сам спрятался в уголок и ожидает: кто придет?

Вдруг комната осветилась — вошли три брата с солнцем, с месяцем, с звездами; сели за стол, отведали лепешек и узнали родимой матери молоко.

— Кто нам принес эти лепешечки? Если б он показался и рассказал нам об нашей матушке, мы б его зацеловали, замиловали и в братья к себе приняли. Мальчик вышел и повел их к матери. Тут они обнимались, целовались и плакали. Хорошо им стало жить, было чем и добрых людей угостить. Один раз шли мимо нищие старцы; их зазвали, накормили, напоили и с хлебом — солью отпустили. Случилось, те же старцы проходили мимо дворца Ивана — царевича; он стоял на крыльце и начал их спрашивать:

— Нищие старцы! Где вы были — побывали, что видали — повидали?

— А мы там были — побывали, то видали — повидали: где прежде был мох да болото, пень да колода, там теперь дворец — ни в сказке сказать, ни пером написать, там сад — во всем царстве не сыскать, там люди — в белом свете не видать! Там мы были — побывали, три родных братца нас угощали: во лбу у них солнце, на затылке месяц, по бокам часты звезды, и живет с ними и любуется на них мать — царевна прекрасная. Выслушал Иван — царевич и задумался… кольнуло его в грудь, забилося сердце; снял он свой верный меч, взял меткую стрелу, оседлал ретивого коня и, не сказав жене «Прощай!», полетел во дворец — что ни в сказке сказать, ни пером написать.

Очутился там, глянул на детей, глянул на жену — узнал, и душа его просветлела!

В это время я там была, мед пила, все видела, всем было весело, горько только одной старшей сестре.

Читать похожие записи:

Актер избил бывшую жену Эмбер Херд 12 РАЗ, судья вынес решение, поскольку The Sun выиграла дело о клевете

ДЖОННИ Депп избил бывшую жену Эмбер Херд 12 РАЗ, сегодня судья постановил, что актер проиграл свое дело о клевете в блокбастере против The Sun.

В ошеломляющей победе свободы прессы Высокий суд Лондона постановил, что мы были правы, заклеймив актера «Пираты Карибского моря» «убийцей жен» за его жестокие нападения на своего бывшего.

Джонни Депп проиграл свою битву за клевету против The Sun

17

Слышно, как вчера он сиял перед результатами сегодняшнего слушанияКредит: Splash News / BACKGRID

Судья Никол отказался от дела Деппа о клевете после того, как узнал нашу историю, которая всегда была решительно поддержана Мисс Херд — была точна.

Судья постановил, что чувства Деппа к своей жене во время их бурных трехлетних отношений были обобщены в тексте, где актер показал, что он «не пощадил ее».

Он также заключил, что Депп избил мисс Херд 12 раз из 14 — начиная с 2013 года, когда он ударил актрису, когда она сделала комментарий о его татуировке.

Он отклонил два обвинения, выдвинутые г-жой Херд в 2014 и 2015 годах, но сказал, что не может сделать вывод, что она вела «неправду».

В ходе их бурного брака судья обнаружил, что Депп избил свою жену после того, как он стал «чудовищным» персонажем, когда пил и употреблял наркотики.

Он оставил актрису, «опасающуюся за свою жизнь» в неистовстве, когда г-жу Херд задушили, повалили на землю и несколько раз ударили.

Депп заклеймил утверждения звезды Аквамена как «мистификацию» и обвинил ее в нападении на него, когда он более 20 часов давал показания в Высоком суде.

Звезда «Алисы в стране чудес» также пытался опорочить репутацию своей бывшей жены — даже выдвигая необычайно ложное заявление, которое мисс Херд испачкала в супружеской постели после ссоры.

Но сегодня судья сказал, что издатели The Sun, News Group Newspapers (NGN), доказали, что то, что было в статье, «в основном верно».

Он также отклонил описание Деппом его бывшей жены как «золотоискателя», сказав: «Я не принимаю такую ​​характеристику мисс Херд».

12 раз, когда Депп бил Эмбер

Сегодняшний судья постановил, что Депп 12 раз напал на свою бывшую жену в их отношениях. Это были:

  1. В начале 2013 года Депп ударил Херд и сбил его с ног после того, как она пошутила над его татуировкой «Wino Forever»
  2. В марте 2013 года актер пришел в ярость, находясь под действием наркотиков, и ударил Эмбер так сильно, что у нее пошла кровь из губы
  3. В июне 2013 года Депп напал на Эмбер в трейлере в Хиксвилле, бросив в нее очки и разорвав платье
  4. В мае 2014 года актер кричит на свою жену в частном самолете после приема наркотиков и выпивки, прежде чем ударить ее ногой в спину или задницу
  5. В 2014 году Депп хватает Эмбер за волосы, шлепает ее и толкает на землю во время детоксикации на Багамы.
  6. В январе 2015 года звезда снова нападает на Эмбер, находясь под действием наркотиков — на этот раз шлепая ее и толкая на землю. Затем он заставил ее плакать, стоя над ее криком.
  7. В марте 2015 года Депп совершает жестокое трехдневное нападение в Австралии, в результате чего Херд остается с сломанной губой, опухшим носом и порезами по всему телу. Он разгромил дом в неистовстве и повалил Эмбер на землю, задушив ее и плюнув ей в лицо, заставляя звезду «бояться за свою жизнь»
  8. В марте 2015 года в доме пары в Лос-Анджелесе Депп схватил Эмбер на глазах у ее сестры Уитни и несколько раз ударил ее
  9. В августе 2015 года во время медового месяца пары Депп прижал Эмбер к стене, схватив ее за горло
  10. В декабре 2015 года Депп швырнул стеклянный графин в Эмбер в их доме в Лос-Анджелесе из-за запоя.Он также ударил ее и потащил по квартире за волосы, оторвав кусок. Затем он снова ударил ее по затылку, ударил ее головой по лицу и закричал: «Я убью тебя, черт возьми». Затем Депп уткнулся лицом в матрас и несколько раз ударил ее по затылку
  11. В апреле 2016 года на дне рождения Эмбер Депп напал на свою жену после получения «мрачных новостей» о его финансах.
  12. В мае 2016 года Депп швырнул телефон в Херд, повредив ей глаз, а затем выдернул ее за волосы и ударил ее.

Судья отклонил два утверждения г-жи Херд, но не пришел к выводу, что она была неправдивой.Это были:

  1. В декабре 2014 года Херд заявил, что Депп «жесток по отношению к ней», а позже заклеймил себя «чертовым дикарем».
  2. В ноябре 2015 года она сказала, что Депп «бросал ее по комнате» и толкал ее через стул

Судья Никол добавил: «Хотя он доказал необходимые элементы своего основания для иска о клевете, ответчики показали, что то, что они опубликовали в том значении, которое, как я полагаю, несет в себе эти слова, было по существу правдой.

«Я пришел к этим выводам, подробно изучив 14 инцидентов, на которые ссылаются ответчики, а также общие соображения, которые истец представил, я должен принять во внимание.«

16-дневный судебный процесс по делу о клевете, который считается самым масштабным в 21 веке, развернулся в июле с чередой разоблачительных разоблачений и заявлений об ужасающем насилии.

Легионы фанатов собирались у здания Высокого суда каждое утро, пока мир разыгрывал бурные отношения бывшей пары.

Megastars были вовлечены в дело, поскольку Депп провел 20 часов в зале для свидетелей, хвастаясь своей дружбой со знаменитыми лицами, включая гитариста Rolling Stones Кейта Ричардса и музыканта сэра Элтона Джона.

Он также признался, что принимает наркотики с 14 лет, поскольку столкнулся с серьезными возражениями против своего дикого голливудского образа жизни.

Но сегодняшняя потеря оставляет его репутацию в клочьях, а его блестящая карьера на киноэкране оказывается под угрозой.

И еще один серьезный удар: теперь ему грозит компенсация судебных издержек на миллионы фунтов, в том числе для The Sun.

Представитель The Sun сказал: «Sun уже более двадцати лет выступает за жертв домашнего насилия.

«Жертвы домашнего насилия никогда не должны заставлять молчать, и мы благодарим судью за его внимательное рассмотрение и благодарим Эмбер Херд за ее смелость в даче показаний в суде».

Эмбер ранее говорила, что ее оставили опасаться за свою жизнь

17

Вчера мисс Херд была замечена в походе с другом в Лос-Анджелесе Фото: Splash News / BACKGRID

После сегодняшнего сенсационного постановления адвокат мисс Херд в США Элейн Чарлсон Бредехофт сказала: «Для тех из нас Это решение и приговор, представленные на слушании в Высоком суде Лондона, не являются неожиданностью.

«Очень скоро мы представим еще более обширные свидетельства в США.

«Мы стремимся добиться справедливости в отношении Эмбер Херд в суде США и защитить право мисс Херд на свободу слова».

Но адвокаты Деппа заклеймили это решение как «настолько извращенное, насколько сбивающее с толку», поскольку они намекнули, что актер может обжаловать это решение.

Шиллингс заявила в своем заявлении: «Больше всего беспокоит то, что судья полагается на показания Эмбер Херд и, соответственно, игнорирует массу контрдоказательств со стороны полицейских, практикующих врачей, ее бывшего помощника, других неоспоримых свидетелей и множества свидетелей документальные доказательства, которые полностью опровергают обвинения по пунктам.

«Все это было упущено из виду. Решение настолько ошибочно, что для г-на Деппа было бы смешно не обжаловать это решение.

«А пока мы надеемся, что в отличие от этого дела, продолжающееся судебное разбирательство по делу о клевете в Америке будет справедливым, с обеими сторонами, обеспечивающими полное раскрытие информации, а не с одной стороны, которая стратегически выбирает, на какие доказательства можно и нельзя полагаться».

Приговор приветствовали благотворительные организации и эксперты по правовым вопросам, которые назвали это дорогостоящее дело «автомобильной аварией».

Ники Норман, исполнительный директор Women’s Aid, сказала: «Обвинения в домашнем насилии против Джонни Деппа были чрезвычайно серьезными.

«Каждый, кто испытал на себе домашнее насилие, заслуживает того, чтобы его выслушали и поверили.

«Это также относится к оставшимся в живых, которые не соответствуют образу» идеальной жертвы «- и независимо от высокого статуса предполагаемого обидчика.

«Нет оправдания домашнему насилию».

В то время как гуру по связям с общественностью Марк Борковски сказал, что это дело было «одним из крупнейших провалов шоу-бизнеса за долгое время».

Он добавил: «Он только что переключил звук на (свой) образ жизни. И это делает Эмбер Херд мучеником, и это делает его чем-то гораздо более мрачным, чем просто злодей из пантомимы».

Депп даже утверждал, что Херд помочился на их супружеское ложе.

В июле 34-летняя мисс Херд описала свою боль, когда она была вынуждена заново пережить «травмирующие» детали ее разорванных отношений с монстром, сделавшим ее жизнь несчастной.

Во время судебного процесса суд услышал, как Депп отправлял мисс Херд текстовые сообщения, в которых назвал ее «толстой уродливой девушкой».

Он также отправил сообщения британскому актеру, приятелю Полу Беттани, с намерением утопить и сжечь ее как ведьму, а затем «трахнуть ее сгоревший труп, чтобы убедиться, что она мертва».

Адвокаты Деппа утверждали, что сообщения не следует воспринимать всерьез, «какими бы мрачными и экстравагантными они ни были».

Но день за днем ​​Высокий суд заслушивал доказательства, которые изобразили Деппа в ужасающем свете.

Адвокат The Sun, Саша Васс, королевский адвокат, сказал, что легенда экрана регулярно заставляла его тогдашнюю жену опасаться за свою жизнь.

Он часто не мог вспомнить «свое позорное поведение», употребляя огромное количество алкоголя и наркотиков.

На фотографиях, представленных суду, якобы были видны следы кокаина на его кухонном столе, которые Депп признал, что принимал их.

На другом фото, сделанном мисс Херд, видно, что звезда, по-видимому, рухнула у его кровати в июле 2013 года.

Херд сказала, что у нее остались эти травмы после удара головой бывшего судьи. Сегодня судья постановил, что у Херд остались синяки. Херд сказала, что она осталась опасаться за свою жизнь

. .

Эмбер говорит в записи: «Можно ударить головой того, кто кричит, но не кричать».

Депп отвечает: «Я ударил тебя головой в гребаный … лоб.

«Это не сломает нос».

В ходе перекрестного допроса Депп сказал, что «случайно» ударил бывшую жену головой.

QC The Sun Саша Васс, допрашивая Деппа, сказал ему: «Ты вышел из себя. Вы бросили графин. Вы пробили стены, ударили мисс Херд, схватили ее за волосы.

«Вы ударили ее по затылку и толкнули.Вы полностью потеряли самообладание.

«Вы ударили мисс Херд головой, ударив ее головой между глаз. Мисс Херд упала навзничь, и у нее сразу пошла кровь из носа ».

Депп сказал, что это неправда.

Судья нашел, что Депп вырвал Херду волосы

Между тем суд услышал, как Депп в пьяном буйстве отрезал палец, прежде чем использовать окровавленный обрубок, чтобы нарисовать граффити по всему дому, который он снимал.

Г-жа Васс рассказала: «Это было состояние полной бойни в доме.

«Вы подняли руку и сказали [мисс Херд]:« Посмотрите, что вы заставили меня сделать. Вам этого достаточно? Какой гребаный идиот, я люблю тебя ».

«Вы использовали травмированный палец вместо кисти, окунули его в краску и использовали для рисования граффити.

«Это упражнение по раскрашиванию происходило на всех стенах, полах, диванах дома».

Она добавила: Кто-то трезвый, не находящийся под действием наркотиков, почувствовал бы сильную боль.

«Вы не знали, что делали на этом этапе.

«Ты совсем потерял голову от выпивки и наркотиков».

Ущерб был позже оценен в 120 000 фунтов стерлингов.

Сцена после одного предполагаемого нападения в Австралии: Депп отрубил палец после якобы нападения на жену в Австралии, как утверждается, актер использовал свою окровавленную культю, чтобы написать «Я люблю тебя» на зеркале

Во время дела, получившего название «Испытание века», Депп 57-летний мужчина признался, что употреблял «огромное» количество алкоголя и наркотиков, в том числе на съемках блокбастеров Диснея «Пираты».

Он также признался, что выкрикивал гнусные оскорбления в адрес звезды Аквамена, 34-летней мисс Херд, и называл ее «лесбийским вожатым», «отвратительной свиньей», «дерьмом» и «нечеловеческой сволочью» в текстах, зачитанных в суд. .

В тексте своему ассистенту Депп назвал себя «Безумным злодеем», грубо отсылая к своей роли Безумного Шляпника в диснеевском фильме «Алиса в стране чудес» 2010 года.

Во время судебного процесса суд услышал, что звезда Деппа уже угасает в результате рассмотрения дела.

Дисней лишил его прибыльной роли «Пиратов Карибского моря», а еще один фильм, в котором он закончил, «Город лжи», отказался от «Мирамакс».

Эмбер утверждала, что у нее остались синяки после одного предполагаемого нападения Деппа. Еще одна фотография, показывающая синяки на лице Эмбер.

Ущерб, нанесенный клеветой в Великобритании с 2012 года, ограничен 275000 фунтов стерлингов, и эта сумма может быть присуждена только при наличии «серьезных отягчающих обстоятельств».

Однако судебные издержки судебного разбирательства оцениваются в 4 миллиона фунтов стерлингов.

Медиа-юрист Эмбер Мелвилл-Браун заявила, что Депп вела дело в Великобритании, чтобы «вынести британский вердикт со всей его серьезностью перед лицом американских судов».

Она сказала: «Еще неизвестно, пойдет ли это на пользу его репутации, которая была полностью разрушена так же, как он пытался полностью разрушить Amber’s».

Суд заслушал обвинения Деппа в нападении на г-жу Херд во время их отношений в период с 2013 по 2016 год.

Херд сказал: «Я не выходил из дома в таком виде.Моя прическа и макияж делались дома профессионалами.

Фотографии, представленные суду, показывают разрушения в доме Деппа после предполагаемого нападения в мае 2016 г. На ковре видно пятно от красного вина. Фотографии также были разбиты. Другие фотографии в рамке были брошены на кровать

Г-жа Херд утверждала, что он держал ее «заложницей» снял дом во время трехдневного запоя в Австралии, где снимался «Пираты Карибского моря: Месть Салазара», и жестоко напал на нее.

Судья сказал, что позже он использовал окровавленный обрубок собственного отрезанного пальца, чтобы нацарапать граффити по всему дому, а затем обвинил ее в том, что она «заставила меня сделать это», как услышал суд.

Также утверждалось, что он обернул свою футболку вокруг шеи мисс Херд во время жестокого нападения на их медовый месяц 2015 года на борту роскошного Eastern & Oriental Express.

И г-жа Херд сказала, что он напал на нее в их квартире в Лос-Анджелесе, по крайней мере, дважды, вырвав прядь ее волос и бросив мобильный телефон ей в лицо.

Депп отрицал все нападения, заявив, что их либо не было, либо агрессором была сама г-жа Херд.

В суде Депп утверждал, что большинство требований его бывшей жены были сфабрикованы как часть «страхового досье» против него, обвинил ее в том, что она рассказывала «пирожки со свининой», и даже предположил, что она сфальсифицировала лицевые травмы для фотографий.

Он сказал: «Это были замечательные вещи, которые можно было добавить в калейдоскоп ее страхового полиса против меня».

Суд заслушал, что Депп обнаружил человеческие экскременты в своей постели после одной домашней ссоры. Он утверждал, что мисс Херд оставила дурно пахнущий осадок, но она обвинила их собаку Бу, сказав, что у дворняжки «проблемы с туалетом».

КАК ПОЛУЧИТЬ ПОМОЩЬ:

Women’s Aid дает совет жертвам и их семьям:

  • Всегда держите телефон под рукой.
  • Свяжитесь с благотворительными организациями, чтобы получить помощь, в том числе через горячую линию в чате Women’s Aid и такие службы, как SupportLine.
  • Если вам угрожает опасность, звоните по телефону 999.
  • Ознакомьтесь с «Бесшумным решением», сообщая о злоупотреблениях, не разговаривая по телефону, а набирая «55».
  • Всегда имейте при себе немного денег, включая сдачу на оплату проезда на телефоне-автомате или автобусе.
  • Если вы подозреваете, что ваш партнер собирается напасть на вас, постарайтесь перейти в менее опасную зону дома — например, где есть выход и доступ к телефону.
  • Избегайте кухни и гаража, где могут быть ножи или другое оружие. Избегайте комнат, где вы можете оказаться в ловушке, например, в ванной, или в которых вы можете быть заперты в шкафу или другом небольшом пространстве.

Если вы стали жертвой домашнего насилия, линия поддержки открыта во вторник, среду и четверг с 18:00 до 20:00 по телефону 01708 765200. Служба поддержки по электронной почте благотворительной организации работает в будние и выходные дни во время кризиса — [email protected]

Women’s Aid предоставляет услугу чата в реальном времени.с 10 утра до полудня.

Вы также можете позвонить по бесплатному круглосуточному телефону Национальной горячей линии по борьбе с домашним насилием по телефону 0808 2000 247.

Шокирующие доказательства его злоупотребления психоактивными веществами также были обнаружены во время суда.

На одной фотографии, сделанной мисс Херд, он без сознания упал на пол своей спальни.

Другая женщина запечатлела последствия разгула алкоголя и наркотиков в своем доме в Лос-Анджелесе на следующее утро после бурной ссоры.

На кухонном столе г-жи Херд были видны различные принадлежности для наркотиков, в том числе четыре ряда кокаина, а также стакан виски размером с пинту и коробку для таблеток с надписью «Собственность Джей Ди».

Депп отрицал нападение на мисс Херд, но сказал: «Это был довольно неприятный аргумент. В то утро я определенно пил кокаин и виски ».

Фотография Деппа, рухнувшего рядом с кроватью, была сделана мисс Херд в июле 2013 года, чтобы «шокировать» своего мужа, чтобы тот бросил пить и наркотики, как заслушал суд.

Депп сказал, что на фото он будто спал, но не исключил, что потерял сознание.

Обнародована третья шокирующая фотография Деппа, «потерявшего сознание» с растекающейся по его коленям кадкой мороженого.

Фотография дома Деппа, показанная до того, как пара предположительно устроила пылающий скандал. Фотография Джонни Деппа, покрытого мороженым, очевидно потерявшего сознание, была показана суду

На снимке, сделанном в августе 2014 года, звезда была без сознания с открытым ртом и тающим десертом. капает по его ногам.

Депп утверждал, что заснул, потому что он много часов работал на съемках гангстерского фильма «Черная месса», и сказал, что мисс Херд сделала фотографию, чтобы он выглядел плохо, как часть своего «страхового досье».

Он сказал: «Она сделала эту фотографию, показала мне на следующий день и сказала:« Посмотри, кем ты стал. Посмотри на себя — это жалко ».

Однажды Депп написал своей частной медсестре сообщение, что у него был «неприятный спор» с Эмбер и он хотел «какого-нибудь чертовски нокаутирующего ням-ням» — намек на сильнодействующие обезболивающие.

Когда приехала медсестра, Депп сидел на кухне с «царапинами и кровью на костяшках пальцев».

Он ранее написал своей сестре сообщение: «Я буду трахать какого-нибудь ублюдка.”

Г-жа Васс сказала ему: «Бывают случаи, когда вы даже не помните, за какое поведение вы были ответственны. Вы теряли сознание много-много раз ».

Суд услышал, как дочь Деппа Лили-Роуз призвала его остаться с мисс Херд, полагая, что она помогает ему стать «лучшим отцом».

Но Депп сказал: «Она могла в это поверить — в то время.

«Я отвергаю попытку г-жи Херд изобразить меня обычным наркоманом. Для человека, который большую часть своей жизни вел саморазрушение, мне очень повезло, и мой мозг все еще функционирует достаточно хорошо.”

Депп также подал в суд на мисс Херд за клевету в США после того, как она заявила, что он жестоко оскорблял ее во время их отношений.

Суду рассказали, как один из помощников Деппа позже сказал ей: «Если бы мы не вмешались сегодня, либо ты был бы мертв, либо он был бы мертв».

Также утверждалось, что Депп угрожал «раздавить» г-же Херд шею и обвинил ее в романе с другими ведущими мужчинами.

Live Blog

TIERS TRAUMA

Новости Covid UK — Миллионы вынуждены перейти на жесткий уровень 3, но Бристоль идет вниз на уровень

Live Blog

WILD WEATHER

Met Office Рождественские прогнозы НАКОНЕЦ… и это выглядит жалко

ПРИЗРАК РОЖДЕСТВЕНСКОГО БУДУЩЕГО

Карта показывает, где вы в 12 РАЗ с большей вероятностью поймаете Covid на этом Рождестве

НОВЫЕ УРОВНИ? Объявление об обзоре уровня

сегодня: Что сказал Мэтт Хэнкок 17 декабря?

Прерывание

УРОВЕНЬ, КОТОРЫЙ ИДЕМ СНОВА

Еще миллионы погрузились в Уровень 3, но Бристоль и Северный Сомерсет ВЫХОДИЛИ

Последние

ШКОЛЫ ЕЩЕ НЕ РАБОТАЮТ

Школьные каникулы для некоторых учеников средней школы продлены на неделю

Депп подал в суд на The Sun после публикации в 2018 году статьи исполнительного редактора Дэна Вуттона, в которой говорилось об обвинениях в насилии в отношении него.

Мисс Херд познакомилась с Деппом на съемках ромового дневника в 2013 году, и они поженились в 2015 году.

Но они развелись два года спустя — через год после того, как она получила запретительный судебный приказ против него, обвинив его в жестоком обращении.

Пара развелась в 2017 году Суд слышит шокирующий звук, на котором, как утверждается, Джонни Депп дико воет во время массового запоя.

Немного тише — в одиночестве

Мартин выезжает из Лондона, хлопая одной рукой за руль. Туман цепляется за его разум, как паутина.Под онемением скрывается судорожная паранойя, которая заставляет его хотеть выбраться из своей кожи.

Джон, в свою очередь, сидит на пассажирском сиденье напряженно и тихо. Их руки сцеплены над консолью, Мартина удерживает вспотевший якорь.

Мартин смотрит в зеркало заднего вида. Все машины просто похожи на машины. Но с другой стороны, некоторые из худших монстров, которых когда-либо встречал Мартин, выглядели как люди.

Пальцы Мартина подергиваются в хватке Джона. «Вы… я имею в виду, вы уверены…»

«Ничто и никто не преследует нас», — говорит Джон.

«Дело не в том, что я тебе не доверяю, — говорит Мартин, обеспокоенно глядя на Джона. Он выглядит измученным, одежда в помятой, маслянистые волосы спутаны по спине. «Просто… я знаю, что избегал тебя, и я не хочу, чтобы ты чувствовал, будто не можешь сказать мне правду, потому что это меня напугает» или…

«Я не лгу, Мартин».

Мартин краснеет, не сводя глаз с шоссе. «Нет нет. Конечно, нет. Сожалею.»

“No. Мне жаль.» Джон сглатывает, откидывая заросшую челку с глаз.«Я так долго не говорил тебе правду. Было безопаснее держать всех на расстоянии. Я не хотел всех тащить за собой ». Джон вздыхает и прислоняется лбом к их спутанным рукам. «Но в конце концов мы оказались в ловушке этого беспорядка, и я только усугублял ситуацию».

Мартин вытаскивает руку из хватки Джона, чтобы переключить передачу. Его рука идет к рулю из-за мышечной памяти, а не возвращается к Джону. Он слишком смущен, чтобы взять Джона за руку.

«Ничего страшного, — неловко говорит он.

«Нет, Мартин. Это не.» Их глаза встречаются над консолью, и на мгновение Мартин задается вопросом, может ли Джон увидеть его сердце, проникая сквозь его тщательно продуманные слои.

Но затем Джон моргает, и его ученики — всего лишь ученики, а не беззвездная и голодная пустота, которую Мартин иногда замечает на периферии.

«Мне очень жаль», — снова говорит Джон, как будто уловив мгновенный страх Мартина. Может, так и сделал. «Я обещаю, что с этого момента буду доверять тебе.Ты и я. До конца.»

«До конца? Рад видеть, что мы начали оптимистичный старт ».

Джон смеется, изумленный, сдавленный звук, и это дает Мартину храбрость, чтобы протянуть руку через консоль и снова нащупать руку Джона. Джон переплетает их пальцы. Хватка липкая и отчаянная, она ощущается как якорь, привязывающая Мартина к человеку, которого он так долго любил, что он забывает, когда это даже началось.


Лондон исчезает в зеркале заднего вида.Джон никогда не расслабляется, но когда-то после того, как перегруженные пригороды сменяются травянистыми холмами, Мартин оглядывается и понимает, что заснул.

Мартин уже много раз видел спящего Джона, и это всегда заставляло его чувствовать такую ​​глупую, невероятно нежную привязанность.

Есть что-то такое очаровательное в том, как лицо Джона разбито об окно, а рот слегка приоткрыт. Это напоминает ему обо всех вечерах (или утрах после того, как Джон провел еще одну ночь), когда Мартин обнаруживал, что он валяется на своем столе, с заявлениями, растянувшимися вокруг него, чернилами размазывая острый разрез его скул.

Джон ворчит во сне. Это почти похоже на то, как будто он кого-то отчитывает.

Мартин внезапно заболел за Тима, который всегда закатывал глаза или корчил рожи, когда Джон влиял на их тон. И Мелани, которая тут же ворчит. И Басира, которая тупо смотрела на Джона, и Дейзи, которая нежно дергала Джона за волосы и просила его стать светлее. И Саша, который …

Кого Мартин не помнит.

«Извини», — говорит Мартин, несмотря на то, что у него внезапно наворачиваются слезы, хотя Джон спит и не слышит его.«Моя машина не совсем удобная, правда? Не знаю, зачем я это сохранил. Я ловил трубку больше, чем когда-либо ездил на этой штуке. А теперь предположим, что это пригодится.

Голос Джона прерывается. Затем неодобрительное ворчание превращается в сдавленные крики, перемежающиеся мягкими словами, которые звучат почти как мольбы.

Мартин тянется к консоли и трясет Джона за колено. Он просыпается, как только Мартин прикасается к нему, резко выкидывает ноги, но замирает, когда видит Мартина.

«Кошмар?» — мягко говорит Мартин.

Джон трет лицо, быстро моргая. «Да уж. Это было … да.

«Ага, — соглашается Мартин.

Джон молча кладет руку обратно в руку Мартина. Они остаются такими до конца поездки из Англии.


Убежище Дейзи — это кирпичный коттедж с наклонными желобами и скрипучими полами. Вокруг дома буйно разрастаются сорняки и полевые цветы, часть листвы достигает бедра Джона.

Внутри полно разношерстной мебели и пыли.Мартин понимает, что Джон делает гримасу — то же самое, что и в первые дни в архивах. Что-то среднее между раздражением и едва скрываемым ужасом.

Они бросаются убирать, распаковывать машину, составлять список покупок — ежедневные ритуалы жизни, которые помогают избавиться от воспоминаний о том, что они оставили в Лондоне.

Джон, все еще измученный чрезмерным использованием своих способностей, падает через некоторое время после сумерек. Мартин ведет его в хозяйскую комнату и укладывает свежие простыни.

«Ты ехал весь день», — ворчит Джон в твердые руки Мартина, только наполовину проснувшись.

«Я скоро пойду спать, — говорит Мартин. «Отдохни, Джон».

Джон кивает, всего один раз, а затем погружается в глубокий сон. Мартин стоит там, наблюдая, как его лицо разглаживается во сне, принимая во внимание мягкую прядь его волос по кремовой подушке, прежде чем он встряхивается и возвращается в гостиную.

Он не спит.

Ночью мир кажется нереальным, особенно ранним утром.Каждый вдох громкий, как крик, и весь страх возвращается, как будто никогда не уходил.

Он ходит по дому. Следит за легкостью, чтобы не разбудить Джона. Останавливается, чтобы выглянуть из запотевших окон, наблюдая за тем, что движется во мраке.

Он не представляет большой угрозы для кого-либо и ничего. Он не уверен, что бы он сделал, если бы там действительно что-то скрывалось. По крайней мере, он мог схватить Джона и сбежать. Может, они даже добрались до машины до того, как их сбили.

Когда страх утихает, он оставляет после себя ощущение пустоты, знакомого и всеобъемлющего одиночества. Он либо чувствует себя загнанной в угол добычей, либо единственным человеком в мире, который быстро колеблется между этими двумя крайностями. Он предполагает, что именно это происходит, когда вас соблазняют и Око, и Одинокий, две противостоящие силы, крепко цепляющиеся за животный мозг Мартина.

Когда восходит солнце, принося с собой свет и логику, Мартин облил лицо холодной водой.Он почти не чувствует прикосновения к щекам.

Он жарит несколько яиц, включает радио и позволяет музыке и потрескиванию сковороды наполнять кухню.

Вскоре помятый сон Джон врывается в кухню и падает за столом для завтрака. Он расчесывает свои длинные волосы пальцами, вздрагивая, когда цепляется за узел.

«Каждое утро», — ворчит Джон себе под нос. Вот так, ослабленный и одетый в свободную спортивную одежду, с спутанными волосами на спине, он выглядит болезненно красивым.

«Я могу заплести это для вас», — предлагает Мартин. «Это убережет вас от глаз».

«Вы умеете плести косу?»

«Ну, нет. Но это не может быть так сложно. У них есть учебники на YouTube для таких вещей ».

Джон корчит гримасу. «Они не сильно помогают».

Мартин считает, что это означает, что он пытался следовать указанным инструкциям и безуспешно. Он подавляет улыбку при виде милого изображения Джона, который ругается на видео на YouTube, зарывшись пальцами в свои спутанные волосы.

Мартин загружает яичницу на расколотые фарфоровые тарелки и выключает плиту. Это не особенный завтрак. Его мама жаловалась на то, что он готовит почти каждый день. Она сказала бы, что его яйца были резиновыми, недоваренными и прочими вещами, но все они были Мартин умел готовить, и, будучи подростком и сидел на полставки, у него не было времени учиться чему-то еще.

Он полагает, что теперь у него есть время. Джон прав, на YouTube есть много полезного.Может, он научится готовить, пока они здесь.

Джон принимает свои яйца с честной улыбкой, как будто яйца Мартина были лучшим завтраком, который он когда-либо ел. По груди разливается тепло.

Перед тем, как поесть, Джон заплетает волосы в пучок у основания шеи. Он пропускает прядь волос за ухом. Когда Джон понимает это, он издает звук крайнего отвращения, который заставляет Мартина смеяться.

«Я действительно не прочь связать это для вас», — говорит Мартин. «Если вы позволите.

Джон смотрит на него с непроницаемым выражением лица. Через мгновение он говорит: «Хорошо».


Мартин сидит на изъеденном молью софе, а Джон сидит на земле, скрестив ноги между ног Мартина. Когда Джон запрокидывает голову, его длинные распущенные волосы падают на колени Мартина. У Мартина перехватывает дыхание. Они вместе живут в тесном коттедже. Они поцеловались. Почему же тогда, когда Джон под ним вот так, имея разрешение провести пальцами по этим красивым волосам, заставляет его чувствовать головокружение?

«Мартин?» — спрашивает Джон.

«Да?» Выходит пронзительно, почти писк. Он прочищает горло. «Да. Я просто … думаю, с чего начать.

«Не обязательно», — напоминает ему Джон. «Я знаю, что у меня много волос, и они действительно спутаны».

«Ничего страшного, — говорит Мартин. «В самом деле.»

Он собрался с духом и провел рукой по волосам Джона. Между его пальцами она мягкая, тонкая и грубая, как несвязанная нить. Он осторожно расчесывает его, начиная с концов и продвигаясь вверх.Когда он чистит корни, осторожно касаясь узлов, Джон толкает его в руки, как кошка, и Мартин вынужден сдерживать улыбку.

Мартин очень давно хотел это сделать, и реакция Джона, то, как он расслабляется и доволен, полностью податлива под его руками, — это что-то из его грез.

Он не может сказать, сколько времени они так проводят. Но в конце концов Джон засыпает, тяжело опираясь на колено Мартина. На улице идет дождь, стучит в ставни.Мартин думает, что он тоже мог бы так заснуть.

Пройдет много времени, прежде чем он отложит расческу и завяжет волосы Джона.


До города двадцать минут ходьбы. Мартин мог бы взять машину, но он любит свежий воздух.

Он никогда раньше не жил в деревне. Прогуливаясь по дорогам, уставленным загонами, он представляет, на что это было бы похоже — построить здесь жизнь, обосноваться в сельской местности с Джоном.Может быть, они даже получат животных. Цыплята. Кошка. Возможно, даже парочку коров, названную в честь поэтов. Им нужно было бы подумать, как ухаживать за животными, поскольку он знает, что Джон не смог даже сохранить живые комнатные растения, когда они жили в городе. Но они могли научиться. Все вместе.

Когда он в десяти минутах от города, начинается дождь. Мартин не принес ни зонтика, ни дождевика. Единственная причина, по которой он вспомнил о многоразовых пакетах, — это то, что Джон сунул их ему в руки, когда выбегал за дверь.

Дождь сходит простынями. Грязь поднимается под его полозьями, быстро превращаясь в ил. Мартин поскользнулся в луже, окружавшей один из загонов, и врезался в шаткую ограду. Воздействие далеко. Как раскат грома вдалеке, слышимый, но не ощущаемый.

Когда он, наконец, приходит в продуктовый магазин, его локоны прилипают к лицу. Он замечает себя в витринах и гримасничает. Его кожа белая как рыбья кость, веснушки выделяются некрасивыми пятнами, волосы окрашены в коричневый цвет от дождя.

Толкает в магазин. Колокольчик над дверью не звенел, и он крикнул: «Алло?» потеряно из-за какофонического дождя. За стойкой никого нет.

Стоя у входа, он пытается стряхнуть воду, но без полотенца мало что может. Ему придется извиниться перед персоналом за то, что на их магазин капает вода. Если он сможет найти сотрудника, то есть.

Он плывет по проходам, сжимая в кулаке список покупок.Сыро от дождя, наклонные слова Джона нечеткие и едва читаемые.

Что им было нужно? Хлеб. Чайные пакетики. Варенье… Список — пятно испорченных чернил, даже когда Мартин щурится и показывает его на свет.

Что еще? Его разум разрушен статикой. Он на автопилоте. Вуайерист, парящий над его телом. Отключено.

Он смотрит на полку с консервированным супом. Там, зажатый между лаксой и тыквой, лежит магнитофон.

«Ой, — говорит Мартин, уронив намокший кусок хлеба.»Что ты здесь делаешь?»

Он берет магнитофон, держа его так, как будто он держит насекомое, сжимая пальцы и ладонь, осторожно, чтобы не раздавить его тонкие крылья. Он крутится на нем.

«Вы следовали за мной? Знаешь, я не делаю ничего особенного. Я просто делаю покупки «. Мартин смотрит вниз. Хлеб упал на его запачканные кроссовки. «Не знаю почему. Не могу вспомнить, как решила уехать, или прогулялась сюда, или… На самом деле, большую часть сегодняшнего дня. Все было немного… »

Foggy.

«Мартин?»

Он поворачивается на пятках. Джон моргает в ответ, взволнованный и взволнованный, рядом с демонстрацией быстрого приготовления рамена. На нем плащ, и его волосы все еще заплетены в ту шаткую косу, в которую Мартин заплел вчера вечером.

«Джон», — говорит Мартин. В недоумении протягивает магнитофон.

Джон раздражается. «Что ты здесь делаешь, а? Вы собираетесь напугать людей. Знаете, это не Институт Магнуса. Он тянется к нему, но Мартин отдергивает руку.

«На самом деле, — говорит Мартин. «Я буду придерживаться этого, пока мы не вернемся домой. Вы не против, правда? »

Джон краснеет, не глядя Мартину в глаза. «Нет нет. Все в порядке.»

Остальные продукты они делают вместе. Мартин держит магнитофон зажатым между пальцами и покачивается вслед за Джоном, как воздушный шарик, движущийся по струне. Странная теплота магнитофона, его механизмы, напоминающие пульс между его ладонями, удерживают его на земле, пока они не соберут все, что им нужно.

Они останавливаются при выезде. Там никого нет.

«Хм.» Джон оборачивается, осматривая небольшой магазин слишком проницательными глазами. «Хорошо. Тогда у него нет выбора. Он выкапывает свой бумажник, достает пригоршню банкнот и кладет их на прилавок.

«Этого достаточно?» — спрашивает Мартин.

«И еще пять фунтов за хлопоты», — говорит Джон, не считая.

Они вместе идут домой. Дождь перестал, но их туфли громко хлюпают в грязи.

«Мне очень жаль», — говорит Джон через несколько минут, глядя на Мартина.

«Зачем?»

«За то, что тебя отпустили. За то, что не понимал, как плохо стало сегодня ». Джон корчит лицо. — И, я полагаю, для магнитофона.

«Ничего страшного, — говорит Мартин, слабо улыбаясь. «И они мне нравятся. Они… »Часть вас, — почти говорит он, но не знает, как они отнесутся к тому, чтобы услышать эту истину, сказанную вслух. «Они заземляются», — вместо этого полагает он.

Джон прочищает горло, снова странно покрасневший. «Правильно. Хорошо. Пока ты не против, можешь держаться за них.Сколько хочешь.


Мартин уже несколько месяцев не соблюдал режим сна. После Незнания все за пределами Института Магнуса, включая его квартиру, стало казаться слишком большим и незнакомым. В конце концов он тоже почувствовал себя отключенным от Архивов, как будто он полностью оторвался от мира.

Примерно тогда же сон перестал быть полезным. Он всегда был уставшим, но засыпал на неровной кушетке в своем офисе и просыпался через несколько часов, чувствуя себя еще более измотанным, чем накануне.

Питер не раз ловил его дремлющим. Он подумал, что это хорошее использование времени Мартина — не пойти домой, а спрятаться в Архиве, где он был в безопасности.

Это было почти приятно — видеть Питера здесь, уставившегося на беспорядочное гнездо, в котором он спал, и не осуждать и не жалеть, но понимая, почему Мартин иногда делал то, что делал.

В этом была опасность Питера Лукаса. В большинстве случаев он никогда не заставлял Мартина делать что-то ужасное, в отличие от Элиаса.Он почти заставил Мартина последовать за ним. Он был подобен собранию всех самых деструктивных привычек Мартина, окутанных улыбкой.


Снова идет дождь. Это звучит слишком громко на фоне жестяной крыши, как будто весь коттедж обрушится на него. Заглушает гудение магнитофонов.

Мартин плывет, как лодка, потерянная в черном море, без ветра и весла, чтобы вывести его на берег. Он не осознает, что диссоциирует, пока не прищурится к бело-оранжевому пятну в окне и слабо замечает бесформенный синий свитер, безликое овальное лицо, пятно человека, отраженного в залитом дождем окне.

Он сильно моргает. А потом он вспоминает, что он человек с физическим телом, а человек в окне — это он.

Это заставляет его чувствовать себя как будто из заявлений Джона. Он встает и переходит в другую сторону гостиной, где ему больше не видно окна.

Он теряет время. Раньше это случалось с ним, когда он был моложе, лишенным сна и измученным общением с мамой. И снова в институте после того, как потеряли Сашу. Его мысли расплывались, и без него прошли бы часы.Никто никогда раньше не ловил его на этом.

Джон ловит его.

«Мартин?» Рука в шраме на его плече, нежно трясущая его. «Мартин, ты в порядке?»

Мартин дергается. «Какая?»

«Ты в порядке?» — повторяет Джон. «Вы смотрели в никуда. Как долго ты здесь? »

«Который час?»

«Уже прошло два часа ночи».

Такое ощущение, что все происходит на секунду медленнее, мозг отстает от его тела.Мартин тупо кивает. «Верно-верно. Я как раз собиралась лечь спать ».

Джон сидит рядом с ним на диване. Его взгляд пристальный, и Мартин чувствует себя неловко.

И затем Джон моргает, и ощущение уходит, и Джон остается просто Джоном.

Он убирает локон со щеки Мартина. «Почему ты ничего не сказал? Нет, это не так. Я должен был заметить раньше ».

«Я в порядке, Джон».

Джон прикусывает губу. Мартин вяло моргает в ответ. Дождь перестал, подоконники залиты инеем.Когда это произошло?

«Не могли бы вы заплести мне косу?» — спрашивает Джон.

Достаточно, чтобы напугать Мартина. «Простите?»

«Мои волосы». Джон тянется и распускает волосы, позволяя им рассыпаться по спине. Его волосы спутаны, собраны в пучок от того, что он весь день скручивался в пучок. «Не могли бы вы заплести мне косу? Так легче уснуть.

Мартин оцепенело кивает. Джон встает и берет расческу. Когда он возвращается, он сует кисть в руки Мартина, подталкивает его колени и садится между ними, как будто он принадлежит им.

Мартин собирает волосы Джона и как можно нежнее расчесывает их. Он мягкий и неровный под его пальцами, изгибается во все стороны, и Мартин чувствует себя очарованным. Джон расслабляется под его прикосновением.

«Моя бабушка расчесывала мне волосы», — признается Джон. «Она всегда грубо относилась к этому, хотя я не уверен, было ли это из-за того, что она была нетерпелива со мной, или потому, что я несколько дней не расчесывала ее, пока она не становилась почти спутанной. Скорее всего, оба.

Голос Джона резкий и решительный.Мартин следует за ним из того холодного места, в котором он жил, как будто Джон — его Полярная звезда, ведущая его в безопасные воды. Он не замечает, что магнитофон включен, пока Джон не закончит очередной рассказ о своей бабушке, и он не выключится. Мартин внезапно пропускает шум.

Мартин связывает конец тесьмы. Джон поворачивается, опираясь подбородком на колено Мартина, глядя на него большими глазами.

«Как дела, Мартин?»

Ему нужно время, чтобы подумать об этом.»Лучше.»

Джон улыбается, сонный и такой довольный против Мартина. «Хорошо. Я всегда здесь, если я тебе понадоблюсь. Вы знаете это, не так ли? »

Мартин протягивает руку, и Джон встречает его на полпути, переплетая их пальцы. Он пытается вспомнить это, хотя иногда это бывает трудно. «Я знаю, Джон. Я знаю.»


Две ночи спустя Джон снова ловит его.

Движение на его периферии возвращает Мартина в себя, прежде чем Джон успевает прикоснуться к нему.Джон останавливается в дверях. На нем пижама — старые клетчатые брюки с дырками на поясе и одна из рубашек Мартина, свободно свисающая на нем, как платье. Его волосы распущены и недавно причесаны.

«Джон», — говорит Мартин, нервно поерзал на диване. «Который сейчас час?»

Джон пересекает комнату. Он забирается на диван, толкает Мартина вниз, а затем плюхается на него и оказывается почти на нем сверху. Он тяжелым и успокаивающим грузом лежит на груди Мартина.

«Все в порядке?» — спрашивает Джон в свитер Мартина.

«Эээ», — говорит Мартин, полностью пораженный теплотой Джона по отношению к нему. Все в тумане, как будто он только что проснулся от очень долгого сна. «Я думаю так.»

Джон кивает, его острый подбородок впивается в плечо Мартина, а затем падает без костей на бок.

Мартин смотрит на потолок с водяными знаками и слушает, как дышит Джон. Он лениво проводит пальцами по затылку Джона и, прежде чем осознает это, расчесывает волосы. Джон фыркает во сне и прижимается ближе.

Сердце Мартина кажется слишком большим, чтобы поместиться в его теле. Джон не так много весит, но в этот момент Мартин с трудом дышит под ним, полностью поглощенный мягкой складкой лица Джона и шелковистой спутанностью его волос.

Он так засыпает, так сильно любя Джона, что у него от этого болит, а когда он просыпается, уже почти полдень. Джон сложен в кресле слева от него.

Мартин мог убедить себя, что прошлой ночью такого не было, но затем Джон улыбается и встает, подходит к дивану и нежно целует Мартина.

«Доброе утро», — говорит Джон.

«Доброе утро», — говорит Мартин, чувствуя тепло и одеревенение от сна на старинном диване, улыбаясь так широко, что его щеки болят.


Они продолжают спать в отдельных комнатах. Когда они впервые приехали, Мартин настоял на том, чтобы Джон занял главную спальню, и ему удалось выиграть в последующем споре только потому, что Джон не мог спать в машине.

Через неделю после того, как они прибыли в скрипучий коттедж, Мартин ложится на двуспальную кровать в запасной спальне, глядя в желтый потолок.Он чувствует себя опустошенным, как будто Питер, Элиас или какой-то другой всеведущий Аватар выкапывал его внутренности.

Страхи пришли с ними в Шотландию. Им постоянно вспоминают об этом факте: о мучительном голоде Джона, о холодных конечностях и затуманенных глазах Мартина, и о том, что за коттеджем наблюдают.

Их необратимо изменило все, что произошло. Возможно, так бы и было, даже если бы Элиас не превратил их намеренно в Что-то еще. Травма меняет людей.

Дверь открывается со скрипом. Джон заглядывает в щель, неловко помахивая рукой, когда видит, что Мартин оглядывается. «Могу я…?»

Он должен спать. Они оба должны спать.

«А, — говорит Мартин. «Конечно.»

Джон на цыпочках входит в комнату, как будто боится нарушить ночную тишину. Он парит у кровати. «Можете … вы можете переехать?»

Мартин ковыляет к задней части матраса. Джон залезает внутрь, опираясь на другую подушку, и какое-то время они лежат бок о бок в постели, просто глядя друг на друга.

«Привет», — наконец говорит Джон.

Это так мило, что Мартин невольно смеется. «Всем привет.»

Джон наклоняется и берет его за руку. Его ладонь теплая и влажная от вечно ледяных пальцев Мартина. «Это нормально?»

Они могли спать вместе, свернувшись калачиком на диване, но никогда не спали в одной постели. Часть Мартина внутренне кричит. Становится все легче и легче подавить эту паническую реакцию, когда Джон подходит ближе, нежно улыбается Мартину или связывает их руки вместе.Легко убедить себя, что он здесь, рядом с Джоном.

У него внезапное желание найти ручку и нацарапать стихи о наклоне улыбки Джона. Он думал, что его стихи умерли вместе с Сашей, но, похоже, Джон нашел способ вернуть их.

«Вам не нужно постоянно спрашивать меня об этом, — говорит Мартин. «Ответ всегда будет положительным».

«Мне нравится быть уверенным. Я никогда не хочу доставлять тебе дискомфорт ».

«Я вам скажу. Обещаю.

Джон подходит ближе и кладет голову Мартину на плечо.Он поднимает взгляд, проверяет выражение лица Мартина, прежде чем зарыться в его бок.

«Спасибо», — говорит Джон.

Мартин понятия не имеет, за что его благодарили, едва может дышать теплом, пробегающим сквозь его кости. В конце концов, он вообще ничего не говорит. Но это нормально. Он думает, что Джон уже знает.


После этого они начинают регулярно спать вместе. Мартин сидит в постели, читая один из множества изъеденных молью романов, оставленных в коттедже, пока Джон на цыпочках не входит в комнату и не ложится рядом с ним.Просто зная, что Джон будет искать его ночью, легче оставаться в постели, чем бродить в гостиной и теряться в тумане.

И вот так у Мартина снова есть режим сна. Это почти здорово.

Им обоим почти регулярно снятся кошмары. Мартин не может представить себе мир, в котором их воспоминания будут полностью забыты даже во сне. Но когда один из них просыпается, задыхаясь, другой пытается вернуть их обратно.


Прошедшая ночь буря превратила грунтовые дороги в ил.Никакие силы страха не спасут Джона от того, насколько скользкая грязь.

Когда они уезжали из Лондона, Мартин принес ботинки, а Джон, чей гардероб состоял из пижамы и офисной одежды, принес оксфорды и тонкие кроссовки. Итак, сегодня утром он был вынужден одолжить пару резиновых сапог Дейзи, набитых носками, чтобы держать их на ногах Джона.

Джон спотыкается о корень и падает в лужу почти по колено. Грязь пропитывает его джинсы. Он кричит и машет руками. Мартин хватает его, прежде чем он падает.

«Я думаю, — говорит Джон, — я закончил романтизировать шотландскую сельскую местность».

«Знаешь, у нас в Лондоне тоже грязь». Мартин соединяет их руки вместе и помогает вытащить Джона из грязной лужи.

«Да, но не так уж , а ».

«Значит, ты можешь иметь дело с монстрами и первобытными богами страха, но грязь для тебя слишком много?»

Джон фыркает, все еще сжимая руку Мартина. «Да.»

Мартин фыркает от смеха. Остальная часть прогулки по городу проходит в тишине, рука об руку, избегая луж, где это возможно.

Небо над ними покрыто пятнами, голубые пятна выглядывают из-за тяжелых грозовых туч. Когда они въезжают в город, земля становится тверже. Дороги здесь вымощены, в отличие от грунтовых дорог, которые разветвляются вокруг убежища Дейзи, но они испещрены выбоинами, маленькими норками, заполненными грязью.

Джон спотыкается о еще одной выбоине, заливая свои джинсы. Его хмурый взгляд заставляет Мартина подавиться смехом.

«Смотри, куда идешь, — советует Мартин. Джон ворчит себе под нос что-то, чего Мартин не улавливает.Он наклоняется. «Простите?»

Джон смотрит на него, затем быстро уходит. «Я сказал, что ты отвлекаешь».

Их руки все еще связаны, понимает Мартин. Он отворачивается, чтобы скрыть внезапную ухмылку.

«Я тебя тоже держу, — говорит Мартин. «Но я ни в какие лужи не попал».

«Я просто не отвлекаю?»

«Ты отвлекаешь меня с тех пор, как мы впервые встретились. Думаю, я только что получил много практики, пока ты рядом со мной.

Джон смотрит на него, разинув рот.Мартин видит приближающуюся следующую выбоину и ничего не говорит. Как и ожидалось, Джон подсказывает это. Он вырывается из хватки Мартина и издает пронзительный вопль ужаса, как кошка, брошенная в холодную ванну. Это зрелище настолько унизительно, что Мартину приходится упираться в колени, чтобы не упасть, и смеяться так сильно, что это больно.

Джон вылезает из грязи, тряся мокрой ногой. «Мартин!»

«Извини!» Мартин икает, держась за ребра. «Ой, извини, я просто…» Он отворачивается, пытаясь успокоиться, но смех выходит из его горла.

Джон вздыхает и снова складывает руки вместе. Мартин сильно наклоняется к нему, и они оба склоняются в сторону, когда Джон отважно сопротивляется под его весом.

Они падают в магазин на углу. Джон промокший и ворчал, Мартин с розовыми щеками и все еще смеялся. Кассир смотрит на них, приподняв брови.

Они быстро собираются сами. Джон подсознательно теребит свои развеваемые всем ветром волосы, а Мартин прочищает горло и пытается выглядеть собранным.

«Извини», — хрипло говорит Мартин.

Джон тащится назад к сетчатому коврику и пытается незаметно подпрыгивать, чтобы стряхнуть остатки воды, прилипшей к нему. Это заставляет Мартина задыхаться, прижимая кулак ко рту, чтобы снова не рассмеяться.

«Извини», — снова хрипит он. Джон смотрит на него, понимает, что снова готов рассмеяться, и прыгает на месте сильнее. Пытаюсь заставить Мартина взломать. Ублюдок.

Кассир молча наблюдает за ними. «Мне было интересно, когда я встречусь с вами двумя», — говорит она наконец.«Мы видели вас в городе, но вы держите себя в секрете. Подумал, может быть, тебе не нравятся люди или что-то в этом роде, я не знаю, вы оба просто казались … уставшими.

Это отрезвляет их обоих. Джон подкрадывается к нему виноватым и складывает их плечи в молчаливом извинении.

«За последнее время мы через многое прошли, — признается Джон, — но все в порядке. Мы заботимся друг о друге «.

«Ты определенно выглядишь счастливее», — говорит она, многозначительно глядя на маленькую лужу, оставленную Джоном в дверном проеме.

Джон прочищает горло. «Да. Ну… »

Он неловко оглядывается, прежде чем притвориться, что заметил что-то на другой стороне магазина, и исчез в одном из проходов. Мартин улыбается кассиру. «Рад знакомству.»

Она смеется. «Ты тоже. Будьте осторожны, вы оба, хорошо?

«Ага, — говорит Мартин. «Да уж. Ты тоже.»

Он хватает корзину с продуктами и бежит за Джоном, ударившись корзиной о его ноги. Над головой гудят флуоресцентные лампы.Ему кажется, что где-то в магазине он слышит далекий стук магнитофона, который приближает его к Джону.

Когда Мартин находит его, он делает вид, что рассматривает коробку с яйцами, как если бы проверял заявление. Он смотрит на Мартина из-под ресниц. «Хорошо?»

Это не первый раз, когда кто-то из них не ладит с социальным взаимодействием. Неделю назад это могло заставить Мартина исчезнуть, как туман. Теперь он просто чувствует тепло, настоящий и влюбленный.

«Ага, — говорит Мартин.»Я в порядке.»

Несмотря ни на что, они оба в порядке.

Возвращение домой к музыке: Сага (Ft. K-pop) — хот-доги и попкорн — Хроники Сумеречных Охотников

Впервые Алека приветствовали на чердаке с музыкой, когда они с Магнусом были через несколько месяцев после знакомства. Алек вошел внутрь под рок-песню, которая, как он был уверен, была старше его, стуча по стенам, а Магнус сидел, свернувшись калачиком на диване, с Председателем, потягивая чашку горячего шоколада и книгу на коленях.Улыбка мгновенно расплылась по лицу Алека, и это была одна из первых мыслей о том, что Алек возвращается домой , когда его резко поразила мысль. Излишне говорить, что он тут же сбросил ботинки и оставил свой лук и стрелы у двери, быстро пошел и плюхнулся рядом с Магнусом с явным недостатком грации. И когда они двое приступили к целованию медленных, ленивых поцелуев и ожидания целой ночи, песня смягчилась и мягко перешла к песне на саксофоне, которую Алек уверен, что слышал, как бормотал Саймон до.Кроме того, это был один из первых случаев, когда Алек задумал привнести в спальню элемент музыки. Это была просто мысль. Крошечная невинная идея, которой нельзя было предаваться.

«Нравится?» Теперь Магнус невинно задает вопросы, не сумев скрыть дерьмовую ухмылку на своем лице. Он накрыт Алеком, ласкает сладкие поцелуи по груди Сумеречного Охотника, а рука гладит его медленно, мастерски. Алек не совсем понимает, что были произнесены слова, пока Магнус не уткнулся носом в шею, покусывая руну, чтобы привлечь его внимание.Алек по-совиному моргает, открывает голову, поднимает голову на дюйм, чтобы поцеловать надутые губы ожидающего мужа, а затем снова отклоняется назад. Магнус продолжает наблюдать за ним, ожидая.

Алек на секунду хмурится, воспроизводя сказанное в его ведомом похотью мозгу, а затем его глаза расширяются от осознания этого.

— Ой, — выдавил он, светло-красный цвет его щек, как всегда, выдал его. «Музыка.»

Гортанный голос на заднем плане, звучащий особенно возбужденно, выдыхает: « Sexy ~ »

Во имя гребаного Ангела.

«Да любовь, музыка ». Улыбка Магнуса становится шире. Он радостно посмеивается и снова поглаживает, пальцы легко танцуют по чувствительной коже, и Алек волнуется, выгибая спину. «Слишком поздно, если вы спросите меня».

Алек мычит от восторженного одобрения, его сердцебиение учащается, когда он погружается в знойные удары, эхом разносящиеся по их спальне. Он ожидал, что это не поп-песня.

«Что это?» — с любопытством спрашивает он. Он столкнулся с невероятным разнообразием музыки за то время, что он был с чернокнижником, стоящим над ним, который также в настоящее время намерен затянуть это как можно дольше (Алек не жалуется.)

«О, ты не слышал этого раньше», — успокаивает его Магнус, подходя для поцелуя, прежде чем вернуться к соску. «Максвелл познакомил меня с ними. «К-поп, — сказал он».

Алек уже собирается ворчать о том, что его мужу не следует приводить своего брата в середине , это , но тут он отвлекается.

«К-поп?»

Магнус только усмехается.

Алек ненадолго думает, пока рука на нем крутится так, как ему нравится, и он стонет.

Вот дерьмо.


С этого момента он только усиливается.

И Алек часто думает, что ему следовало знать, что эта «K-pop» вещь не будет быстрой фазой. Нет, спреды . Он распространяется быстрее, чем блестки на чердаке. Блеск, который появился в волосах Алека в начале его отношений с Магнусом, до сих пор появляется, когда ему заблагорассудится, и льется с его головы, пока он изучает отчеты или когда находится в командировке. K-pop , однако, только начинается.

Между неделей и следующей Алек уже может заметить столько изменений. Его маленький брат, читающий мангу, с абсолютной гордостью в глазах наблюдает, как вся семья Лайтвудов (и их супруги) начинают вращаться вокруг «чудесной сюрреалистической концепции», которую он им представил.

Между Клэри и Саймоном стало больше шуток, чем раньше. И всякий раз, когда Алек замечает их двоих, они почти всегда истерически хихикают и шепчутся, как маленькие дети, которые вместе давят на старшеклассника в своей школе.Алек не уверен, откуда он это узнал.

Затем есть его parabatai , у которого сформировалась необычная привычка встречаться с Мариз каждые выходные, чтобы «смотреть сериалы, пока у них не вылезут глаза». Он уже прошел через пять из них, хотя Алек не уверен, как это возможно с точки зрения времени и пространства. Но он смирился с тем фактом, что ничто больше не должно подчиняться предполагаемым законам природы. Не тогда, когда Джейс, крутой Сумеречный Охотник, которого так уважают все Нефилимы во всем мире, говорит со скоростью милю в минуту и ​​почти похож на Саймона тем, как он с энтузиазмом изливает информацию обо всех драмах, которые он смотрел.Есть их список, который Алек получил указание увидеть со своим мужем; Алек мог или не мог сжег его.

Изабель, с другой стороны, становится все более одержимой продуктами по уходу за кожей, которые являются частью культуры, и взялась подработать, пытаясь заставить своих братьев и мужа испытать их для нее, прежде чем она использует их сама. «Тебе меньше терять», — возражала она, когда ее спрашивали, почему. «Моя кожа дороже твоей». Магнус всегда соглашался.

Кроме того, в его собственном доме происходят радикальные изменения, с которыми также почти невозможно справиться.

«РАФАЭЛЬ И МАКСВЕЛЛ ЛАЙТВУД-БЕЙН», — кричит он, как только переступает порог чердака. «ВЫКЛЮЧИТЕ ДИНАМИКИ ПРЯМО СЕЙЧАС, ».

«Прости, папа», — приходит ответ, и Алек наверняка знает, что его дети совсем не сожалеют. «Это возвращение, поэтому мы не можем». Они говорят это с убеждением, как будто это имеет смысл в мире.Алек отчаянно хочет дать понять, что , а не имеет смысл в мире. Он вспоминает прекрасные дни, когда его дети-подростки были маленькими — всего несколько недель назад, когда они не знали об этом K-pop.

Плакаты, альбомы и «товары» начинают протискиваться на чердак и, следовательно, в его жизнь, украшая спальни его сыновей безымянными лицами и красочными словами, на которые они оба смотрят с благоговением . И в его комнате с Магнусом над кроватью каким-то образом приклеен плакат от пола до потолка.Если Алек надеялся, что колдун может протестовать против этого и снять заклинание, которое его младший сын использовал, чтобы картина прилипала к стене, то ему следовало бы удариться головой о стол. Конечно, Магнус считает, что плакат придает характер комнате. ( Хорошо, тогда злобно решает Алек, Магнус может попрощаться с сексом в нашей спальне .)

Он вздыхает.

Вот дерьмо, правда.


«Дорогая, я дома!» — экспериментально кричит Алек.На чердаке тихо — даже жутковато. И Алек чувствует, как его медленно охватывает страх. К настоящему времени он уже несколько привык к пульсирующим динамикам, к пульсации стен и пола и к обычно громкому пению, которым его сыновья сопровождают песни. Его тревожит то, что в его доме так тихо.

«Вот, любимая!» В ответ раздается голос, и Алек немедленно расслабляется. Он следует на балкон по голосу мужа.

«Эй, а где дети?»

По вечерам в семье Лайтвуд-Бэйнов родители обычно отдыхают вместе на диване с бокалами в руках, одетые в поношенные свитера и толстовки.И их дети обычно пробираются между ними, чтобы запутаться в их коконе из одеял и самодовольно заявлять, что они крадут тепло тела своих родителей. Алек немного подозрительно относится к тому, что их дяди научили их блокировать его и Магнуса, когда это возможно, хотя ему приятно, что их двое подростков любят обниматься так же сильно, как и они.

Однако в этот вечер Макса и Рэйфа нигде не видно, а его муж не одет в серый свитер, который, как он утверждает, ненавидит всей душой, как это принято по традиции.

Алек сглотнул.

Магнус расцветает перед ним, как святое привидение, прислонившись к перилам балкона, поставив локти за спину, а его длинные стройные ноги элегантно скрещены в щиколотках.

«Вау».

Магнус лучей, доволен.

Глубокий бордовый окутывает его от туловища до ступней, сияя и переливаясь бледно-розовым светом, который удается излучать заходящему солнцу. Там брюки с высокой талией и заправленная в них классическая рубашка, пуговицы немного блестят, что говорит о том, насколько хорошо их можно расстегнуть.Пышное пальто растягивается от одного широкого плеча до другого, рябь на его ткани красиво демонстрирует его руки, и Алек чувствует, как его рот начинает наполняться водой (это естественно, хорошо?). Волосы уложены в безупречную прическу, красные пряди очаровательно падают на лоб колдуна; блестящие призраки на его скулах и кольца на пальцах. Если Алек должен описать его в нескольких словах, он сказал бы, что его муж выглядит как высокий бокал с богатым красным вином — и вино, которое на вкус так же хорошо, как и выглядит, совершенно мягкое и совершенно восхитительное.

Только Магнус , важно Алек думает, может быть одновременно горячим и милым.

Но потом он вспоминает, что Рейф торжественно сказал ему на днях о том, что его кумирами были «невинные бобы в одну секунду, а в следующую — сексуальные звери». Эта мысль быстро вырывает его из вихря, вихря торнадо под названием «Сексуальность Магнуса Бейна», которым он редко не становится жертвой, и он понимает (хотя и в последнее время), что Магнус чего-то ждет.

«Вау», — повторяет Алек, желая, чтобы его ноги наконец пошевелились, чтобы он мог подойти к своему красивому мужу и поцеловать его, которого он заслуживает.Магнус любезно соглашается.

— Дети и председатель на ночь с Катариной, — ярко сообщает ему Магнус, и знакомая искра озорства начинает проявляться в его кошачьих глазах. «Это только мы».

«А». Алек понимает. Кажется, что его голос сегодня стал бесполезным и стал ограничиваться только односложными ответами. Но Алек Лайтвуд-Бэйн ничто иное, как решительный, поэтому он снова пытается составить правильный приговор. «Ты выглядишь как матадор — сексуальный, сексуальный матадор.

Искра превращается в бушующее пламя, и Магнус одобрительно усмехается. Алек мысленно похлопывает себя по спине.

«Я стремлюсь доставить удовольствие», — говорит Магнус, поклонившись. И если Алек хихикнул на это, принимая лук и отвечая им одним из своих, что было столь же ярким, то это никому не известно.

«Но если серьезно, — начинает он, подходя близко, чтобы потянуть за лацканы на груди мужа, — какой случай?» Удовлетворенный гладкой тканью под его ладонями, он использует их, чтобы притянуть к себе хозяина, быстро ища губами линию подбородка Магнуса и его, о, такая чудесная шея.

Магнус испускает довольный смех, одна из его рук проходит сквозь волосы Алека, когда он прижимается к перилам. «Мы собираемся танцевать», — объявляет он.

Алек замирает. Он смотрит вверх, его глаза встречаются с Магнусом. «Ой.» Черт возьми, он только начал возвращаться к своей речи.

«Можно?» — спрашивает Магнус, показывая танцующей рукой на явно тусклую одежду Алека.

Алек безмолвно кивает, отступая, чтобы предоставить Магнусу пространство для работы своей магии (буквально).И это должно быть свидетельством веры и доверия между ними, что сердце Алека не бешено колотится в его грудной клетке от страха перед тем, что впереди. Магнус не сделает ничего потенциально опасного, не так ли? Как, может быть, в тот раз, когда он заставил Алека носить волосы в ирокез, решительно настаивая на том, чтобы они выглядели лихо .

Голубые искры летят и оставляют за собой след, что-то, что заставляет Алека открывать и закрывать пасть, как у рыбы.

«Я должен сказать», — начинает Магнус, блуждая глазами сверху вниз и с удовольствием впивая Алека.«Я очень опасалась идеи нарядов для пар, но мне это нравится».

На замену практичному и очень удобному свитеру Алека стал костюм, очень похожий на костюм Магнуса: те же брюки и рубашка в сочетании с таким же пальто, что сидит на его талии. Рукава облегали его руки, как сон. И весь наряд фиолетовый. Темный мерцающий фиолетовый цвет, который хорошо сочетается с бордовым Магнусом. И Алек понимает, как Магнус привлекает к этой ситуации. Он почти собирается озвучить это, когда в него входит осознание, и он вместо этого говорит: «Вы спланировали это!»

Магнус криво ухмыльнулся, отчего Алеку захотелось сорвать хорошо сшитую одежду прямо с самодовольного чернокнижника и [подвергнуться цензуре].

«Очевидно, дорогая. Подобные вещи требуют тщательного планирования ».

«Мы не пойдем в клуб», — быстро говорит ему Алек. «Меня не волнует, сколько стоят эти костюмы, но мы не пойдем в клубы».

Магнус приподнимает бровь. «Как бы мне ни было больно, Александр, что тебя не волнует этот откровенно великолепный наряд , уверяю тебя, мы не пойдем в клубы».

«Ой». ГОДДАММИТ . «Но ты сказал танцевать, так что…»

Имитируя его движение с ухмылкой, Магнус притягивает к себе Алека лацканами.Его руки скользят вниз, нащупывают петли для ремня брюк и с помощью них прижимают бедра Алека к своим.

Алек вздыхает и удовлетворенно обнимает друг друга за талию. «А, — бормочет он в мягкое плечо, — , это танцующих».

Магнус мычит в ответ, и Алек с удовлетворением отмечает отсутствие остроумных возвращений. Он очень чувствует себя сытым и комфортно в этот момент, что он почти не замечает песню, которая возникает в воздухе вокруг них.

Но, две секунды спустя, он определенно замечает, и он немного отстраняется, чтобы взглянуть на Магнуса своими прищуренными глазами.

«К-поп?» он требует.

« Очевидно, любимый . — Магнус уже ухмыляется и немедленно кладет руку на поясницу Алека, чтобы прижать его к Магнусу. Алек не протестует.

Он не уверен, сколько времени прошло, пока они двое движутся вместе, тела узнают и заново узнают все новое о себе, пока музыка ласкает их в прохладном ночном воздухе (о, когда стало темно?).Глаза Магнуса удерживают что-то — что-то тяжелое и легкое, и просто целое — пока он смотрит на него, и Алек почти ошеломлен тем, что он там видит. Он прижимает Магнуса ближе.

Они танцуют только для своих глаз, игриво и нескоординированно, с любовью и смехом. Это идеально.

И повороты тела, которые мужчина ненадолго отошел от Алека, чтобы доставить, также стоили того, чтобы его тепло не прижималось к Алеку в течение минуты.Повороты тела Магнуса просто греховны — Алек уверен, что не прочь попасть в ад, если сможет наслаждаться тем, как бедра его мужа покачиваются и двигаются с силой, с тем грязным, развратным разумом, которым он владеет. Иногда он задается вопросом, был ли он когда-нибудь невиновен.

«Она звучит грустно», — неожиданно произносит Алек, нарушая священную тишину между ними. Но он ничего не может с собой поделать. Женщина действительно грустит. И, может, немного сумасшедший, но в хорошем смысле. Он знает, что никогда в этом не признается, но песня ему пока нравится — идеальное количество мелодичности и скорости.Но по мере приближения к концу певица звучит печально.

« О, Мария ».

Может быть, Алеку стоит оставить свою руну «Говори на языках» постоянно активированной. Но он понимает, о чем поет женщина: « Ты такой же красивый, как и ».

— О, любовь моя, — почти тихо произносит Магнус, и уголки его губ растягиваются вверх в непонятной улыбке.

Он красивый. Как всегда. Каким он будет, навсегда.

Песня снова набирает обороты, печаль переходит в дикий тон типа «пошел ты на хуй»; Алек очень поддерживает это.

И когда они целуются — целуются так же естественно, как и дышат — Алек чувствует, как музыка просачивается до самых его костей; все эмоционально тяжелые слова и плавный крутой бас . Магнусу это подходит так, как Алек не знает, как описать. Он до сих пор не знает, кто такая Мария, но решает, что она ему нравится.

Поразительное осознание того, что Алеку понравилась песня K-pop , длится всего лишь короткую секунду, когда они двое спотыкаются внутри, когда песня закончена (сегодня вечером не место для их эксгибиционистских сторон, чтобы взять верх.) И когда они закрывают двери на балкон и падают на диван с обычной грацией, думает Алек.

Вот дерьмо. Вот дерьмо. Вот дерьмо.


С тех пор, как Алек с любовью стал называть «Инцидент, который не будет называться, но вот намек, предатель: это единственный раз, когда тебе действительно понравилось носить костюм» — что на самом деле было более или менее испытание, чтобы проверить, может ли Алек склониться к тому, чтобы полюбить K-pop…, Магнус неуклонно продолжал. Алек чувствует себя преданным.

Он заходит к своему мужу в различных состояниях подвижности и в разных позах, в то время как через динамики звучат различные песни K-pop. Как будто Магнус пытается дразнить его всеми вещами, которые были бы возможны, если бы только Алек принял тот факт, что он не ненавидит эту проклятую штуку; Магнус знает , что его танец — это то же самое, что кровь Алека, перекачиваемая в определенные области, и он использует это в полной мере. Это просто грязно. Самыми разными способами.

Это тоже сбивает его с толку. Откуда можно было знать такое количество танцев? Даже если Магнусу много веков, можно многому научиться …

Однажды Алек заходит на Верховного Мага, вращающего бедрами вокруг шеста, сгибая и сгибая конечности друг в друга, когда он скользит и скользит, как будто он цель его жизни, прикрытые серебряной пылью глаза и ухмылка, наклонившая угол его рта ( — EXO , голос его младшего брата Макса бесполезно передает в его мозг.)

Затем обнаруживается, что чернокнижник трясет своей милой задницей, совершая плавные, оживленные и гламурные движения, движения, в то время как Председатель цепляется за его голову изо всех сил ( TWICE, Алек слышит, как голос его брата просто смягчается с помощью гордость и нежность, как всегда при упоминании о них; а, да, TWICE — его любимая группа.)

И на днях у Алека чуть не случился сердечный приступ, когда он едва уклонился ногой от своего лица, а затем быстро понял, разинутый рот и бушующая эрекция, что, очевидно, Магнус — его любимый муж — тоже знает хип-хоп ( Stray Kids , Макс вздыхает с разочарованием из-за своего вечно возбужденного для мужа брата.)

Один из самых запоминающихся случаев, когда он заходит к своему мужу, танцующему с гребаным ягуаром, и понимает, что спасибо Ангелу, это не настоящий ягуар, это просто иллюзия, но Магнус выглядит чертовски Славный король. Сумеречный Охотник готов поклясться перед мечом души, что никогда не существовало более невероятно значимого зрелища (, для вас Мамаму , внутренний голос радостно хихикает). выглядят так чертовски круто и двигаются так чертовски плавно и опасно, что Алек теряет голос как минимум на неделю ( Blackpink в вашем районе, суки — Алек начинает бояться этого Макса-видения.)

Уже столько раз он прерывал блаженно танцующего Магнуса, что Алек начинает терять счет (не то чтобы он, ну, понимаете … считая.)

Это было буйно красочное, вы-можете ‘t-help-move-your-body-to-this-beat’, которого он видел на прошлой неделе, пытаясь оставаться неподвижным, как статуя, пока он смотрел, и потерпел неудачу ( Seventeen , Макс поет.)

И тот тот, который граничил с благочестием, который Алек отчетливо помнит также как тот, из-за которого он чуть не упал на колени, как только увидел своего мужа ( (G) I-dle , — говорит голос с ревом одобрения.)

Ой, а потом, несколько дней назад, хорошенькая, наполненность и удовлетворение просто пронизывали его, в то время как Магнус двигался плавно, как если бы он создавал язык с помощью своего танца. Изображение заставляет Алека улыбаться каждый раз, когда он его воспроизводит ( Got7 , возбужденно шепчет разум-Макс.)

Все эти моменты (и многие другие) должным образом отфильтрованы, хорошо каталогизированы и помещены в определенные файлы в уме Алека, чтобы его мозг может пролистать их всякий раз, когда это необходимо, и всякий раз, когда Алек безнадежен в отношении жизни и человечества в целом — о, почему писать отчеты должно быть так сложно?

Кроме того, почему в имени Разиэля есть плейлист Spotify с названием « песни, которые можно послушать, когда скучаешь по дому»…и ладно, потому что они тоже хорошо звучат 😱 ’в его телефоне, заполненном всеми этими глубоко и тайно почитаемыми песнями?

О, черт возьми.


Прошло около года с тех пор, как K-pop вошел в жизнь Алека. Он до сих пор не признался ни в чем .

«Алек», — стонет кто-то, как только входят в его кабинет. «Уже поздно. Иди домой ».

Алек смотрит вверх, сузив глаза на Изабель, пока он продолжает строчить отчеты.«Ты ведь знаешь, что ты моя младшая сестра , верно?»

Она усмехается, опускаясь на сиденье перед ним и сдувая длинную прядь волос, падающую ей на лицо. «Моложе я или нет, я лучше забочусь о себе. В отличие от вас, который не замечает, что муж и дети уже давно не ждут его дома.

Бля.

Алек смотрит на свои часы, его глаза расширяются, когда они смотрят на время. Серьезно, какой смысл носить часы, если он не собирается на них смотреть?

«Бля», — произносит он одно слово, которое пронеслось в его голове.Он не звонил, чтобы сказать, что опаздывает. А Магнус всю неделю был занят клиентами, заклинаниями и зельями. У них с Алеком долгое время не было нормальных встреч на балконе или объятия на диване.

Алек скучает по нему. Он скучает по своим детям. Он скучает по дому. Иногда это не имеет смысла, как он просто чувствует разницу в воздухе, легкое чувство неуравновешенности, когда его семья не с ним. Его братья, сестры и родители, конечно, важные люди в его сердце, но другое чувство защиты, которое он так естественно несет, сохраняется только для их, исключительно для них — Магнуса, Макса и Рафаэля.

Он выдыхает, кладя руку на лоб и отчаянно схватившись за волосы. Иззи сочувственно выглядит.

«Не волнуйся», — говорит она, слегка улыбаясь и наклоняясь вперед, чтобы положить руку на его вторую. «Я звонил Магнусу час назад. Сказал ему, что забыл зарядить свой дурацкий телефон и, вероятно, слишком занят работой, чтобы это заметить ».

Алек виновато смотрит на свой бедный, неработающий телефон, который мрачно смотрит в потолок, в нем совсем нет энергии.Он действительно не знает, как он, организованный Нефилим, может позволить батарее разрядиться до такой степени. Может быть, ему стоит удалить несколько приложений. Spotify должен остаться , сразу думает он. А потом, , клянусь ангелом, какого хрена со мной творится?

«Спасибо», — говорит он, тяжело сглатывая. «Я твой должник.»

«Нет. Считай, что это я выплачиваю свой долг за то время, когда Саймон чуть не застал меня за чтением «Сумерок», а ты солгал за меня.

Алек усмехается, закрывая папки, лежащие на столе, и хватает куртку, перекинутую через стул.Он надевает его, не забывая положить телефон в карман, и ходит вокруг стола. Иззи встает. Он протягивает руку, притягивая ее к себе для краткого объятия. Поцелуя ее в макушку, он тихо говорит: «Мне так повезло, что ты моя сестра, ты знаешь?»

Иззи обычно не обращает на это внимания, когда он говорит такие вещи — морщит нос в тихом отвращении или дразнит его до чертиков по этому поводу. Алек все равно это делает.

Теперь, однако, она сверкает ослепительной улыбкой, снова обнимая и шепча в ответ: «Да, я знаю.И мне тоже повезло с тобой.

«Что насчет меня ?!» — требует возмущенный голос прямо за дверью. Он, должно быть, использует свою руну слуха, размышляет Алек. Какой глупый ход.

«Хватит подслушивать, Эрондейл-Лайтвуд!» Иззи кричит, отстраняясь и целеустремленно топая к двери, стуча каблуками по дереву.

Алек слышит «Вот дерьмо» и торопливые шаги его парабатай убегают, прежде чем их сестре удается приготовить из него ангельский кебаб.

Он смеется, преследуя их обоих.

Но он все равно скучает по дому.

Итак, он идет.

Когда Алек заходит на чердак, чары, как всегда, впускают его, он отпускает. Его плечи опускаются, и напряжение дня просто уходит из него кровью. Разложив свои ботинки и оружие у стойки у двери, Сумеречный Охотник немедленно разыскивает своих детей — как он всегда это делает.

У него перехватывает дыхание.

Кровати пустые; они даже не выглядят спящими.Простыни — один с глазом дракона и один с изображением ночного неба — четкие и совершенные. Алек сожалеет, что когда-либо просил Макса и Рафаэля заправить постель после того, как они встали.

№ №

Он, шатаясь, выходит из комнаты, тело движется на чистом инстинкте, его конечности координируются друг с другом с единственной целью — привести его к трем особым душам, по которым он жаждет. Даже председателя вроде нет.

Подумай, Лайтвуд… Эх, Лайтвуд-Бэйн.

Алек издает хриплый бредовый смех над своей глупой сущностью, и это достаточно проясняет его разум, чтобы успокоиться. Одно дыхание. И другой.

Затем Алек отчетливо слышит звуки из-за своей спальни и спальни Магнуса — хихиканье, тихое фырканье и пение . (Как Алек не слышал этого раньше? Он почти уверен, что Нефилимы переоценивают свои «улучшенные чувства». Проклятье, как Магнус всегда прав?) дверь открывается и встречает одно из самых мягких взглядов, с которыми он когда-либо сталкивался в своей земной жизни.

Они в безопасности , — регистрируется он в глубине души.

Магнус сидит на краю их кровати, скрестив ноги и одетый в пижаму, со спящим полосатым котом, свернувшимся клубочком у его ног. Его волосы распущены, на лоб падает мягкая воронья челка, а рука ласкает голубые локоны их сына, пока он поет. Рафаэль и Макс обернуты вокруг него, тела сбились в кучу, как выдры, и Алек благословлен тем, что его сыновья счастливо обнимают своего отца. Тот, кто сказал, что подростки считают себя слишком крутыми, чтобы обнимать своих родителей, на самом деле идиот.

Кожа Рафаэля теплая, как мед в слабом желтом свете ночных огней, и одна из его рук обвивается вокруг брата, который находится между ними двумя, и лежит на бедрах Магнуса. Алек подпрыгивает к кровати, подходит и ложится рядом с Рафаэлем, чтобы он мог создать одно огромное семейное буррито. Молодой колдун щелкает пальцами, чтобы переодеться в его собственную пижаму — ту, с чашкой рамена на передней стороне — и Алек показывает вверх большой палец. Магнус мягко улыбается ему, золотые кошачьи глаза морщатся в уголках.

« Целую тебя каждое утро
С клубничным небом».

«Петь песню о любви без меня?» Алек поддразнивающе бормочет. «Я обиделся.»

«Ночь караоке», — напоминает Рафаэль, поворачиваясь к нему торсом. Алек отмечает, что его сын снова отказался от футболки перед сном. На мгновение уткнувшись носом в шею Алека его взлохмаченными локонами, Рейф поворачивается назад. «Ты пропустил много песен».

«Папа и я спели Candy Бэкхёна», — с энтузиазмом добавляет Макс.Судя по довольной ухмылке на лице его мужа, Алек определенно пропустил угощение. «После этого мы все сделали Good Boy».

«А потом мы спели Bad Boy». Рэйф безумно хихикает, обрадовавшись собственной шутке.

«Дай угадай, значит, вы все спели Really Bad Boy?»

Три пары глаз недоверчиво моргают.

Алек застенчиво усмехается.

Однако иногда он желает просто уйти в отставку и, надеюсь, навсегда отказаться от Сумеречной Охоты.Но он знает, что это неправдоподобно. Джейс убьет его. И ему тоже будет не хватать этого.

Но сколько еще моментов он будет скучать со своими детьми, если его работа будет держать его все время таким занятым?

Магнус соскальзывает с кровати, поднимает руку, чтобы обвести их всех, и успешно заканчивает буррито, которое Алек намеревался построить. Колдун нежно сжимает бицепс, успокаивающе , а затем смотрит прямо в глаза Максу, упираясь лбом в рога.«» Потому что я так теряюсь в ~ Твоих черничных глазах. — Макс беспомощно хихикает.

В сердце умиротворенно, он наклоняется к Магнусу для его приветственного поцелуя. Их губы сжимаются, снова дома, и Алек откидывается назад, только когда доволен. Магнус подмигивает.

Потом он понимает, что Rafe читает рэп. На корейском.

Сумеречный охотник-подросток делает это с некоторой натренированной легкостью, ровным голосом и уверенным движением губ. И Алек совершенно ошеломлен.Он даже не знает, что его сын знал корейский!

«Мы узнали это пару месяцев назад», — сообщает ему Макс, очевидно, осознавая дилемму своего отца. «Ни рун, ни заклинаний. Папа тоже учится! »

У Алека отвисает челюсть, когда он вопросительно смотрит на указанного человека, изучающего корейский язык.

Магнус скромно пожимает плечами. «Ну, я только переучиваюсь».

«Когда?» Алек умудряется каркнуть. Когда рэп Рэйфа подошел к концу, Макс продолжил его, плавно переходя на вокальную партию без заминок.

«Когда мы свободны», — говорит Магнус. «Индонезийский для детей в первой половине занятия. И корейский для меня вторая половина. На самом деле, это довольно изумительно, дорогая, , так что много новых сленгов появилось с тех пор, как я в последний раз заговорил на любом из языков. Это делает их изучение еще более увлекательным ».

Алек провел пальцем по скуле Магнуса, ухмыляясь мерцающим глазам, и в его груди вспыхнула нежность.

Ангелы выше, мой муж такой придурок.

И затем нежность переходит в нечто глубокое и успокаивающее, что проникает в его грудь вместе с воспоминаниями, которые овладевают им. Он, конечно, знает, что Рафаэль и Макс изучают индонезийский при любой возможности. Ребята предложили изучить все самостоятельно.

Алек помнит тот день — первый раз, когда оба ребенка увидели, как один из родителей плачет на их глазах. Магнусу тогда не хотелось плакать, но он ничего не мог с собой поделать. Алек вспоминает, как он признавался в тишине ночи в тот день, как ему всегда было горько, когда он думал о своем родном языке, как тяжесть его слов служила напоминанием о «уродливом» начале его жизни.Магнус никогда не мог вынести этого, снова встретиться лицом к лицу с этой частью себя. Но теперь у него будут новые воспоминания — сладкий смех и любящие души — чтобы сохранить этот дух его «я». Магнус сказал, что он не хотел полностью забывать этот язык, как бы он ни раскаялся, и он так отчаянно надеялся на еще один шанс позволить себе говорить на нем.

Их чудотворные дети теперь дали ему такой шанс.

Магнус, находящийся напротив него, похоже, тоже путешествует по тому же самому воспоминанию.Он безмятежно поднимает и опускает рты, поднимая и опуская грудь: «Аку чинта каму». Он выглядит совершенно божественным.

Алек чувствует себя небесным. «И я люблю тебя», — отвечает он, чувствуя себя столь же мирно.

« Your blueberry eyes ~ »

Rafe высовывает руки из-под обложки, имитируя игру на пианино для финальных нот песни. Его пальцы изощренно двигаются в воздухе, и Магнус быстро приводит инструментал в движение пальцами, чтобы сопровождать грандиозное выступление своего сына.Когда они оба заканчивают, Алек с энтузиазмом хлопает в ладоши, как хороший родитель и муж, и Рэйф кланяется ему в знак признательности.

Председатель Мяу просыпается, медленно поднимается по кровати и требует, чтобы голова своего хозяина была его кроватью на ночь, когда Магнус кряхтел в ответ на любящий жест. Рафаэль исчезает под одеялом, и Алек чувствует, как его рука сжимает его руку под желтым шелком. Мягко улыбаясь, он наклоняет голову и нежно целует мальчика в голову. Макс тихонько хнычет, и Алек тоже быстро целует его в умиротворение.

«Всем спокойной ночи!» — объявляет молодой колдун, быстро ныряя внутрь за своим братом и свернувшись телом в позу зародыша.

«Спокойной ночи», — отзываются все.

Магнус встает на полпути, Председатель, к счастью, слишком глубоко спит, чтобы кричать, что его толкают, и добавляет к поцелуям Алека в головы их детей свои собственные. Макс притягивает мужчину ближе, бормоча о тепле тела и о том, что Папа слишком далеко , и Магнус использует меньшее расстояние между ним и своим мужем, чтобы поцеловать его дольше и глубже.Алек блаженно вздыхает, и Макс, догадываясь, притягивает Магнуса к себе, чтобы прервать их предварительную тренировку на ранних стадиях. Магнус достойно дует малиной.

Пальцы хлопают в воздухе, чтобы выключить свет, и Алек слегка хлопает своего мужа по руке в нерешительной попытке упрекнуть за слишком частое использование его магии.

«Ой, папа, это было моей руки ».

«Прости, детка». Он бьет снова, и на этот раз его цель лучше. Магнус возмущается.

Алек хихикает.

«Кроме того, папа, — самодовольно звучит приглушенный голос Рэйфа, — у тебя есть хороший плейлист Spotify. У меня есть несколько рекомендаций, которые вы можете добавить к нему ».

«Я тоже!» Макс.дюймы труб.

О, божественное дерьмо Разиэля.


Иногда дом — это не совсем место. Чердак — определенно лучшее определение дома в буквальном смысле для Алека, да, но если не рассматривать строго словарное значение этого слова, Магнус — это дом. Семья дома. Любовь Алека к ним, воспоминания, которые он хранит о них, желание создать еще больше воспоминаний и жить с ними, надеяться разделить с ними все, что он есть и что у него есть — все они для него настоящие дома .Как он себя чувствует. В мире и покое, и просто принадлежность.

Есть еще Идрис — дом всех Сумеречных Охотников. Алек предполагает, что это один из его домов, но, если не считать его ангельскую кровь, он знает, что страна не будет значить столько же, как дом, как все остальное.

И в великой схеме вещей, в круговороте жизни и всего происходящего, и в тот один день, когда вы оглядываетесь назад, вы не можете поверить в то, через что вы прошли, и где вы пришли стоять сейчас. Сейчас у Алека один из тех моментов, когда он оглядывается назад.

Каким-то образом — он не знает как — но каким-то образом музыка стала для него домом: своего рода утешением, теплой нишей, в которую он может зарыться, когда он ошеломлен, сбит с толку или только что сделал неприятные вещи нравится мириться с надоедливыми людьми. Это вызывает у него воспоминания или, что еще лучше, то, что он чувствовал, когда упомянутые воспоминания возникали в реальной жизни, и напоминает Алеку — всем, кто, что, почему и как. И, оглядываясь назад, Алек недоумевает, как он здесь оказался. Он понятия не имеет.

Он не думает, что в подростковом возрасте его музыкальные пристрастия полностью удовлетворят его. (Он не думает, что в подростковом возрасте он будет доволен им даже из-за того, что у него есть музыкальный вкус). Spotify Алека наполнился K-pop — просто переполнен им. Конечно, это не его вина. Его дети слишком убедительны и точно знают, как убедить его, как и их папа.

Но Алек все равно задается вопросом.

Конечно, есть изменения в нем и в том, как он воспринимает все, что его окружает.Изменения естественны, когда вы принимаете в жизнь что-то новое; он этого не боится. Поэтому он не боится и не удивляется, когда он и остальная часть «взрослой банды» (как молодое поколение решило называть их всех) выходят, чтобы отпраздновать двадцать первый день рождения самого младшего Лайтвуда, проведя ночь алкоголя и вечеринок. и он сразу предлагает использовать свой телефон для музыки. Он нажимает на «Загадай желание» NCT, удовлетворенно кивая себе (ведь сегодня день рождения Макса, понимаешь?) О, черт , Алек так облажался…) и смотрит вверх.

Это не значит, что никто из остальных не удивлен. Алек немного сбит с толку; он думал, что они уже давно поняли, что его решимость не поддаваться «прихоти» K-pop сломалась. Дело не в том, что он ненавидит конкретно то, о чем идет речь. Просто Алек решил остаться своего рода назначенным водителем, пока остальные его близкие напиваются K-pop.

А потом раздаются аплодисменты и поздравительные похлопывания по спине, и «Я знал, что ты справишься, мужик!» И «О, Алек, я так тобой горжусь!».Макс утверждает, что это лучший подарок, о котором он мог когда-либо мечтать, и в конце ночи все их пьяные задницы (в том числе, к сожалению, Алека) наблюдают за «Потомками Солнца» в кинотеатре, который они каким-то образом арендовали на ночь. Алек думает, что видел, как его муж очень спокойно и собранно показывал подозрительно выглядящую открытку кому-то у входа.

Мех, должно быть ничего.

После пары эпизодов Алек вскакивает на свое место. «Корейские мужчины красивы!» Объявляет он важно.

Магнус моргает.

«И корейские женщины тоже, знаете, для… э-э… для людей, которые так качаются, потому что я этого не делаю. Ну в целом они хорошенькие. Все хорошенькие. Но, конечно, Магнус хорош и хорош , и вроде бы, превосходит их всех. Тем не менее… — Алек делает впечатляющую паузу. Саймон держится за свое сердце. «КОРЕЙСКИЕ МУЖЧИНЫ КРАСИВЫЕ!»

«Да, мужик, скажи им!» Джейс агрессивно кивает, с триумфом и гордостью поднимает кокаин, а Макс вытирает слезы с глаза.Алек тоже фыркает, прижимая свой хот-дог к груди.

— Александр, — кричит Магнус с легкой забавной причудой на краю рта. Алек любит этот рот. Он тихо говорит: «Сколько вы выпили сегодня вечером?»

Алек задыхается от ужасного вопроса, но предпочитает игнорировать его, потому что Магнус красив, и Магнус знает, о чем говорит, так что все в порядке. Но он не отвечает.

Вместо этого он поворачивается к остальным и говорит: «Мои дети! Знаешь, они любят BTS? »

Вокруг раздаются ответные крики.

«Они все тоже очень красивые!»

Клэри резко падает на свое место от полной искренности в его голосе. Алек наклоняется и успокаивающе похлопывает ее по голове, потому что он понимает.

«А они такие прелестные!» Затем рука дергает его за рубашку, и Алек смотрит вниз на своего удивительного мужа. Магнус поднимается, достигая своего роста, и шепчет ему на ухо: «Ты уверен, что не пожалеешь потом обо всех этих пьяных признаниях, Сумеречный Охотник?»

Алек усмехается. «Ты ревнуешь?» А затем, поскольку он беспокоится о своем муже, он добавляет: «Не будь, потому что миловидность, о которой я говорю, похожа на« Я хочу засунуть тебя в крепость из подушек и защитить тебя от мира », не «Я влюблен в тебя».Понимаешь, так что не…

«Не завидую, милочка, нет». Магнус отражает его ухмылку. «Просто твоя мама записывает все это на видео, и мне было интересно, не было бы тебе интересно, чтобы наши дети могли беспрепятственно увидеть твою девочку , фанатское« я »?»

«Да», — решительно и уверенно говорит Алек. Затем он торжествующе вскидывает руки. «Я ЛЮБЛЮ K-POP, ВСЕМ!»

Попкорн летает повсюду, празднуя.

Черт, ага!


«Ха», — восклицает Алек, проверяя привязанные к его запястью часы, когда входит внутрь.«Я не опоздал. Радуйтесь, земляне, ибо… — Он резко закрывает рот.

Нет. Нет, я с этим покончил.

Алек уже доказал, снова и снова, что он сдался своей семье с точки зрения K-pop, и что у него нет никакого самоконтроля, когда дело доходит до танцующего Магнуса Бэйна.

А это? Это просто жестокость. Алек, вероятно, однажды окажется в обычном суде, удовлетворив свое дело против своего крутого мужа.

Он танцевал, ваша честь — без рубашки! Смелость, правда?

Но без рубашки, вспотевший и блестящий колдун — это не просто танец; он танцует с их детьми — зрелище слишком невинное и слишком драгоценное, что Алек чувствует яростную защиту, которая отдыхает у подножия глубокой пещеры его сердца, поднимая голову, чтобы рычать и напоминать ему, чтобы эти души были рядом и в безопасности , всегда.

Они собраны в гостиной, вся мебель отодвинута до крайних углов, чтобы у них было достаточно места для перемещения.Удары, которые скачут по всему чердаку, приостанавливаются, и все трое останавливают свои сложные движения.

Магнус его еще даже не заметил; это почти как если бы мужчина выполняет что-то напряженное и вызывающее пот без недостатка верхних слоев по чисто обычным причинам, и, может быть, чтобы не дразнить Алека до смерти. Ключевое слово — почти .

Рафаэль и Макс толпятся вокруг его теперь уже неподвижной формы, оценивая и задумчиво напевая. Рейф открывает рот, чтобы сказать что-то, несомненно связанное с танцем и, вероятно, слишком конкретное для Алека, чтобы понять, но затем он замечает его, стоящего у двери, держась за ручку, и смешанные выражения легкой боли, чистого трепета и просто порхающей пустоты. по его лицу.

Он просто весело ухмыляется. «Привет, Даддио».

«Также…» Макс катится к Алеку, скрестив руки и склонив бедра в сторону для максимальной надменности, как учил его отец: « землян,

«Твой дядя Саймон», — ворчит Алек в качестве объяснения. Наконец он приходит в себя от вида перед собой и собирается снять пальто и ботинки. Однако, прежде чем он успевает добраться до него, щелкают пальцы и летят синие искры, отправляя все на свои места и облача в его любимые серые спортивные штаны и свитер.Алек приподнимает бровь, глядя на своего голого мужа (это достижение, что он может сохранять некоторое подобие спокойствия, поэтому Алек гордится собой).

«Ты танцуешь», — сухо говорит он.

«Всегда соблюдающие нефилимы». Лицо Магнуса светится дразнящей ухмылкой, и у Алека перехватывает дыхание — голое лицо, распущенные волосы, твердая грудь, блестящая от пота и пресса в течение нескольких дней. Алек видел это зрелище тысячу раз, фиксировал его в памяти определенной папки в своем мозгу каждый раз, когда сталкивался с этим, и Алек знает, что Магнус знает, что это его слабость.И вот «почти» — насколько практично танцевать, не ограничиваясь такими ненужными вещами, как рубашки, Магнус точно знает, что делает. Он знает . Алек, скорее всего, сейчас пускает слюни.

«Дело в том, — умудряется сказать Алек, несмотря на чудесное отвлечение, — что ты сейчас физически активен, а это означает, что ты тратишь много энергии, а это означает, почему, черт , , ты просто дернулся ? »

«О, мне действительно нравится, когда твой маленький фильтр просто…» Магнус щелкает пальцами, как ужасный человек, чтобы подчеркнуть, что фильтр Алека «только для красноречивых слов» ушел в отпуск.Серьезно, этот фильтр взял слишком много отпусков, и Алеку, возможно, придется его запустить; в любом случае, он никогда не делал свою работу.

«Давай Макси», — поет Рэйф, утаскивая своего младшего брата. «Пойдем snappity-snap в Институт, чтобы нам не пришлось видеть, как наши родители делают гадости».

— Рафаэль Лайтвуд-Бэйн, — говорит Магнус, сужая кошачьи глаза на него. «Макс не может делать порталы после шести тридцать, мы договорились».

Мальчик изящно приподнимает вызывающую бровь.«Вы бы предпочли, чтобы мы остались здесь? Пока вы двое, , насилуете друг друга, бессмысленно? »

Родительские инстинкты Алека срабатывают, несмотря на туманную кашу, в которую превратился его мозг.

«Это семейная ночь», — сообщает он ему. «У нас с твоим папой отличный самоконтроль, и я почти уверен, что мы сможем протянуть ночь без… э…» Алек бросает взгляд на Магнуса и почти смиряется с поражением, но он храбро бросается дальше, «не насилуя друг друга, как ты. положи это.»

Бровь изгибается и возвращается на прежнее место.

«Хорошо», — пожал плечами Рэйф.

«Итак,» Алек потирает руки и направляется к ним. «Что мы все делаем сегодня вечером?»

«СУП С КУРИНОЙ ЛАПШЕЙ!»

Алек кладет руку на свое бедное сердце и бормочет: «Что? Это что-то новое — готовить и танцевать одновременно? Потому что, кроме Макса, мы все не хороших повара, и наши супы в конечном итоге становятся на вкус как посуду ».

«Спасибо за комплимент, папа, но мы собираемся потанцевать с на куриный суп с лапшой .

«А, — говорит Алек. « О. Джей-Хоуп? »

Он сразу же очень гордится своими способностями к Spotify, когда Магнус в мгновение ока поворачивается к нему с широко открытыми глазами и разинутым ртом, как будто Алек только что объявил, что собирается носить Gucci, Chanel и весь этот джаз до конца. его жизнь.

Рейф подходит к нему, крепко обнимает его за плечи и кивает. «Да», — говорит он со слезами на глазах, — «да, Джей-Хоуп».

«Так это танец или …?»

Макс мило ему улыбается.«Нет, не волнуйся, дорогой отец. Все мы знаем о твоих легендарных двух левых ногах ».

Магнус что-то говорит себе под нос, маскируя это под кашель, и оба их сына фыркают от смеха. Алек сердито смотрит.

«Нет», — говорит Макс. «Мы просто собираемся разучить хореографию для конкурса TikTok».

Алек знает, что это значит, да, вопреки распространенному мнению. «Ах, — говорит он.

Магнус хлопает в ладоши, и песня начинается снова во всей своей насыщенной басами, яркой и вызывающей голод славе.

«Большой брат и я уже в этом разбираемся, так что папе остается только научить тебя».

« Ач

«Давай, хватит дуться», — говорит ему Рэйф, демонстрируя танец с определенной уверенностью, на которую Алек не надеется. «Всего двадцать пять секунд или около того».

Алека трахнули.

«А теперь, Александр», — начинает Магнус, вставая позади него и кладя подбородок на плечо Алека. О, , клянусь Ангелом, Алек чувствует жар от пота сквозь одежду.«Тебе придется двигать руками, как…» Бледные, рунические руки заключены в коричневые, окруженные кольцами, а руки Алека согнуты и скручены по желанию его мужа, поскольку они танцуют близко.

Алек очень, очень выебал. Но он никогда не позволял своему чернокнижнику так легко побеждать.

Итак, он осторожно отстраняется на мгновение и, глядя на вопросительный взгляд Магнуса, поднимает палец, прося его подождать. Его потрепанный свитер отрывается одним плавным движением и перекидывается на спинку дивана.(Председатель быстро подходит и утаскивает его, чтобы сделать из него грустный клубок, но Алеку удается сохранить самообладание.)

«Это жарко», — невинно предлагает он всем поднятым бровям.

Куриный суп с лапшой, с добавлением содовой.

И когда Магнус снова возлагает на него руки, ухмыляясь, чтобы показать, что он принимает вызов, Алек краем глаза видит, как его сыновья хлопают себя по лбу в идеальном согласии.

Дерьмо?


«Новая Зеландия прекрасна», — чудесно выдыхает Рафаэль, и его голос звучит небольшими струйками прохладного воздуха.Мальчик потирает руки в рукавицах, незаметно вздрагивая и потягиваясь к своему младшему брату, который всегда был невероятно теплокровным. Огонь перед ними весело потрескивает, чему помогает магия двух колдунов, чтобы не дать ему умереть сквозь весь снег.

Горы с белыми вершинами возвышаются над землей на значительном удалении от них, создавая прекрасный силуэт и добавляя прелести падающему за ними огненному солнцу. Снимок, который он делает на фотографиях, которые они сделали на камеру, с которой их прислала Клэри, просто потрясающий.Макс и Рэйф уверены, что их родители наслаждаются этим отпуском так же хорошо, как и они, если выходить из своей каюты — это несколько спусков вниз по склону, с дымящейся трубой и двухъярусными кроватями для дети и, как правило, пахнущие сосной — держаться за руки и хихикать, как подростки, которые только-только испытали свой первый опыт в школьном туалете, — это все, что нужно.

«Зефир», — зовет их Макс, потому что он милый ребенок.

«Для чистых среди нас», — добавляет Рэйф, потому что не совсем уверен, сможет ли он снова так же смотреть на мантию над камином в их временном жилище.

Четверо из них не уверены, сколько времени они просто сидят на заколдованном снегу, перекусывая сладостями, которые дети, вероятно, не смогли бы съесть так поздно, будь они дома. Семья сгущается в одну тесную кучку, ища тепла тела друг друга, как мотыльки у пламени.

Магнус поворачивается к своему мужу, вся любовь и обожание мультивселенной явно сияет на его лице, когда он подносит руку ко рту и кладет на нее ужасно простой поцелуй, в то время как он так всецело улыбается своим прекрасным глаза и его прекрасная душа.Алек тает; это правильно. Звезды начинают проявляться на бирюзовом небе с темно-оранжевым оттенком на горизонте — он раскололся надвое зазубренными линиями горы.

Макс и Рэйф стоят по обе стороны от них, держатся за своих родителей, живут и любят и смеются так беззаботно, что взрослые говорят, не издавая ни звука в ночном воздухе, наполненном до краев атмосферы с этим теплом. Спасибо, любовь моя. Спасибо вам за все это.

Колеблющийся свет огня, заставляющий их всех светиться изнутри, имеет Алека просто — мир, , так мир. Ему не нужно думать. Ему не нужно делать . Он просто чувствует. И он чувствует, что дома.

Их ноги спутались, руки вертятся, и они все еще смеются, продолжая рассказывать друг другу истории и все прочее.

Дом, дом, дом, Алек подсознательно поет, странная смесь печали и счастья, тоски и довольства пропитывает его существо. Что ж, жизнь всегда была загадкой.

Когда-то, когда он собирался достать еще одну пачку зефира, Рейф вытягивал ноги и выдыхал нечто среднее между вздохом и зевком. Однако, прежде чем он или Магнус успевают сказать: «Пора спать», он быстро напоминает им о разнице во времени и о том, что их отпуск не включает эти правила. Макс важно кивает.

«Ну, — протяжно говорит Рэйф, — мне хочется петь. Папа, есть какие-нибудь просьбы? » Каким бы удивительным ни был его старший сын, его пение — действительно нечто редкое и драгоценное.Алек хочет, чтобы этот момент был с ним навсегда, поэтому он полон решимости оправдать усилия своего сына. Он замечает, как рука Макса скользит вверх и вниз по спине его брата успокаивающим движением, в котором Рэйф однажды тихо признался в любви, и как это утешает его, когда он не показывает, что ему нужно утешение.

Алек медленно моргает, обдумывая в уме, какая песня была бы правильной и какая из них была бы удобна для Рафаэля, когда его руку сжимают в качестве нежного напоминания, и он улыбается.Его муж действительно знает его лучше, чем кто-либо другой. Он глубоко вздыхает, и ответ приходит в его сознание, как только оно успокаивается, как кристально чистое отражение над неподвижной водой, как будто руна сообщает свое значение Нефилимам таким естественным образом .

«Эээ», — колеблется Алек, — «Любовь не окончена?»

Это одна из песен, которую Алек никогда не ожидал, что он полюбит и к которой даже не привыкнет. И это не имеет никакого смысла, почему песня, известная своим грустным балладным характером, чувствует себя как дома в этот блаженный момент home .

Рафаэль криво улыбается без особой горечи, как будто он прекрасно понимает все, что Алек чувствует сейчас, и — почему . Проходят секунды, когда ветерок свистит над их головами, а затем он начинает петь, низко склонив голову и слегка дрожа голосом. Как один, остальные трое Лайтвуд-Бэйн подбираются к нему ближе.

Он постоянно становится громче и увереннее в себе, и вторым куплетом он подталкивает их всех тоже петь. Алек много раз слушал эту песню, уже давно использует корейский язык, а также почти всегда активировал руну «Говори на языках», поэтому он чувствует себя достаточно уверенно, чтобы присоединиться к своим близким.Они задираются на миллисекунду (Макс задыхается), приятно удивленные мягким, тихим баритоном Алека, добавленным к их собственному, но затем все продолжают вместе.

Пение всей семьей — одно из величайших благословений жизни , думает Алек, его сердце готово взорваться, но в то же время такое легкое, что оно могло бы с таким же успехом парить в его грудной клетке прямо сейчас.

Печаль истекает кровью, и Рафаэль снова принимает свою стандартную роль рэпера, его глаза удовлетворенно закрываются, когда он прислоняется к груди Магнуса и позволяет словам слиться с его губ, глубоко и целиком.

Когда они заканчивают, Макс всегда лучший среди них петь высокие ноты, они тоже дышат вместе.

Это так свежо, почти до боли интимно, и Алек знает, что это будет один из величайших моментов в его жизни.

«Эй, смотри», — говорит Макс, указывая на гору. «Солнце почти село».

Рафаэль быстро вскакивает на ноги. «Черт, Макси, мы собирались снять вызов!»

А, да. Именно поэтому они приехали в Новую Зеландию в первую очередь.

«О, да …»

«Не бойся», — говорит Магнус, вставая и стряхивая снег со штанов. «У нас еще есть время». Он вертит пальцами, и посреди синих танцующих фотоаппарат и штатив падают ему в руку.

Рэйф и Макс быстро установили устройство на снегу, помня об угле, освещении и тени горы позади них. Шары синего (Магнус) и темно-фиолетового (Макс) света заставлены левитировать то тут, то там, чтобы усилить эффект, вместе с колдовским светом, который находится в кармане (Алек).

В течение полуночи того дня, после нескольких повторных съемок и попыток, которые включали катание по снегу, смех как маньяк и короткую паузу с горячим шоколадом, они наконец получили это — видео, на котором четверо из них танцуют под куриный суп с лапшой с радостно усмехается и хихикает, и, очевидно, достаточно удовлетворяет двух подростков.

И когда они засыпают, огонь выгорел как в прямом, так и в переносном смысле (кто знал, что танцы могут утомить его?), Алек невольно вздыхает, как влюбленный дурак, в плечо мужу, когда тот переплетает их ноги вместе под одеждой. простыни для лучшего тепла.

K-pop действительно не так уж плох, он думает. И при этой мысли у него на груди совсем не ощущается надвигающаяся судьба. Что ж, тогда кажется, что чрезмерно задумчивый мозг Алека может отдохнуть на сегодня.

Но, нет, вселенная не позволит ему этого, кажется, потому что Алек внезапно вспоминает, что второй пакет зефира, который был открыт, чтобы добавить немного горячего шоколада, все еще остается снаружи на морозе, в снегу.

Алек не хочет вставать и идти за ним.И он не хочет, чтобы его любимые зефиры по утрам были несъедобными. Однако прямо перед тем, как пойти нахуй , Магнус машет рукой и сонно бормочет: «Теперь он в шкафах. Иди спать, невозможный человек.

«Черт, я так сильно тебя люблю».


Плейлист Spotify Алека:

песен, которые можно послушать, когда скучаешь по дому … и ладно, потому что они тоже хорошо звучат 😱.

Единорог в саду

Однажды солнечным утром человек, сидевший в уголке для завтрака, поднял глаза от своей яичницы и увидел белого единорога с золотым рогом, тихо срезавшего розы в саду.Мужчина поднялся в спальню, где еще спала его жена, и разбудил ее. «В саду есть единорог», — сказал он. «Поедание роз». Она открыла недружелюбный глаз и посмотрела на него.

«Единорог — мифический зверь», — сказала она и повернулась к нему спиной. Мужчина медленно спустился по лестнице и вышел в сад. Единорог все еще был там; теперь он бродил среди тюльпанов. «Вот, единорог», — сказал мужчина, поднял лилию и подал ей. Единорог съел его серьезно.С большим сердцем, потому что в его саду был единорог, мужчина поднялся наверх и снова разбудил свою жену. «Единорог, — сказал он, — съел лилию». Его жена села в постели и холодно посмотрела на него. «Ты болван, — сказала она, — и я прошу тебя засунуть в люк».

Человек, которому никогда не нравились слова «мина» и «мина-люк», и которому они нравились еще меньше в яркое утро, когда в саду рос единорог, на мгновение задумался.«Мы еще посмотрим», — сказал он. Он подошел к двери. «У него золотой рог посередине лба», — сказал он ей. Затем он вернулся в сад, чтобы посмотреть на единорога; но единорог ушел. Мужчина сел среди роз и заснул.

Как только муж вышел из дома, жена встала и оделась как можно быстрее. Она была очень взволнована, и в ее глазах было злорадство. Она позвонила в полицию, и она позвонила психиатру; она велела им поспешить к ней домой и принести смирительную рубашку.Когда приехали полиция и психиатр, они сели на стулья и с большим интересом посмотрели на нее.

«Мой муж, — сказала она, — сегодня утром видел единорога». Полиция посмотрела на психиатра, а психиатр посмотрела на полицию. «Он сказал мне, что съел лилию», — сказала она. Психиатр посмотрел на полицию, а полиция посмотрела на психиатра. «Он сказал мне, что посередине лба у него был золотой рог», — сказала она. По торжественному сигналу психиатра полицейские вскочили со своих стульев и схватили жену.Им было трудно подчинить ее, потому что она выдержала ужасную борьбу, но в конце концов они ее покорили. Едва они надели смирительную рубашку, как муж вернулся в дом.

«Ты сказал своей жене, что видел единорога?» спросила полиция.

Leave a Reply