Разное

Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек — сборник красивых стихов в Доме Солнца

Au jour le jour: Аленький цветочек *

Аленький цветочек

Алла Кемппи

Как-то раз мне сон приснился:
Ангел мне во сне явился.
Он мне сказку рассказал,
Мир прекрасный показал.

В мире том Любовь царила,
Светом каждого дарила,
Счастье души наполняло,
Чудо - Творчество рождало.

И в фантазии лучистой,
Лучезарной и искристой
Радуга своим свечением
Рисовала с восхищеньем!

Я хотела там остаться,
Чтобы в творчестве купаться,
Только Ангел мне сказал:
”Миг пока что не настал.

В этот мир Любви и Света
Скоро вся войдёт Планета.”
Он мне счастья пожелал
И такой наказ мне дал.

Пусть Душа твоя искрится,
Как прекрасная Жар-птица,
Свет, Надежду принесёт,
Всё недоброе сожжёт!!!

Мысли чистыми пусть будут
И несут добро повсюду.
Пусть распустится росточек
В сердце - Аленький цветочек.

Силу тот цветок имеет,
Он на Свете всё умеет:
И спасать, и исцелять,
Мир вокруг преображать.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца

Он с такими же цветками
Нежно шепчет лепестками.
Говорит им тот цветок:

”Cоздал наш язык сам Бог!

Кто его раскроет людям -
В счастье-радости пребудет
И наполнится здоровьем,
А зовут его - Любовью!!!”

Аленький цветочек

Арвачёва Любовь

Аленький цветочек, ах!
Трепетный росточек, ох,
Чудище в саду растил...
Чудо: царь - цветок хранил.

Алый мак! Краснее роз!
Счастье чудищу принёс.
Настя - добрая душа...
Эх, невеста хороша!!!

Свет в саду зовёт влечёт,
Цветику - большой почёт.
Пьёт искристый мак росу
Дарит дивную красу.

Аленький цветок

Батый Ирина

Жил да был один купец,
уважаемый вдовец.
Был он сказочно богат,
но казне своей не рад.
Он в казне не видел прока,
если сердцу одиноко.
Торговался всё ж до ночи
ради трёх красавиц дочек.
Их наряды на подбор -
шитый золотом узор.
Словно лебеди плывут,
разговор как нить ведут.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца
Старшие хотя бойчее,
младшая купцу милее.
Как то раз купец собрался
да и за море подался
за каким-то интересом:
за прибытком аль привесом.
Долго за морем он был,

наконец домой приплыл.
Дочерям привёз подарки.
Старшеньким - каменьев ярких.
Младшей, спрятав в узелок,
чудный ... Аленький цветок!

Сказка для любимой. Аленький цветочек
 

Владимир Мазурин

(По мотивам сказки С. Т. Аксакова "Аленький цветочек")

-1-

На сказочника врядли я похож.
Не верю в чудо, презираю ложь.
И всё-таки попробую, дерзну -
Любимой быль поведаю одну...

...Давным давно жил-был один купец.
Трём дочерям был любящий отец.
И вот затеял он из-за морей
Подарки привезти для дочерей.

Объездил много он заморских стран -
Алжир, Египет, Турцию, Иран,
И отыскал для старшей наконец
Он золотой с каменьями венец.

Для средней чудо-зеркальце нашёл,
К которому так слаб весь женский пол.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца
И прочесал весь запад и восток,
Ища для младшей аленький цветок...

Помог бы Бог, да чёрт беду принёс -
Разбойники напали на обоз.
Купец подарки прихватил в карман
И скрылся в лес, свой бросив караван.

А лес дремуч, назад дороги нет.
И только впереди алеет свет.

Перекрестясь, пошёл на свет купец -
И так попал он в сказочный дворец.

Послушал он волшебный клавесин,
Поел, попил заморских яств и вин,
За всё спасибо не забыл сказать
И в сад зелёный вышел погулять.

Из родника хлебнул воды глоток -
И вдруг увидел аленький цветок!
И можно только то сказать о нём,
Что краше нет на белом свете всём!

Сорвал купец цветок - и шасть за дверь!
Но преградил дорогу страшный зверь.
И дикий голос проревел: "Ну, что ж,
Ты смертью здесь безвременной умрёшь!"

Купец взмолясь: "За что меня корить?
Цветок хотел я дочке подарить."
- Коль хочешь жить, ступай, да поскорей
Пришли ко мне одну из дочерей!

-2-

Одел купцу на палец перстенёк он -
И дома наш купец в мгновенье ока.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца
Раздал подарки дочерям любимым
И поделился горем неделимым.

И согласилась ехать та из дочек,
Какой привёз он аленький цветочек.
Одела перстенёк она на палец -
И в миг исчезла, только и видали!

Опустим тут её переживанья
Для связности всего повествованья.
Не скажем даже, что пила и ела,

А сразу перейдём мы к сути дела.

Как девушка, привыкшая к порядку,
Цветок она воткнула в ту же грядку.
Он к стеблю прежнему прирос мгновенно
И вновь зацвёл светло и вдохновенно.

А страшный зверь лесной, морское чудо
За нею наблюдал невесть откуда,
Заботой окружал её и лаской,
Писал на стенах огненною краской.

Она его заботу принимала.
И, трепеща от страха, понимала,
Что молодость пройдёт, не дело это!
Что раз есть дух, то есть и тело где-то!

И как-то предложила осторожно:
"Подай, милейший, голос, если можно!"
И, рык восприняв с ужасом сначала,
Не выдала испуга, промолчала.

Потом не стала голоса бояться
И зверя попросила показаться,
Но разразилась хохотом Гомера,
Увидев плоть огромного размера.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца

И вскрикнула, чуть не лишась рассудка:
"С таким в постели оказаться жутко!"
А чудище с расстройства, как ни странно,
У ног её упало бездыханно.

И всё ж, оправясь от переполоха,
Поцеловала чуду-юду кроха
И завопила - не сойти мне с места! -
"Проснись, тебя люблю я как невеста!"

Аленький цветочек

Ключникова Галина


О цветке она мечтала,
Пленницею в замке стала,
И на острове далёком
Было ей так одиноко.

Зверь ужасный с добрым сердцем
Распахнул к родным ей дверцу.
Сам же, от тоски жестокой,
Чуть не умер, одинокий.

К ночи дева возвратилась,
Страстно Господу молилась…
И разбились злые чары,
Вот такой судьбы подарок.

И царевич молодой
Предложил ей стать женой.
Вспыхнул счастья огонёчек
В сказке «Аленький цветочек».

Аленький цветочек

Ксения Любавина

Известно всем, как сказка начиналась, а кто не знает - пусть меня простит.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца ..
В шоп-тур купец однажды собираясь, стал спрашивать, что дочкам привезти.

Две старшие просили у папаши косметику и прочий дамский хлам.
- А что закажет дочь меньшая наша? - Сыщи цветочек аленький мне там.

Ах, что же за комиссия, Создатель… - На что тебе заморска эта дурь?
Вот слышала б тебя родная матерь! И даже брови ты мне тут не хмурь.

- Тогда моё желание такое: мне привези, уж не сочти за грех,

Чудовище мохнатое, большое, для разных там приколов и утех.

- Да что ты говоришь такое, дочка! Как ни крути, ведь я ж тебе отец!
Короче, ограничимся цветочком... То - лишь начало сказки, не конец…

Умаялся он невообразимо, искал цветочек этот днём с огнём,
Нашёл, а там - така-а-ая образина: - Почто в саду ты шаришься моём?!

Почто сорвал ты мой цветок заветный? Почто меня, вахлак, обворовал?
Ну, всё! Передавай родне приветы, порву тебя, как Тузик тряпку рвал!

Купец и так, и эдак - ни в какую. - Каюк тебе, папаша, наступил!
- Порадовать лишь дочь свою меньшую хотел, и вот такое замутил.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца

- А что за дочь, какого роста, веса? Красавица иль страшная, как смерть?
Сюда её пришли, себя заместо, согласен ли, немедленно ответь.

Что было дальше, мы, конечно, знаем: чтоб папеньку от гибели спасти,
Его дочурка Настенька, меньшая, урода согласилась навестить.

Уж о таком давно она мечтала: как по заказу - страшный и большой,
Поскольку сказки с детских лет читала и верила в них всей своей душой.

Читатель ждёт, конечно, хеппи-энда - записана в подкорке у девиц
Концепция раскрученного бренда, что всякое чудовище есть принц.

Толкать туфту - не наш, однако, принцип, приёмы эти не в чести у нас.
Она ждала, когда ж он станет принцем - ждала, ждала, и так не дождалась.

Другой исход возможен был едва ли, в реалиях всегда финал таков:
Сестрицы звёзды с неба не хватали, но вышли за нормальных мужиков.

А кто мечтает только о цветочках, отложится пускай в девичьих лбах,
Без вариантов, совершенно точно, останется в итоге на бобах.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца

Аленький цветочек
 

Марианна Заигралина

В коробе злато-серебро…
Зорька - полоской сонною,
Дыбятся тучи серые,
Гибнет
Цветочек солнечный…
Волнами берег - в крошево,
Счастье - добыча ворона,
Время на час отброшено,
Близится ночка черная,
Станется - не отмолится,
Станется - не залечится…
Утро дождем умоется,
Только с зарей
Не встретится…
Сердце в груди воробушком,
Блёкнет кольцо заветное,

Ах ты, людская злобушка…
Где же ты, где??
Ответа нет…
Самый последний, слабенький
Лучик надежды маленькой…
Мне ничего не надобно,
Жил бы
цветочек аленький...

Силы дает надеяться
Сказка моя любимая
Верю: успеет девица,
И расколдует милого…

В коробе злато-серебро…

Аленький цветочек сказка

Надежда Старостина-Котенко

Жил когда-то давно, богатейший купец.
Очень, любящий, добрый, и нежный отец.
У купца, было всякого много добра -
Злата, тканей, камней, жемчугов, серебра.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца
Но трёх дочек, что он без жены поднимал-
Самым ценным богатством своим почитал.
Был удачлив в делах, и богами храним.
Из заморских диковинок - дочкам своим,
Привозил, дорогие дары всякий раз.
И не знали ни в чём три девицы отказ.
И парчу, и шелка привозил мореход.
А однажды, надолго собравшись в поход,
Прощаясь, их обнял, и нежно спросил,
Какой бы подарок был девицам мил ?
Дочь старшая, ластясь к отцу, попросила
Венец золотой, чтоб, красуясь носила.
- Горят самоцветы, как солнце на нём,

От чудо - камней, ночью видно, как днём.
Безделицу средняя дочь заказала -
Хрустальное зеркальце, в форме овала.
- Кто глянет в него, станет краше на треть,
И после, совсем перестанет стареть.
Любимица - младшенькая среди дочек,
Найти попросила - заветный цветочек.
- Чтоб аленьким цветом, светился во мгле,
И краше его, не сыскать на земле.
Купец, много стран и морей исходил,
Для старших подарки давно прикупил.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца
Для младшей, не вышло исполнить зарок,
Не смог отыскать он заветный цветок...
Устали, моря бороздить, корабли,
И люди подолгу, не видят земли.
Но как без подарка вернуться домой?
Вдруг, палубу сильно качнуло волной.
Вторая накрыла корабль, а потом,
Купец очутился один за бортом...
Очнулся на острове дивной красы,
На чудных цветах, стынут капли росы.
Прошёлся чуть-чуть, и увидел дворец.
Вокруг никого, он единый жилец.
Подумал, что очень неплохо поесть -
И тут же, явилась роскошная снедь.
Купец удивлялся таким чудесам,
За яства, хвалу превознёс небесам.
Усталость сморила, подумал о сне,
И ложе явилось, как будто извне.
Наутро, решил осмотреться купец,
Невиданной роскошью полон дворец.
В саду, необычные птицы летали,
Куда ни взгляни- распрекрасные дали.
И лился откуда-то радужный свет,
Купец подошёл, глянул- аленький цвет!
Нашёлся для дочки подарок в саду.
Цветочек сорвал он себе на беду.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца ..
Стемнело вокруг, затрещали кусты,
И чудище с рёвом из той темноты:
"Как смел ты, заветный цветочек сорвать?
Я кров тебе дал, и на чём почивать.
Безвременной смертью заплатишь теперь"
- Рычал не смолкая, обиженный зверь.
Взмолился купец, объяснил что к чему.
Мол, нужен цветок ни ему самому,
Для Настеньки, дочки любимой своей.
И чудище стихло, таясь меж ветвей:
- Тебя, я домой отпущу, не кляня,
Но Настенька, пусть погостит у меня.
Обиды не будет ей в этом дворце,
Улыбка мелькнула на жутком лице.
Купцу, дал колечко - алмаз с изумрудом,
Как только одел, в миг на родине, чудом.
Стоит на корме, волны тихо качают,
И дети его у причала встречают.
Решил - будь что будет, но дочку спасёт.
Пусть чудище, в клочья, его разорвёт.
Три дня, на раздумье, отпущены зверем.
Простится с детьми, и покинет свой терем.
А дочки, так рады, трещат без умолку.
У Настеньки - аленький цветик в светёлке.
Лишь другу, доверил он страшную тайну.Стихи про аленький цветочек: Стихи аленький цветочек - сборник красивых стихов в Доме Солнца
Любимая дочь, услыхала случайно...
- Так вот ты какой, мой заветный цветок?
Побуду с отцом на прощанье чуток.
Под вечер тревожного третьего дня,
Сказала: " Пусть зверь покарает - меня."
Схватила колечко, на палец одела,
И тут же, на остров отправилась смело.
Цветочек на место вернула в слезах.
Он сразу прирос, и луна в облаках,
Смутившись чудесным сиянием алым,
Запряталась робко за облачком малым.
А Настенька- робко пошла во дворец,
Чтоб дело своё, завершить наконец.
- Хозяин невидимый, выдь, покажися,
Захочешь- убей, если нет - подружися.”
И тут, засияли слова на стене-
Тебя я когда-то увидел во сне.
Не жди от меня - не обид, не позора,
С тобою, надеюсь, подружимся скоро.
У девицы, сердце заныло тревожно,
Но чует, что верить писанию можно.
Летели на острове чудные дни,
А вскоре, и впрямь подружились они.
Часами общаясь с невидимым другом,
Гуляла Настюша, заброшенным лугом.
Сердца их, как будто слились в умилении:
"Не буду пугаться"- просила в смущении.
- Ты мне покажись, мой приветливый друг.
Однажды решился. Ужасный испуг...
Лежала, бледнея, без чувств целый час,
У чудища, слёзы катились из глаз.
Но справилась всё же, с испугом она,
И рухнула враз между ними стена.
За нежное сердце его полюбила,
О том, что ужасен на вид - позабыла.
И будни на острове стали иными,
Одно лишь смущало - тоска за родными.
Он - зная, что жизнь без неё невозможна,
Решился. Домой отпуская, тревожно.
Просил возвратиться к вечерней поре,
Иначе - умрёт от тоски на заре.
Миг - Настенька дома. Ажурны наряды,
И зависть сестёр, и не добрые взгляды.
Подарков шикарных, не радует блеск,
Воистину рад, лишь любимый отец.
А сёстры, расспросами заговорили,
Часы во всём доме, на час открутили,
И ставнями окна закрыли надёжно,
Но сердце Настюши забилось тревожно.
- Кто ставни закрыл? И бегом на крыльцо,
Сжимая в руке дорогое кольцо.
А там, уж вечерняя зорька в разгаре.
На палец, кольцо одевает в угаре,
- Ах, милые сёстры, как можно, за что?
На острове, что-то твориться не то...
Гнёт ветер деревья - не статься б беде,
И милого друга не видно нигде...
Нашла его тело, лежащим в саду.
Цветочек сжимая, в бессвязном бреду,
Лишь имя её повторял еле слышно,
Да шерсть, на ветру развивалася пышно.
- Ты встань, улыбнись - мой любезный друг.
Не жить без тебя, мой любимый супруг.
И грянул тотчас, оглушительный гром,
И юноша милый возник над холмом.
От чудища дикого, только лишь взгляд.
Цветок засиял, затмевая закат.
И милая сердцу блестит бирюза -
Прекрасного зверя родные глаза.
И сердце, от счастья, колотится вновь.
Разрушила чары - земная любовь.

Аленький цветочек. Сказка в стихах. ~ Поэзия (Стихи для детей)

АЛЕНЬКИЙ ЦВЕТОЧЕК.
По мотивам одноимённой сказки С.Т. Аксакова
.

Жил да был купец богатый,
Именитый человек.
Он добра имел и злата
Столько, что безбедно век
Мог прожить…
И с ним три дочки,
Три прелестных ангелочка…

Он любил их красоту
Больше, чем казну со златом,
С жемчугами и парчой,
С бриллиантами…

Когда-то
Овдовел он. И порой
Его сердце разрывалось
От тоски о том былом,
Что ушло и называлось
Счастьем…

Свой любил он дом
И вниманьем своих дочек
Окружал и день и ночь,
Но любимым ангелочком
Была младшенькая дочь,

Краше старших и милее,
Вся в заботах об отце…
Больше всех её лелеял,
Видел мать в её лице…

Как-то, по делам торговым,
Собирается купец,
За три моря, к землям новым…
Дочерей зовёт отец:

'Мои дочери родные,
Сообщить хочу я вам –
Еду я в края чужие,
По купеческим делам,

В тридевятое-то царство,
Что за тридевять земель,
В тридесятом государстве,
Что невидимо отсель

И неведомо, поскольку
Наш купец там не бывал,
Птицы долетали только,
Да провидец сед вещал.

Мало ль времени иль много
В той пробуду стороне,
Сам не ведаю, лишь Богу
То известно, но не мне.

Без меня живите честно,
Мирно (сам смахнул слезу).
Из страны той неизвестной
Вам гостинцев привезу,

Коих сами захотите.
Думать сроку вам – три дня,
Срок закончится – скажите,
Озадачьте-ка меня…'

И сказала дочь старшАя:
'Ты, мой батюшка, родной,
Не нужна парча златая,
Чёрный соболь меховой,

Жемчугов вдосталь бурмицких
И старинна серебра,
Дорогих ковров персидских
Да отменного добра.

Привези венец с каменьев
Самоцветных, золотой,
Чтобы цвет его затменьем
Лунным стал в тиши ночной,

Чтоб сиял, как солнце красно,
Как день ясный в тёмну ночь…'
'Понял я тебя прекрасно,
Моя старшенькая дочь,

Моё милое созданье…
Будет таковой венец
Ублажать твой взор сияньем…
Или я уж не купец?..

Человека одного я
Знаю за морем давно,
Он достанет, хоть, не скрою,
Трудно будет, но одно

Я скажу – казны супротив
Нет особенных преград.
Злата мне не жаль, напротив –
Буду я сердечно рад

Видеть счастье в твоих глазках…
Привезу я тот венец,
Обернётся былью сказка,
Как-никак я – твой отец…

А и есть он у сестрицы
Королевишны одной,
Спрятан в каменной темнице,
В специальной кладовой.

И стоит та кладовая,
С незапамятной поры,
В три сажени утопая,
Внутри каменной горы,

За железными дверями,
Коих есть по счёту три,
Под немецкими замками…
Мало знают, что внутри…'

Поклонилась ему в ноги
Средня дочь и говорит:
'Счастья, батюшка, в дороге!..
Пусть звезда тебе горит

Памятью о нашем доме,
Чаще снится край родной,
В стороне той незнакомой…
Милый батюшка ты мой!..

Не вези ковров персидских,
Да отменного добра,
Вдосталь жемчугов бурмицких
Да старинна серебра.

Не вези парчу златую
Да сибирских соболей,
Привези мне вещь такую,
Чтоб я стала всех милей,

То бишь зеркальце восточно,
Да из цельна хрусталю,
Да чтоб было непорочно…
Привези, тебя молю.

Чтоб в него волшебно глядя,
В поднебесну красоту,
За его хрустальной гладью
Видеть девичью мечту.

Чтоб, смотрясь в него, смеялась
Я от счастья просто так,
Красота бы прибавлялась
И не старилась никак…'

Выслушав слова дочерни
Призадумался купец.
И, подумав до вечерни,
Молвил дочери отец:

'Дочь пригожая, добуду
Я хрустальный «тувалет».
Тяжело добыть то чудо
Да казне преграды нет.

А и есть он у персидской
Королевишны младой.
И схоронен-то не близко,
А за каменной стеной,

В тёмном, каменном, высоком
Терему, что на горе,
Вышиной (не видит око)
В триста сажень. Во дворе

Ходят стражники, как тени,
Не пробраться никому,
Да три тысячи ступеней
К терему ведут тому.

Семь дверей стоит железных,
К ним замков немецких семь,
Открывать их бесполезно,
Все ключи, и в свет, и в темь,

Королевишна надёжно
И ответственно хранит.
На груди их под одёжей
Укрывает, с ними спит…

Да по воину на каждой
На ступени день и ночь,
Терем стерегут отважно,
Подойти никак не смочь.

Наголо мечи булатны,
Супротив и силы нет…
Человек живёт там знатный,
Он достанет «тувалет»…'

Дочь меньшая поклонилась
В ноги батюшке-купцу,
Речь, как реченька, струилась…
Была ласкова к отцу:

'Государь ты мой родимый.
Милый батюшка ты мой!
Чудно зеркальце – не диво.
И венец тот золотой,

Самоцветный, мне не надо,
Не нужна злата парча…
Ты мне батюшка – отрада,
Буду по тебе скучать…'

'Дорогой мой ангелочек,
Привезти тебе чего?…'
“Только аленький цветочек,
Чтоб красивее его

Не было на белом свете…”
Призадумался отец:
'Эх вы, дети мои дети…'
Много ль времени купец

Думу думал или мало,
Только дочку приласкал,
Приголубил, в губки алы
По-отцовски целовал

И сказал слова такие:
'Мне работу задала
Потяжельше, чем иные…
Вот такие вот дела…

Как найти, чего не знаешь?
Как сыскать, что не сыскать?
А найдёшь, как угадаешь,
Что нет краше?… Как понять?…

Не хитро найти цветочек,
Ан попробуй, поищи …
Постараюсь, ангелочек…
На гостинце не взыщи…'

Отпустил детей пригожих
В их девичьи терема…
Путь неведомый тревожил,
Длинных сборов кутерьма.

Долго ль, много ль собирался,
То неведомо никак.
Наконец-то распрощался
С дочерьми и поднял флаг,

И отправился в дорогу
По заморским сторонам.
Да товары втридорога
Продавал чужим купцам.

А чужие, наудачу,
Втридешёва покупал
Иль менял товар с придачей,
Да домой всё отправлял.

Златом, серебром пополнил
Он казну, как замышлял,
Просьбы дочерни исполнил,
Им гостинцы отыскал.

Золотой венец с камнями,
Затмевал, что лунный свет,
В тёмну ночь сиял огнями,
Будто день …

И «тувалет»,
Непорочный и хрустальный,
Отыскал. В нём красота
Поднебесная, как тайна,
Как невинная мечта
Юных дев...

А поглядеться –
Прибавляется краса
И не старится, и сердце,
Будто птица… Чудеса!..

Только аленька цветочка,
Что на свете краше нет,
Отыскать для младшей дочки
Он не мог …
И в чём секрет?..

Находил в садах он царских
И в султановых садах,
После вояжей мытарских,
Их подобие но: 'Ах!..'

Произнесть никак не можно,
И поруки не даёт
В том никто. И безнадёжно
Угадать нам: тот, не тот…

Краше хоть один другого,
Что ни в сказках рассказать,
Ни изречь удобна слова,
Ни пером не описать…

Едет он, купец, дорОгой
По сыпучим, по пескам,
Положив конец тревогам,
По дремучим, по лесам,

Среди сосен, среди елей…
И, откуда ни возьмись,
Дикой стаей налетели
Вдруг разбойники… “Держись! –

Сам себе купец промолвил, –
Тут беды не миновать…
Зря копил, скупал да полнил
Сундуки добром …
Бежать!..”

В чащу бросился лесную,
Бросив слуг и караван,
Дабы жизнь свою честную
Не дать в руки басурман

Да индийцев, с ними турок…
«Пусть терзает лютый зверь,
Да сдерёт когтями шкуру,
Нет, не дамся им теперь.

Не нужна, позорна доля,
Доживать свой век в плену,
В унижениях, в неволе
Да терзаться за вину

Перед дочками, чьи речи
Не услышать никогда,
Не обнять их юны плечи,
Потерять их навсегда…'

Вот бредёт сквозь лес дремучий
Непроездный наш купец,
Сквозь кустарники колючи
Да деревья. Только лес

Впереди стал расступаться,
Раздвигатися кусты,
Позади за ним смыкаться…
И темнее темноты

Становилось за спиною.
Глядь направо – бурелом
Непролазною стеною,
И налево – тож погром.

Все повывернуты с корнем
Дерева и голы пни…
А под ним дорога торна,
Всё вперёд, как ни шагни.

И дивуется он чуду,
Совершившемуся с ним,
Сам идёт, идёт, покуда
Не стал вечер, вещ и зрим.

И ни рёву-то зверина,
Ни шипения змеина,
И ни возгласа совина,
Ни возни певучих птах…

Ровно всё повымирало,
Тишина кругом стояла,
Непроглядна ночь настала,
Обуял невольный страх.

А вокруг – ни зги не видно,
Темень, выколи хоть глаз,
Лишь дорога безобидна,
И светлёхонько, хоть час

Поздний был …
Шёл до полночи,
Вдруг увидел впереди –
Зарево прозрило очи,
Сердце сжалось во груди:

'Что там? Лес горит наверно?
Так зачем же мне идти,
Неминучую смерть верну
На себя принять?.. Прости,

Боже мой, хранитель Рая,
Я пожить ещё хочу,
Хоть о благах и мечтаю –
О земных пока ропщу…'

Но ни вправо, влево тоже,
Ни назад дороги нет…
'Постою на месте. Может
Сам собой загаснет свет…'

Не грешно и дожидаться …
Только, случаю назло,
Стал он с заревом сближаться,
И оно навстречу шло.

И светлее становилось…
Он решил идти вперёд…
Зарево сильней светилось,
Словно бела дня восход.

Он решил идти навстречу,
Двум смертям-то не бывать
(и идти-то недалече),
А одной не миновать.

На широкую поляну
Вышел он… Дворец стоит,
Так искусно изваянный!..
Златом, серебром горит,

Весь в каменьях самоцветных,
Невозможно глаз отвесть,
Светится огнём рассветным…
Красно солнышко, как есть!..

Все растворены окошки,
Всюду музыка звучит…
Оробел купец немножко…
У ворот больших стоит…

Двор широкий и дорога
С бела мрамора пошла,
И кругом фонтанов много,
Со хрустального стекла.

Вот, по лестнице ковровой
Во дворец вошёл купец
Подивился – кость слонова
Всюду в горницах, песец,

Злато, серебро, восточны
Хрустали да жемчуга,
Изваянья непорочны
Да посуда дорога.

Входит в горницу, в другую…
Только нету никого,
В третью… в пятую… в седьмую…
Так же, кроме одного –

Самого купца да духа,
Снизошедшего с небес,
Что шептал чего-то в ухо,
Да увёл в дремучий лес,

От разбойников спасая…
«Где же хозяин-то?.. Секрет…
Несмолкаючи играет
Музыка…Прислуги нет…

Хорошо бы подкрепиться,
Сутки пищи не видал…
Мысли стоило явиться –
Перед ним вдруг стол предстал,

Весь убранный-разубранный,
А в посуде золотой
Да серебряной – медвяный
Сок-нектар, яства горой…

Сел за стол он без сумленья,
Ел досыта, пил во сласть.
Столь отменна угощенья
Не видал он отродясь…

За хлеб-соль бы поклониться
Да спасибо бы сказать…
Только музыка струится,
Не сбираясь умолкать…

До сыта поевши, встал он,
Оглянуться не успел,
А стола, как небывало…
Но отменно он поел…

И дивуется такому
Чуду чудному купец,
Диву дивну, не знакому,
Обходя златой дворец,

Изукрашены палаты…
"Хорошо б теперь соснуть.
От усталости треклятой
Кости ноют. Да всхрапнуть…"

Глядь – пред ним стоит резная,
С чиста золота, кровать.
Занавеска расписная
Серебром расшита вгладь,

С жемчуговыми кистями,
С золотистой бахромой…
«Вот, с больными-то костями!..»
Пуховик лежит горой

Из лебяжья мягка пуха…
Чуду новому купец
Вновь дивится, славя духа,
Снизошедшего с небес…

На резну кровать ложится,
Погружается в покой…
Пусть-ка дом родной приснится,
Дочки милы… Расписной

Полог дёрнул, стало тихо,
Ровно в сумерки темно…
И заснул в мгновенье лихо
Наш купец. И лишь в окно

Мягко музыка струилась
Издалёка, будто сон…
Что задумано, то снилось:
Дом и дочери, и он,

Их отец, встречает сватов.
Что для старших дочерей
Женихи нашлись богаты,
Ну а дочкам поскорей

Замуж выскочить охота,
Веселы-развеселы…
Только младшая чего-то
Опечалена … Хвалы

Женихов не принимает,
Отвергает всех подряд,
Только в батюшке не чает
Ласковой души, и рад

И не рад купец…
Проснулся,
Солнце выше дерева,
Встал с кровати, потянулся…
Платье вот оно. Едва

Приоделся …
Из фонтана
Била чистая вода,
Он умылся… как ни странно –
Снова стол, на нём еда:

Кофий, чай, закуски сладки,
Пряник сахарный да мёд…
Он откушал, для порядку
Помолившись наперёд …

И опять он удивлялся,
Любовался, вновь ходил
По палатам, восхищался,
В свете солнца красна зрил.

Краше прежнего повсюду…
Поглядел – растворены
Окна, и сады, что чудо,
Вкруг дворца разведены,

ДеревА стоят с плодами
Неописанной красы,
Клумбы с разными цветами,
В бриллиантах от росы.

Захотелось прогуляться
По невиданным садам,
Поглядеть, поудивляться
ДеревАм, цветам, плодам…

Он по мраморным ступеням,
Малахитным, зеленым,
Входит во садовы тени,
Любопытствием гоним.

Он гуляет… Наливные
Спелые плоды висят
На деревьях, как живые,
С веток спрыгнуть норовят.

Сами в рот так и стремятся,
Слюнки смаковы текут…
Птицы райские кружатся,
Песни райские поют.

Всё, как в бархате зелёном
И пунцовом, серебром,
Златом вышито червонным
И лежит живым ковром,

И на нём цветы прекрасны,
Запашисты, расписны
Да махровы, будто краски
Вечной кладези весны

Кто рассыпал…
Бьют фонтаны
Высоки, что та звезда,
В чаши, с камня изваяны,
С шумом падает вода.

По хрустальным по колодам
Родниковые ключи
Разнесли журчащи воды…
Что ж, ходи, купец, молчи

И дивись на дивны чуда…
От диковинок глаза
Разбежалися, покуда
Не застлала вид слеза,

От напрягу…
Уж не знает
Кого слушать, что смотреть…
Ясный день заметно тает,
Серебром залилась твердь

От луны…
Вдруг, на пригорке,
Цвету алого цветок
Видит глазом он не зорким,
Светит, будто огонёк,

Небывалой, первозданной
Красоты – не описать…
Аромат настоль желанный,
Что словами не сказать,

Растекается по саду,
Как струя!..
Купец дрожит:
'Вот что надо!..
Вот награда!..'
И к цветку стремглав бежит:

'Вот он, аленький цветочек,
В белом свете краше нет,
Что просил мой ангелочек,
Дочка младшенькая…

Свет
Его райский, как жар-птица,
Ослепляет и пленит.
Благовонный дух струится,
Тонкий, нежный, и пьянит…'

Подбежал он и цветочек,
Нежный, аленький сорвал…
Закричали, что есть мочи,
Птицы, замок задрожал,

Молнии блеснуло пламя,
Хоть без туч, и грянул гром…
Зашаталось под ногами,
Заходило ходуном…

Вдруг (ой святы, мои святы!..)
То ли зверь, то ль человек,
Страшно чудище мохнато,
Каковых не зрил вовек,

С под земли вдруг появился,
Пред купцом остановился,
Гласом зычным захрипел:
"Что ты сделал? Как посмел

Ты сорвать мой заповедный,
Мой любимейший цветок,
Свет души моей безбедной,
Сердцу милый огонёк?..

Я дворца хозяин, сада…
Тебя в доме приютил,
Не в корысть и не в награду,
Накормил и напоил,

Будто гостя дорогого,
Спать с дороги уложил,
В золоту постель пухову…
За добро ты заплатил…

Знай же участь свою горьку,
Что тобой предрешена.
Смерть безвременну до зорьки
Примешь, коль твоя вина…"

Тварей диких возопили,
Возревели голоса:
"Умереть!..
Истлеть в могиле!.."
Вот такие чудеса…

Наш купец дрожит во страхе,
Не приходит зуб на зуб
Пот солёный на рубахе,
Головой от страха туп.

Из-под каждого-то древа,
Из-под каждого куста,
Лезет тварь с кровавым зевом,
Безобразна, не чиста,

Да бесчисленна несметно,
Из воды, из-под земли…
Пал купец наш безответный
На колени и взмолил

Перед чудищем мохнатым:
"Гой еси ты, зверь лесной,
Господин честной и знатный,
Царь земной-де да морской,

Не губи моей невинной,
Христианской ты души
За продерзость. То причина
Мне была…
Не прикажи,

Господин, меня казнити,
Слово молвить прикажи,
Волей господа доплыти
До положенной межи

Мне позволь – мои три дочки
Ждут меня, ты их прости…
Мои милы ангелочки…
Обещал им привезти

По гостинцу…
Старшей дочке –
Самоцветный злат венец,
Средней – «тувалет» восточный
С хрусталю – на то ж купец …

Меньшей – аленький цветочек,
Что на свете краше нет.
Вот сей малый огонёчек
Увидал я – весь секрет …

Думал я – не жаль цветочка,
При величии таком,
Господин мой, пусть бы дочка
Была в радости… тайком

Грех свершил я, бог рассудит,
Не достоин я седин,
Каюсь, только не убудет
У тебя, мой господин,

Велико твоё богатство.
Неразумного прости
За мой грех, за святотатство,
Да до дому отпусти,

К дочерям моим родимым,
Да цветочек подари,
Для моей меньшой, любимой,
А взамен – казны бери,

Сколь потребуешь…"
Раздался
В лесу хохот, словно гром,
Зверь лесной расхохотался,
Говорит купцу: «В твой дом

Отпущу тебя. Не надо
Золотой казны твоей.
Моей милости, пощады
Не достоин ты… Верней –

Разорвать тебя на части
Да на мелкие куски.
Мои слуги в одночасье
Смогут сделать, но тоски

Не убавится, я чую,
И тебе спасенье есть.
Доченьку свою, любую,
Мне пришлёшь сюда. Ей честь

Окажу и уваженье
И обиды никакой
Ей не сделаю. Забвенье
С нею будет и покой.

Одному жить стало скучно,
Одиночества не снесть,
Хочу друга неразлучна,
В своей жизни я обресть.

Награжу казной несчетной,
И цветочек станет твой,
Коль купеческо конкретно
Слово дашь. Своей рукой

Слово данное подпишешь.
И тогда вертайся в дом.
Ну, купец, меня ты слышишь?..
Пал купец и бьёт челом,

Обливается слезами,
Чудища представя вид,
Сопоставя с дочерями,
Пуще прежнего вопит,

Своим голосом истошным –
Больно страшен зверь лесной.
«Только есть вопрос дотошный,
Господин ты мой честной,

В моём слове будь спокоен,
Но вдруг дочки не схотят
К тебе ехать. Я ж неволен
Их заставить, Боже свят,

Повелитель мой всесильный,
Не могу ж я их связать
Да прислать к тебе насильно…
Да и где тебя искать?..

По каким местам, не знаю,
Ехал года к тебе два.
Дьявол ли водил по краю?..
Не прибрал Господь едва…»

«Мне невольницы не надо, –
Молвил зверь лесной купцу, –
Пусть-ка дочь твоя, отрада,
Из любви к тебе, к отцу,

Своей волею, хотеньем
Во дворец прибудет мой…
Не прибудет – к сожаленью,
Казнь свершится над тобой,

Смертью ты погибнешь лютой…
Срок даю тебе – три дня
И три ночи. Да не спутай,
Не уйдешь ты от меня.

Ну а как приехать к сроку,
Не твоя уж то беда.
Будешь во мгновенье ока,
Пожелается когда…

Перстень дам тебе волшебный.
На мизинец лишь надеть
Длани правой. Где потребно,
Там окажешься …
Ответь,
Что надумал?

Думал, думал,
Думу крепкую купец,
А всего-то и надумал –
Повидаться наконец

С дочерьми. Благословенье
Дать своё. А не схотят –
Ехать к чудищу в смиренье,
Воротитися назад,

Долг исполнить христианский,
Смерь принять. Пусть Бог простит,
Помыслам в угоду чванским,
И душа пусть возлетит,

В Рай Господний, в мир забвенья…
Свои мысли рассказал
Чудищу. Без удивленья
Он их слушал, будто знал.

Видя правду, он заручной
Записи с него не взял.
Ликом мрачный, взором тучный,
Перстень златый с пальца снял

И подал купцу честному.
Тот едва успел надеть,
На мизинец – возле дому
Очутился, посередь

Своего двора широка.
А в ворота заезжал
Караван, что из далёка
Прибыл, а от коль, не знал,

С золотой казной, с товаром,
С верной прислугой честной.
Более чем в раз иной
Привезли добра и злата…
Полная людей палата
Набралась. И шум и гвалт…
Рад купец наш и не рад…

Дочки златом вышивали,
Из-за пялец повскакали
Да отца-то миловать,
В щеки, в губы целовать,
Словом нежным называть…

Чуют чуткостью сердец,
Что безрадостен отец,
Грусть в глазах (уж не беда ль?),
Потаённая печаль.

Старшим дочкам-то всё б знать…
Стали батюшку пытать:
« От чего ж печаль? Устал?..
Мож богатство потерял?..»

Лишь меньшАя о богатстве
И не думала совсем:
«Ну, зачем так убиваться,
Так кручиниться зачем?

Ты открой печаль сердечну,
Не жалей своей казны…
Жил бы ты, отец мой, вечно
И богатства не нужны.

Это дело наживное…»
И купец тогда сказал:
«Я казну умножил втрое,
Ничего не потерял.

Есть печаль, что жжёт, глумится.
Завтра я о ней скажу,
А сегодня – веселиться!..
Кое-что вам покажу…»

Сундуки свои дорожны
Принести он приказал,
Да подарки всевозможны,
Да гостинцы доставал.

Старшей дочери – с камнями
Самоцветными венец…
Золотой… горит огнями!..
Дочь довольна, рад отец…

Средней – хрусталю восточна
Непорочный «тувалет»…
Младшей дочери – цветочек
Аленький, что краше нет

В целом свете…
Старши дочки
Унеслися в терема,
Потешалися до ночки,
От гостинцев без ума…

А меньшая увидала
Нежный аленький цветок,
Затряслася, зарыдала,
Точно кто ужалить смог
Её в сердце…

“А ответь мне,
Дочка, что же не берёшь
Ты цветка. На белом свете
Его краше не найдёшь…”

Ровно нехотя, цветочек
Дочка меньшая взяла.
Во слезах горючих очи,
Весь передник залила…

Старши дочки прибежали.
За дубовы за столы
Все уселись. Угощали
Дорогих гостей…

Полы
От веселья прогибались.
Пили, ели, прохлаждались,
Да речами утешались…

Скатерти ломились браны:
Вдоволь пития медвяна,
Изобилье разных яств
Да изысканных богатств.
На столе злата посуда,
Серебро, хрусталь …
«О чудо!..
Удивлён купец – откуда?..»

В жизни многое встречал,
А вот в доме не видал
Да так сладко не едал…

Таковой вечерний пир
До полночи продолжался.
И гостей окрестный мир
Тому диву дивовался…

Только утро засветилось,
Старшу дочь к себе позвал
Наш купец… Что с ним случилось,
Всё до слова рассказал

И спросил её, согласна ль
Она жизнь отцу спасти
Да избавить от ужасной
Его смерти, жить пойти

К дикому лесному зверю.
Молвит дочь ему в ответ:
«Батюшка, тебе я верю
И сочувствую, но нет.

Пусть та дочь и выручает,
Для кого ты доставал
Тот цветочек, что сияет,
Как огонь…»

Купец позвал
Средню дочь. Что с ним случилось,
Всё до слова рассказал,
Как беда с ним приключилась,
Как цветочек он сорвал…

И спросил её, согласна ль
Она жизнь ему спасти
Да избавить от ужасной
Его смерти…

«Ты прости,
Не пойду к лесному зверю, –
Молвит дочь ему в ответ, –
Тебе, батюшка, я верю
И сочувствую. Но нет.

Пусть та дочь и выручает
Для кого ты доставал
Тот цветочек, что играет
Алым светом…»

И позвал
Наш купец меньшую дочку,
Всё, как было, рассказал,
Про разбойников, про ночьку,
Во дворец когда попал…

Не успел закончить слово,
На колени перед ним
Стала дочь: «Помочь готова…
Ты мне, батюшка, любим,

По сему благословенья,
Мой отец, мой государь,
Я прошу без сожаленья,
Не прогневается тварь.

Нежный аленький цветочек
Ты достал, меня любя.
Благодарна тебе очень.
Мне же выручить тебя

И спасти от смерти лютой –
Долг и счастье…
Зверь лесной
Не посмеет строить путы
И грозить. К нему домой

Я поеду тебя ради,
Государь мой и отец,
Буду жить там…
В очи глядя,
Обнял дочку наш купец

И сказал слова сквозь слёзы:
«Дочка милая моя,
Мой цветочек, нежна роза,
Речь твою услышать я

Рад, моё благословенье
Вознесётся над тобой…
С добротой, без сожаленья,
Во дворец идёшь лесной,

Чтоб спасти от смерти лютой
Свого батюшку-отца.
Буду каждую минуту
Тебя помнить…» У купца

Дрогнул голос от волненья:
“То – противное житьё,
Но в богатстве, без сомненья,
Да в приволье. Вот моё

Тебе слово в назиданье:
Он неведом, тот дворец.
Ни одно о нём сказанье
Не звучало. Ни купец,

Пеший, конный, не домчится,
Нет дороги, нет пути…
И ни зверь прыскуч, ни птица
До дворца не долетит.

И ни весточки, ни слуха
Нам не будет от тебя,
Будешь жить ты в воле духа,
Злого, доброго…

Любя
Мы тебя все будем помнить,
Свои чувства к тебе полнить,
Хоть от нас не долетит
Наше слово, но звучит

Пусть всегда в твоём сознанье,
В сердце вечностью живёт…
Горько наше расставанье,
Но, Бог даст, и повезёт…

Горький век как доживать,
Твого лика не видать,
Добра слова не слыхать?..

Расстаюсь с тобой навеки,
Как живую хороню.
Долгих лет умчатся реки,
Но тебя я сохраню

В сердце горестном и грешном…»
Дочь меньшая говорит:
«О, мой батюшка, сердешный,
Жизнь богатства мне сулит

Да приволье. Люта зверя
Не спужаюсь, а служить
Буду правдою и верой,
Своей волей дорожить,

Исполнять господску волю.
Станет он добрей со мной…
Над моей не плачься долей,
Милый батюшка ты мой.

Не оплакивай живую,
Словно мёртвую. Бог даст
Я вернусь. Мы попируем
В добрый наш счастливый час…»

Плачет, горестно рыдает,
Слёзы льёт честной купец,
Дочки речь не утешает…
Обезумел в миг отец.

Дочки старши прибежали
Да в двуголос горевать
На весь дом. Уж больно жаль им
Младшую сестру терять.

А меньшая боль не кажет,
Не страдает, не скулит,
Узелки в дорогу вяжет,
В путь неведомый спешит.

Дивный аленький цветочек
Во кувшине золотом
Забирает ангелочек…
Холодеет отчий дом…

Вот уж время расставаться.
Третий день и третья ночь
Уж прошли… Пора прощаться…
И купец целует дочь.

И милует и знаменье
Крестное над ней творит.
И своё благословенье
Ей от всей души дарит.

Вынимает перстень зверя
Из злачёного ларца,
Надевает ей…
И двери
Необычного дворца,

И палаты все открыты,
И она в палатах сих,
Во перинах мягких, взбитых,
Во кровати, золотых

И причудливых узоров,
Словно вечно тут жила,
Словно почивать легла
Да проснулась с первым взором
Солнца красного...

Играла
Музыка, лилась струёй,
Мягкой, нежной, не слыхала
Отродяся таковой.

С пуховой постели встала,
Видит, что пожитки все
Тут же. И цветочек алый,
В неописанной красе,

В позолоченном кувшине…
И на царских всё столах
Малахитовых… отныне
Жить ей здесь…
И где он страх?..

И ещё в палатах было
Много всякого добра,
Скарба разного. Дивило,
Что стена из серебра,

А другая – золотая,
Третья – зеркалом блестит,
Всё на свете отражает,
А четвёрта – из костИ,

Из слоновой, расписная
Ценным яхонтом цветным…
Есть во что и поглядеться,
Есть во что и приодеться…
Украшеньям золотым,

Бриллиантовым нет счёту…
Есть на чём сидеть, лежать
Без особливой заботы,
Жить свободно и дышать…

«Должно быть, опочивальня
То моя…»
Всё как отец
Говорил ей. Вот хрустальный
Бьёт фонтан …
И весь дворец

Осмотреть ей захотелось,
По палатам вглубь пошла,
Аленький цветок взяла…
Непременно не терпелось

Все диковинки увидеть…
Сколь палат!.. Одна другой
Ярче, краше… Мог предвидеть
Милый батюшка родной,

Что его любимой дочке
Век здесь долгий доживать?..
А ему – бессонны ночки,
И греха с души не снять…

В зелены сады спустилась.
Песни райские свои
Птицы ей запели. Снилось
Всё как будто, соловьи

Песен таковых не знали…
А деревья и кусты
Ей с почтеньем закивали,
И чудесные цветы

Перед нею преклонялись…
А фонтаны из воды
Ещё выше устремлялись,
Будто не было беды…

Ублажали чудны трели…
Родниковые ключи
Ещё громче зашумели…
И увы, не без причин…

И нашла она то место,
Где пригорок муравой
Был поросший. Где бесчестно,
Из любви, купец честной

Аленький сорвал цветочек,
Краше в белом свете нет,
Хрупкий нежный огонёчек…
Сколько связанно с ним бед!..

Из кувшина золочёна
Она вынула цветок,
Посадить в траву зелёну,
Где его был стебелёк,

В место прежнее, решила,
Наклонилась уж, но вдруг
Сам он вылетел из рук
И, как малое светило,

Воссияв в мильёнах рос,
К стеблю прежнему прирос,
Краше прежнего расцвёл,
Ожививши ореол
Света алого вокруг,
Радостью наполнил вдруг…

Чудом чудным восхитилась,
Диву дивну подивилась,
Да цветочку поклонилась…

И походкою крылатой
Возвернулася в палаты,
Где её в одной из зал
Стол накрытый ожидал,
Чтобы знатно отобедать,
Разных кушаний отведать…

И подумала она,
Польщена, удивлена:

«Господин, знать, не гневится,
Значит, милостив ко мне,
Буду за него молиться…»
Враз на мраморной стене

Словеса вдруг появились
Алой огненной строкой
(очи в страхе округлились):
«Нет, не господин я твой,

Раб послушный я отныне,
И моя ты госпожа…
Живи вольно, без уныний,
Возликует пусть душа.

Я ж исполню всё с охотой,
Что тебе на ум придёт,
Пожелаешь ли чего-то…
Никаких тебе забот…»

Словеса прочла. Пропали
Они тут же со стены,
Будто бы и не бывали.
Только мыслей из волны,

Ей единая прозрела –
Батюшке письмо послать,
Добру весточку подать…
И подумать не успела –

Глядь – чернила, лист бумаги,
И она пером златым
Пишет батюшке бедняге
Да сестрицам дорогим:

«Здравствуй, батюшка любимый,
И сестрёнки, обо мне
Не горюйте. Негасимы
Мои чувства. Как во сне

Вижу дом и вас, сердешных,
Будто с вами наяву,
Хоть далече вы от здешних
Мест дремучих, но живу

Только вами я. И плачем
Уж былого не вернуть.
Пожелайте мне удачи,
Свидимся мож как-нибудь…

Я у чудища лесного
Проживаю во дворце,
Как царевишна. Такого
Не ждала. Лишь при отце

Беззаботно и привольно,
Во внимании жила…
(Вспоминать о доме больно)
Здесь покой я обрела.

Самого его не слышу
И не вижу. На стене
Беломраморной он пишет,
Когда хочет что-то мне

Произнесть. И я читаю
Огненные словеса.
Все мои он мысли знает
И желанья исполняет
В ту ж минуту…Чудеса!..

И не хочет называться
Господином он моим,
А меня (уж грех признаться)
Госпожой зовёт… Бог с ним…»

И как только написала,
Припечатала письмо,
Так из рук оно пропало,
И исчезло с глаз само,

Как его и не бывало…
Ещё пуще заиграла
Музыка. Обилье яств
На столе вновь появилось
И питья медвяны. Всласть
Отобедать ей случилось.

Веселёшенька за стол
За роскошный она села,
Как на царственный престол,
От души пила и ела,

А, насытившись, легла
Почивать…
Всё тише, тише
Музыка, чтоб спать могла
Она крепко и не слышать
Времени…

А пробудилась
Веселехонька, гулять
По садам опять пустилась…
Необъятное объять

Одним махом невозможно,
До обеда всё пройти
Оказалось архи сложно,
Наглядеться по пути

На диковинки… Поклоны
Ей дарили все цветы
И деревья, свесив кроны,
И кудрявые кусты …

А плоды, что и не снились,
Спелы, сладки, в рот просились…

Проходив в садах богатых
До серебряной луны,
Воротилась во палаты,
Видит – стол накрыт. Вкусны

Яства сахарны, медвяны
Пития!.. Хозяин, знать,
Господин её желанный,
Рад всегда ей угождать!

В беломраморну палату
После ужина вошла.
Словеса огнём заката
Вновь горели. Их прочла

На стене, всё той же белой:
Ты довольна, госпожа?
Не таясь, скажи мне смело,
Радостна ль твоя душа

Во сени садов зелёных
Да в роскошестве палат?
Рада ль силе потаённой?
Если да – с тобою рад.

А довольно ль угощений
Да заботливости слуг?
Не стыдися откровений,
Я твой раб, твой верный друг

И слуга твоих хотений.
Лишь подумай и скажи –
Всё для милой госпожи,
Для тебя – без промедлений…»

Голосом заговорила
Радостным купецка дочь:
«Я довольна всем, мой милый
Господин. Совсем не прочь

Погулять в садах зелёных
Да в роскошестве палат,
Сил величье потаённых
Ощутить, что во сто крат

Посильнее, чем земные.
Не видала отродясь
Я чудес, как здесь. Впервые
Удивление и страсть

Овладели мной. От дива
Не могу в себя прийти
По сей час. Хоть не пуглива,
Но боюсь (меня прости)

Почивать одна. В палатах
Ни единой нет души
Человечьей. Жутковато
Жить, безмолвствовать в тиши…

И поклон за угощенье,
Что пила и ела всласть
С несказанным наслажденьем,
И за музыки забвенье,
Душу что ввергает в страсть…

Не зови меня ты боле
Госпожой своей, а будь
Господином доброй воли,
Сильным, милостивым чуть,

Ласковым. В твоей я власти,
Из неё я никогда
Не уйду. В том вижу счастье,
Прибываю в нём всегда…»

Словеса вновь воссияли:
«Госпожа моя, прости
За минутные печали,
Что доставил, не грусти.

Почивать одной, я знаю,
Жутковато, но тебя
Твоя девушка сенная
Дожидается любя,

Верная, тобой любима…
И в палатах много душ
Человеческих, незримых,
Уж об этом ты не туж.

Их не видишь ты, не слышишь,
Но они всё время тут,
Видят всё, как спишь, чем дышишь…
Тебя верно берегут

Ночь и день, со мною вместе,
Ты в любви у нас и в чести,
Не дадим былинке сесть,
Ветру дунуть и унесть…»

Пожелала почивать
Дочь купеческа меньшая.
Видит – в спальне та ж кровать,
Рядом – девушка сенная.

Стоит в страхе, чуть жива,
Госпожи своей отрада,
Растерявши все слова
От волненья, встрече рада.

Госпожу боготворит,
Руки белые целует,
Ничего не говорит,
Но благое сердцем чует.

И ей рада госпожа,
Всё про батюшку родного
Расспросила, чуть дыша
От желанных слов. Живого,

В осознании своём,
Увидала, и прислугу,
И сестриц, и отчий дом…
Говорила, как с подругой,

Рассказала обо всём,
Что тут с нею приключилось…
Так судачили вдвоём
До зари. А время длилось…

Стала жить да поживать
Дочь купеческа меньшая,
Что ни день, то благодать
Бескорыстная, земная.

Что ни день – нарядов новь,
И цены им нет, как в сказке
(В глаз отписано, не в бровь),
И катание в коляске,

Без коней, да по лесам,
Перед ней что расступались,
Дав дорогу в чудеса,
Торну, гладку, и смыкались

Вновь за ними позади…
Томно музыка играла
И щемила во груди,
Будто что-то предвещала…

Стала шить да вышивать,
Рукодельем заниматься,
Злато, серебро низать
На ширинки. Развлекаться

Да подарки рассылать
Сёстрам, батюшке родному,
Да вниманье уделять
Зверю, чудищу лесному…

Рукоделия дарить
С бахромами, жемчугами…
В залу чаще заходить,
С огневыми словесами,

Речи ласковы твердить,
Слать хозяину приветы,
С ним душевно говорить,
На стене читать ответы…

Много времени прошло
Или мало, кто-де знает,
Как быльём всё поросло…
Стала доченька меньшая

Привыкать к житью-бытью.
Ничего не удивляет,
Исполняют роль свою
Слуги, в музыку играют,

Принимают, подают,
Без коней, на колесницах
Возят по лесам. Уют
Создают такой, что сниться

Непосильно по уму…
Вот и дивно посему…
Господина всей душой
Ото дня в день возлюбляла,
И не зря он госпожой
Звал её, она-то знала…

Пуще самого себя
Чуяла – её он любит,
Думала о нём любя,
Не сознав, что сердце губит.

С ним хотелось говорить,
Подчиняться его воле,
Слышать голос. Не ходить
В беломраморную боле

Во палату. Не читать
Словесов, что так горели
Алым пламенем!… Мечтать
Ей о том хотелось…

В деле
Она стала упрошать,
Умолять лесного зверя,
Голос свой живой подать,
Не когда-либо – теперя.

Долго зверь не соглашался,
Напугать её боялся,
Но, однако ж, упросила,
Господина умолила.
Не хотел для ней он слыть
Супротивным: так и быть…

Написал в последний раз
На стене ей белой сказ
Словесами огневыми,
Алыми, как кровь живыми:

«Приходи сегодня в сад,
Сядь в любимую беседку,
Где спустился виноград,
Где цветы вплетёны в ветки,

Где в пруду колышет рябь,
Ветер в кронах будто дышит…
И скажи: «Мой верный раб,
Голос твой хочу услышать,
Говори!..»

Чуток спустя,
Дочь купецка побежала,
Как наивное дитя,
Запыхавшись, чуть дышала,

Где спустился виноград,
Где цветы вплетёны в ветки,
Где над тихою беседкой
Воздыхал листвою сад…

А сердечко у бедняжки –
Как у пойманной у пташки.
Отдышавшися едва,
Говорит она слова:

«Ты не бойся, Господин мой
Добрый, нежный испугать
Меня голосом звериным,
Я способна распознать

Доброту твою и ласку
После милостей твоих,
И со мною без опаски
Говори…»
Вдруг ветер стих…

Услыхала она, ровно
За беседкой кто вздохнул,
И раздался голос словно,
Страшный, зычный, будто гул,

Дикий, беспредельно хриплый…
Да и то-то говорил,
Не превысив голос сиплый…
Готова была без сил

В обморок упасть сначала
Младшенька, купецка дочь,
Но со страхом совладала,
Испугавшись, не сказала
И не убежала прочь,

Скоро ласковые речи
И разумные слова
Стала слушать с жаждой встречи,
Радость удержав едва.

С той поры счастливой, скорой,
С того времечка пошли
У неё с ним разговоры,
Шьёт ли, вышивает ли,

Во саду ли, на гуляньях,
В лесах тёмных, на катаньях,
Да в палатах высоких,
Посередь роскошеств их.

Только спросит дочь меньшая:
«Здесь ли ты, мой властелин,
Мой любимый господин?»

Отвечает зверь лесной:
«Госпожа, я здесь, раб твой,
Неизменный, верный друг,
Здесь, чтоб скрасить твой досуг…»

Голос страшный не пугает.
Что вопрос – к нему ответ…
Речи ласковы витают
Над дворцом, конца им нет…

Скоро сказка говорится,
Что до дела – сущий крах.
Во руках уже синица,
Журавель ще в небесах…

Всё же было интересно
Младшей дочери прелестной
Зверя увидать лесного,
Страшна чудища морского,
Несравнима с образами,
Да своими-то глазами.

И о том его просить
Стала слёзно и молить.
Долго он не соглашался,
Испугать её боялся
Потому-то, что любил…
Ведь страшилищем он был,

Да таким, что устрашались
Да в берлоги разбегались
Дики звери навсегда…
Только деться-то куда,
От навязчивых прошений
Да невинных огорчений…
То ль права, то ль не права?..
Говорит он ей слова:

«Не проси и не моли,
Госпожа, меня напрасно,
Что б глаза твои смогли
Моё тело безобразно

Да противное лицо
Увидать. Хоть сожалею –
Пред тобой предстать не смею,
Да б не статься подлецом.

Голос мой тебе привычен,
С тобой в дружбе мы живём.
Облик твой не безразличен,
Жжет любовью, как огнём.

Мы в согласии с тобою,
Множество прекрасных слов
Тебе высказано мною…
За мою к тебе любовь

Несказанную ты любишь
Разужасного меня.
А увидишь вдруг – погубишь,
Не смогу прожить и дня.

Ты меня возненавидишь
И прогонишь с глаз долой.
Лучше – коли не увидишь,
Чтоб на веки был я твой.

Не смогу с тобой в разлуке
Я прожить. Мы так близки,
Что не снесть сердечной муки,
И умру я от тоски…»

Тех речей не принимала,
Младшая, купецка дочь.
Ещё боле умоляла
И клялась, что в страхе прочь

Не сбежит и не разлюбит
Господина своего,
А, напротив, без него
Жизнь свою она погубит,
Что забрезжила едва…
Говорит ему слова:

«Будь мне дедушкой пречудным,
Если стар ты человек.
Будь мне дядюшкой рассудным,
Коль середович, твой век –

Только жизни середина…
А коль молод – будь мне брат,
Друг сердечный до кончины…»
Рад то слышать и не рад

Зверь лесной, но супротиву
Её слов он быть не мог,
Внял слезам, мольбам учтиво,
И сказал: «Пусть волен Бог,

Не могу быть супротивным
По причине, что люблю,
Знаю – обликом противным
Своё счастье погублю

И безвременною смертью
Я умру от злой тоски,
Затерявшись в круговерти
Звёзд, в безмолвии реки…

Приходи во сад зелёный,
В серы сумерки, когда
Сядет солнышко за склоны
Синих гор. Скажи тогда:

«Покажись мне, друг мой верный!»
И я тело покажу
Безобразное, лик скверный…
И тебя я не держу,

У меня коль оставаться
Станет вдруг невмоготу.
Нам придётся распрощаться,
Разорвать свою мечту.

Не хочу твоей неволи,
Муки вечной не хочу,
Такова уж моя доля,
За неё сполна плачу,

Не сыскать судьбы печальней!..
Под подушкой кружевной,
Во своей опочивальне,
Сыщешь перстень золотой.

На мизинец длани правой
Ты надень его, и вмиг
Он до дому переправит…
Вот уж будет рад старик!
И поколь живёшь и дышишь,
Обо мне ты не услышишь…»

Ничего не устрашилась
Младшая купецка дочь,
И не мешкая, решилась
Все сомненья превозмочь,

Крепко на себя надеясь,
Во зелёный сад пошла,
В сумерек вечерних серость,
Час урочный там ждала.

Солнце красно опустилось
За отроги синих гор,
И она перекрестилась
Троекратно. Поклонилась…
И наполнился простор

Её голосом чудесным,
Руки к небу вознеслись,
Возлетел призыв, как песня:
«Друг мой верный, покажись!..»

Зверь лесной ей показался,
Лишь дорогу поперёк
Перешёл и затерялся,
Во кустах густых залёг.

Свету бела не взвидала,
Да руками восплеснув,
Так истошно закричала,
Что без памяти упала
Дочь купеческа!.. Без чувств
Пролежала мало ль, долго ль…

…Был ужасен зверь лесной:
Острый лоб – подобье рога,
Губы, словно у бульдога,
Да верблюжий горб кривой.

Когти на руках зверины,
Огненны глаза совины,
Сверху до низу мохнатый,
Беркутиный нос горбатый,
Да кабаньи страсть-клыки,
Лошадиных две ноги…

А очнулась она только –
Слышит, будто кто над ней
Плачет жалостливо, горько:
«Как мне жить? Любви твоей

Для меня не будет боле,
Погубила ты меня,
Разрываюсь я от боли
И сгораю от огня,

Что в груди моей. Отныне
Распрекрасного лица
Не увижу. И в помине
Не останусь до конца
Дней твоих…

И боле слышать
Не захочешь ты меня…
Смерть безвременная дышит
На восходе бела дня
В мою мерзкую личину,
Предвещаючи кончину…»

Жалко стало ей его,
Совестно. Она-то знала,
Что бояться некого,
И со страхом совладала,
Твёрдым голосом сказала:

«Нет, не бойся ничего,
Господин мой добрый, нежный,
Страшна вида твоего
Не боюсь я, как и прежде

Будем время проводить,
Говорить, гулять, кататься
И любовью дорожить,
Никогда не разлучаться.

Ты не думай, это я
С непривычки испугалась.
Так порадуй же меня,
Покажись ещё хоть малость…»

Показался зверь лесной
Ей в обличье безобразном,
Страшный, мерзкий, но родной,
Не приблизился ни разу.

Не решился подойти,
Сколько ни звала – напрасно…
Был он ласков и учтив
И разумен…

О прекрасном
Говорили до темна,
И гуляли до рассвета,
Пока юная луна
Не поблекла. И, при этом,

Никакого страха!.. Нет!..
Не почуяла младшая
Дочь купеческая…
Свет
Солнца красного, сияя,

Осветил дремучий лес…
Его лучше разглядела:
Безобразен… Страшен… Бес…
Испугалась, было дело,

Но немного. Страх прошёл…
Тут пошли у них беседы
Пуще прежнего. За стол
Пригласил. А за обедом

И за ужином яства
Ели, пили, наслаждались…
Воскружилась голова…
Питиями прохлаждались

И гуляли по садам
По зелёным, развлекались,
Да по тёмным по лесам
Лихо без коней катались…

И прошло уже тому
Времени совсем немало.
Долга сказка посему,
Хоть лиха беда – начало…

И однажды молодой,
Младшенькой, купецкой дочке
Сон привиделся плохой
Хмурой, беспокойной ночкой.

Будто батюшка её
Нездоров, лежит в постели,
Слаб и дышит еле-еле,
И к себе её зовёт…

Неусыпная тоска
Дочь меньшую обуяла.
Зов отца издалека
Будто явно услыхала.

Увидал её в слезах
Зверь лесной и закручинил:
«По какой такой причине
У тебя печаль в глазах?..»

И тогда она ему
Сон недобрый с сожаленьем
Рассказала. Ведь сему
Очень важное значенье

Придавала. Повидать
Батюшку, сестриц любезных
Попросилась. Как тут знать,
Быть она им всем полезной

Может статься?.. Говорит
Зверь лесной:
«И в чём сомненья?
И не надо позволенья.
Вот моё благословенье…
Перстень у тебя лежит.

На мизинец длани правой
Поскорей его надень.
Тут же батюшке во славу,
Во мгновенье, будто тень,

Промелькнёшь скорее птицы,
В дом родимый попадёшь,
К батюшке, к родным сестрицам,
Сколько надо поживёшь,

Не соскучишься покуда.
Но одно скажу тебе,
Тосковать я очень буду,
С одиночеством в борьбе.

Ну а коли загостишься
И ко мне не воротишься
Чрез три ночи и три дня –
Не застанешь ты меня

Во живых на белом свете.
В ту ж минуту я умру.
За мою ты жизнь в ответе
Пред собою, по добру,

Ведь люблю тебя я боле
Самого, мой свет, себя,
Без тебя мне жизнь – неволя,
Во страдании, скорбя,

Я погибну. Возвращайся
В обозначенный мной срок,
Для меня уж постарайся,
Моя радость, мой цветок…»

И клялась и заверяла,
Что за час до тех трёх дней,
Хоть по дому и скучала,
Возвернётся. Пусть о ней

Не волнуется напрасно,
А надеется и ждёт
Скорой встречи, что придёт,
И любви, такой прекрасной!..

Трое крат перекрестилась
Да с хозяином простилась
И надела перстенёк,
На мизинец…
Очутилась
На дворе широком в срок,
Равный одному мгновенью,
С несказанным удивленьем…

Где же батюшка-купец?..
Нездоров лежал отец…

Набежала к ней прислуга,
Подняла и шум и крик,
Плохо слушая друг друга.
И сестрицы, в тот же миг,

Увидав её, явились
Да наряду подивились,
Королевскому под стать,
И красе её девичьей.
Ей польстили для приличья,
Зависть силяся сдержать.

Под руки потом схватили
Да в покои увели
К батюшке, что был не в силе
Да не в радости…

Вошли
К нему дочки. Он страдал,
Дочку младшу вспоминал,
Возлежав под образами,
Обливаючись слезами…

За страдания в награду
Дочь меньшую увидал,
Королевскому наряду
Подивившись, ликовал,

Красотой её девичьей
Восхитившись. Возомлел,
Прибывая в безграничной
Радости, оздоровел…

Они долго целовались,
Ещё столько ж миловались.
Много ласковых речей
Было сказано для ней.

И она-то не молчала,
Всё до слова рассказала
Сёстрам старшим и отцу
Про житьё-бытьё у зверя.
Всяк ей, слушая, поверил,
Стало радостно купцу.

Он богатству подивился,
От души возвеселился
Её царскому бытью,
Королевскому житью:

«Умница!.. привыкла ведь
На хозяина глядеть,
Зверя лютого лесного,
Чуда страшного, морского…»

Сам о нём он вспоминал
И от ужаса дрожал.

Ну, а старшим сестрам, видно,
Стало чуточку завидно.
Надо ж было! Отказаться
От несметного богатства,
Что сама судьба сулила.
А сестре вот привалило.

Держит власть над господином,
Будто над рабом своим…
День прошёл, как час единый,
Поспешил другой за ним,

Как минута. А на третий –
Уговаривать сестру
Стали старши сёстры…
Эти
Были ей не по нутру

Уговоры … говорили,
Не верталась чтоб к нему,
К зверю лютому. Просили,
Чтоб осталась жить в дому

С ними, с батюшкой родимым.
Пусть-де сгинет зверь лесной,
Околеет… Восполнимы
Все потери… Молодой

Тут её жених полюбит,
Да с богатством, да с казной…
В королевской жизни той
Она молодость загубит…

Прогневилась на сестёр
Старших гостья дорогая
И сказала им в отпор:
«Жизнь моя теперь другая.

За все милости его
Не могу я господина
Вдруг оставить одного,
Дружба с ним моя едина

За любовь его горячу,
И за ласку, и тепло
Лишь любовью, не иначе,
Заплачу я, но не злом,

И не смертью его лютой…
Потому не надо смуты.
Права мне не будет жить
В свете белом и любить.

И господне наказанье –
Плоть мою на растерзанье
Диким выбросить зверям…
Не понять во век то вам…»

За такие добры речи
Похвалил её отец,
Пробил час, желанной встрече
Подходил уже конец.

Все едино порешили,
Чтоб до срока ей за час
Возвернуться. Уложили
Вещи. Да слезой из глаз,

В исполненье обещанья,
Окропилось то прощанье.

Сёстрам же в досаду было,
И с задумкой отомстить
Младшенькой сестрёнке милой,
Умудрилися схитрить.

И часы, что дома были,
Отвели на час назад.
Все в неведенье ходили:
И отец, и брат, и сват,

Слуги, челядь дворовая…
Настоящий пробил час…
Чует доченька меньшая,
Будто стонет чей-то глас.

Заболело, защемило…
И тоской заныла грудь,
Что-то в ней заговорило…
Рано было в дальний путь

Ей пускаться. То и дело
На часы она глядела,
Торопила ход минут
И рвалась туда, где ждут…

И пытаются сестрицы
Как-то с ней разговориться
Да о том, о сём спрошать,
Да подольше задержать.

Только сердце во сомненье…
Попрощалась дочь с отцом,
Приняла благословенье
От родителя. Потом,

Со прислугой попрощавшись,
С сёстрами да с дворовой
Челядью и не дождавшись
Лишь минуточки одной

До означенного часа,
На мизинец перстень злат
В миг надев, перенеслася
Во дворец, где был ей рад

Зверь лесной, где с нетерпеньем
Ожидал он возвращенья
Превозлюбленной своей…

Дочь, дивуясь, отмечает,
Что её он не встречает…
Сердце трепетно стучит…
Громким голосом кричит:

«Где ты добрый господин,
Ты уж боле не один.
Я вернулась издалёка,
На минутку раньше срока,

Друг мой верный, дорогой,
Мой любимый и родной,
От чего же не встречаешь
Ты меня, не привечаешь,
Умоляю, отзовись,
Покажися, не таись!..»

Ни ответа, ни привета,
Гробовая тишина.
Птицы поисчезли где-то,
Во палатах не слышна

Дивна музыка. Фонтаны
Не шумят, не бьют водой…
Непривычно всё и странно
И сердечко у меньшой

Дочки дрогнуло. Палаты
Обежала да сады,
Раза на три, но куда там…
Лишь присутствие беды

Чуяла и господина
Зычным голосом звала…
Только всюду та ж картина,
Никого там не нашла…

На муравчатый пригорок,
Где цветочек алый рос,
Что любим ей был и дорог,
Много радости принёс,

Побежала…
На пригорке
Видит – зверь лесной без сил
Возлежит и обхватил
Аленький цветочек… Горько
Разрыдалась …

Только он
Ей уснувшим показался,
Крепким сном видать сморён
Её мирно дожидался.

Начала его будить
Потихоньку – он не слышит…
Попыталась ухватить
Его за руку – не дышит,

Поутихший, будто спит,
Бездыханен, мёртв лежит…
Очи ясны помутились,
Ноги резвы подкосились.

На колени она пала,
Главу мерзкую обнЯла,
Безобразного страшилы,
Господина, добра мила,
Завопила, застонала,
Во слезах запричитала:

«Пробудись, мой друг сердечный,
Милый, нет на мне греха,
Встань! Я здесь, с тобой навечно!
Как желанна жениха,
Я люблю тебя!..»

Взлетели,
Вознеслися те слова
К солнцу, к звёздам … заблестели
Снопы молний… как жива,

Затряслась земля от грома,
И ударила стрела
Громова из Божья дома,
Во пригорок вся ушла,
Во муравчатый…

Упала
Во беспамятстве млада
Дочь купецка…
Много ль, мало
Пролежала…
Никогда
Мы об этом не узнаем…

А очнулась!.. Будто сон,
Явен, вещ и осязаем…

Золотой в каменьях трон…
И она сидит на троне.
Принц, красавец молодой,
Рядом с нею во короне

Царской, кованной, златой
Да в одежде златошитой…
Обнимает её принц…
А вокруг велика свита

На колени пала ниц…
Высока палата та же
Беломраморна… Дворец…
Появилась только стража…
Вот и сёстры, и отец

Восстоят поодаль трона…
Принц под царскою короной,
Что златым огнём горит,
Страстно к нею говорит:

«О, красавица моя,
Ненаглядная, послушай.
Полюбила ты меня
За мою благую душу,

За любовь к тебе, хоть был
Я дурным и безобразным,
Образ чудища носил,
Будто мерзкую проказу.

Полюби ж меня теперь
В человеческом обличье,
Боле я не лютый зверь –
Принц, и ты мне симпатична

И любима, как всегда…
Будь невестою желанной
И женой на все года…
Час настал мой долгожданный,

Я избавился от чар
Злой волшебницы. И в этом
Ты, мой Ангел, Божий дар,
Помогла своим ответом
На любовь мою…

Давно,
В моём детстве всё случилось.
Короля я сын был, но
На него, как снег, свалилось
Зло волшебницы и гнев…

Славен был он и всесилен,
Добр душой, могуч, как лев…
Его чтили и любили…

Та волшебница в наш дом
Пробралась, меня украла,
Сатанинским колдовством,
Зло тая, околдовала,

Тёмной силою своей
В чудище оборотила,
Безобразнее зверей
Самых страшных. Наложила

Тень заклятья на меня,
Чтобы жить в таковом виде,
Ночью тёмной, в свете дня,
Во страданьях и в обиде,

Быть страшилищем для всех –
Человек то, тварь ли божья,
Без мирских, людских утех,
Пока с девицей пригожей

Я не встречусь, чтоб она
Меня, мерзкого страшилу,
Беззаветно полюбила
И была бы мне верна.

Стать законною женой,
Без сомненья б пожелала,
Отнеслась ко мне с душой…
Колдовство б тогда пропало.

Человеком я б тогда
Молодым стал и пригожим…
Только шли мои года,
Тридцать лет без мала прожил

Страшным пугалом дурным…
Залучал я девиц красных
В свой дворец. Да всё напрасно –
Оставался таковым…

Ни одна не полюбила
Меня в образе страшилы…
Ласк моих и доброты
Не признали… Только ты,
Моя радость, здесь, со мною…
Королевской будь женою

Во владениях могучих…»
Разбежались в небе тучи…
И тому все подивились,
Ко земле все приклонились…
А купец без промедленья
Дал своё благословенье,
Возжелав стать знатным тестем…
Счастья жениху, невесте!..

И поздравили их слуги,
Сёстры старшие, подруги…
Кавалеры да бояре
Пожелали юной паре
Доброй жизни много лет
И любви…
Весь белый свет,
Восхищаяся четой,
Юной, чистой и святой,
Пировал на свадьбе той.

Я там был, мёд-пиво пил,
Питием кафтан залил,
По устам текло-бежало,
В рот ни капли не попало…

13.01. – 21.02.2004г.

АЛЕНЬКИЙ ЦВЕТОЧЕК ~ Поэзия (Стихи для детей)

Товаром доверху набиты корабли.
В далекий путь готов уже купец
Отправиться на край другой земли,
Трех дочерей заботливый отец.
За стол дубовый дочерей сажал,
Им строго, по-отцовски, наказал,
Чтоб честно, смирно жили без него,
За послушание, подарки обещал:
«Гостинцы привезу, какие хотите,
Три дня на раздумье себе отведите»…

От города к городу плыл он по свету,
Продал товары, собрал звон-монету.
Дочери старшей венец сторговал
Из самоцветов, золоченый овал.
Как солнышко красное светом горит,
Месяцем полным всю ночь озарит.
А средняя дочь тувалет пожелала
Из хрусталя и золотого металла.
И дочери средней купец угодил,
Точь - в - точь, как просила, тувалет он купил:
Цельный хрусталь восточной страны,
Кромки златом окроплены.
Как в зеркальце глянешь, своей красотой
Не налюбуешься днями порой.
Молодость вечная в нем отражается,
Старость на образе не появляется.

Ладно, ли, худо ли, близко, далеко,
Время пришло возвращаться с Востока.
Домой отплывать давно уж пора,
Но меньшая как же, дочь и сестра?
«Не надо мне серебра, злата, камней,
Ожерелий бурмицких, чернЫх соболей,
Венца самоцветного, хрусталя и парчи,
Алый цветочек ты мне привези.
Чтоб не было краше, на свете цветочка»...
Просила любимая меньшая дочка.
«Просьба твоя совсем не простая».
Отец отвечал, дочь обнимая.
«По старшим сестрицам твоим, все понятно,
Хотят красоту умножить стократно.
А вот, чтобы алый цветок привезти,
Которого краше нигде не найти….
Но, воля твоя, слово нужно держать,
Постараться придется, чтоб цветок отыскать».

Много земель купец повидал,
Алый цветочек для дочки искал.
Щедр на товары богатый Восток,
Но не нашелся там алый цветок.
Угрюмый, усталый наш милый герой,
Поиск продолжил по дороге домой.
Караван кораблей он отправил вперед,
Сам, налегке, с обозом идет.
Сквозь чащи густые, пески и снега,
Дорога домой, совсем не легка.
Сделал привал на опушке лесной,
Смерды ему, учинили разбой.
Обоз разбежался и купец наш в бега,
Жизнь то одна и она дорога.
По лесу дремучему волком бредет,
Голодный, измученный свое бремя несет.
Вдруг, лес расступился, перед ним встал дворец,
Чуть чувств не лишился изумленный купец.
Ворота пред ним открылись чудные,
Кованы златом, узоры литые.
На дорожку из мрамора осторожно ступает,
Открывшийся вид его поражает:
Фонтаны воды высокие бьют,
Птицы заморские дивно поют.
От волнения слово не может сказать,
Вокруг и внутри никого не видать.
Очарованный видом, он дальше идет,
Дух неизвестности внутрь зовет…..

Убранство дворца - несказанное чудо:
Марши коврами покрыты повсюду,
Позолотой червонной перила искрятся.
Купецкие очи диву дивятся;
Невиданно золота и серебра,
Кости слоновой и хрусталя,
Музыка в горнице каждой поет.
«Кто же в палатах этих живет?»
Не получив на вопрос он ответ,
Еле живой, сел отведать обед.
Стол украшали всевозможные блюда,
Вся в позолоте резная посуда,
Кубки усыпаны блеском камней,
А яства - одно другого вкусней.
Глазами готов он все кушанья съесть,
Сытно поел, пора знать и честь.
Поклоном спасибо стенам сказал,
Упал на кровать, сраженный сном наповал.
Из лебяжьего пуха под ним пуховик…
«Дочерей бы во сне увидеть на миг».
Только это подумал и видит свой дом,
Дочерей, на хозяйстве оставленных в нем.
Старшие дочери - веселы веселехоньки,
О своих женихах у них одни хохоньки,
Выйти замуж они, поскорей собираются,
Благословения отца, не дожидаются.
А любимая, меньшая не веселиться,
Каждую ночь ей батюшка сниться,
Печаль и слезы у нее на лице,
Не о замужестве думает, лишь об отце.
Проснулся он с радостью и огорчением,
Покушал чаем с заморским печением.
Новому чуду купец не дивуется,
Что, кто-то невидимый, о нем все волнуется:
Стол накрывает, как на царских пирах,
В дом принимает, как на зван.. вечерах….

По палатам опять он решил погулять,
При солнышке красном дворец повидать.
По мраморной лестнице, ступень в малахите
В сад он спустился. Солнце в зените.
Всему, что увидел – нет описания,
Какие бы не были словесные старания.
Много он ездил и повидал,
Но то, что увидел, выше всяких похвал:
Красуются спелыми деревья плодами,
Ароматные, сочные, в рот просятся сами.
Радугой каждый переливает,
Купец, завороженный слюнки глотает.
Птицы невиданные песни поют,
Фонтаны воды высокие бьют,
Шумят родники, обжигая прохладой,
Наполняя колодцы хрустальные влагой.
Цветы распрекрасные коврами цветут,
Блаженство здесь всюду и райский уют.
На ярком, бархатисто-зеленом ковре
Павлин помышляет о брачной игре,
Пестрыми красками хвост распустил,
Курочку свою красотою пленил.
Кругом пошла у купца голова,
Слов не хватает описать все сполна….

Долго гулял, не помнит купец,
На пригорок зеленый набрел под конец
И ахнул, ужаленный, будто пчелой,
Цветок увидал красоты неземной:
Ослепляющим цветом алым искрится,
Запах по саду ровно струится.
Восторг! Нет придела красотой восхищения!
Разве другое здесь может быть мнение,
Что краше на свете не встретишь цветочка,
Как мило просила любимая дочка!
Он смело шагнул и цветочек сорвал.
Вдруг, гром прогремел, налетел ветра шквал,
Вместе с землей, купец зашатался,
Дикий звериный голос раздался,
Мохнатое чудище встало пред ним,
Небо, закрыв страшным видом своим.
«Сорвать, как в саду моем ты посмел
Заповедный цветочек?»– Зверь проревел.
«Пуще жизни своей я им дорожил,
Хозяина так ты благодарил?
Безвременной смертью расплатишься ты!»
Затрясся купец со словами мольбы,
Упал на колени, забормотал:
«Для меньшей, любимой цветочек сорвал»…

Выслушал хозяин, не перебивая купца
Что дочери есть три у отца.
Старшим гостинцы он сторговал,
А меньшей, алый цветок обещал.
Грохотом чудище ему взговорит,
С колен купцу подняться велит:
«Тебя я прощаю, домой отпущу,
Цветочек отдам, казной награжу,
Коль дашь ты мне честное слово купца,
Печатную запись отметит рука,
Что дочь одну, из трех, ты пришлешь.
И дочь пусть приедет не по велению,
А по своему на то разумению.
Чинить ей не буду обиды, вреда,
Станет жить во дворце, что полон добра».
И перстень дает купцу золотой,
Чтобы в мгновение вернуться домой.
Некуда стало купцу отступать,
Соглашается он, чтоб детей повидать.
Перстень златой на мизинец надел
И к возвращению каравана успел,
Который, с казною отправил вперед,
Встречает его у домашних ворот.

Шум на подворье, народ взволновался,
Навстречу купцу толпою подался.
Пригожие дочери купца обнимают,
Ласково «батюшкой родным» называют.
Но не весел хозяин всего каравана,
На душе у него потаенная рана.
В купеческий дом с дочерями идет,
На праздничный пир мирный люд весь зовет,
Сундук сокровенный свой открывает,
Гостинцами дочерей ублажает:
Старшей – венец золотой, аравийский,
Что не видал народ наш российский,
Средней дает тувалет с хрусталя,
Красота поднебесная в нем видится вся,
А меньшую, просит цветочек принять,
Что ни в сказке сказать, ни пером описать.

Ланью веселая ночь пробежала,
Как будто и вовсе ее не бывало.
Старшую дочь он поУтру зовет,
О печали сердечной разговор с ней ведет.
И отвечает дочка купца:
«Пусть та из них выручает отца,
Ради, которой, цветочек сорвал,
Жизнью своей для кого рисковал.
Среднюю дочь он зовет на совет,
И получает тот же ответ.
Дочери меньшей рассказал он о горе,
Поведал он ей, что по божьей по воле,
Чудища гостем и пленником стал,
Алый цветочек в саду том сорвал.
И меньшая дочь в ответ говорит,
Чтоб не печалился, себя не казнит,
Будет она у чудища жить,
Верой и правдой зверю служить.

Прошел третий день, промчалась и ночь,
Пора пришла отправлять купцу дочь.
Родимого батюшку она обняла,
Перстень чужой от него приняла,
На палец-мизинец тот перстень надела,
Тысячу верст в один миг пролетела.
Очутилась она во дворцовой палате,
На резной, золоченой, широкой кровати,
Ножки хрустальные блестят серебром,
Наполнено все здесь несметным добром:
Прямо пред нею стена вся зеркальная,
Направо златая, налево хрустальная,
Пламенем алым цветочек горит,
Рядом с кроватью в кувшине стоит.
Встала с постели из лебяжьего пуха,
Вздохнув глубоко, собрала силу духа,
Пошла одна, по палатам гулять,
Знакомству навстречу, дворец повидать.
Алый цветочек с собою взяла,
В сад дивный спустилась, на пригорок пришла,
На прежнее место цветок принесла.
Он вылетел из рук, к стеблю прирос,
Еще краше расцвел в кругу белых роз.
Обратно вернулась она во дворец,
Где-то поет незримый певец,
Кушаньем стол перед нею накрыт,
Аж, слюнки текут, стократ пусть ты сыт.
«Не сердится зверь лесной на меня:
Цветочек я господину вернула,
Пришла в услуженье, не обманула».
Подумала только она про себя,
Как на мраморной, белой, высокой стене
Словеса появились в ярком огне:
«Послушный я раб, не господин,
Покорно служить тебе буду один»…
Дни друг за другом бегут чередой,
Во всем угождает, зверь ей лесной.
Наряды и кушанья, как на заказ,
Что ни день, она видит, все в первый раз.
Музыку слушает, гуляет в саду,
Весточку пишет, посылает отцу:
«Не плачь родной батюшка и не горюй,
Бог даст, увидимся, ты не тоскуй,
Королевной живу в красоте неземной,
Господин называет меня госпожой,
Во всем угодить и служить он мне рад,
Говорит, что послушный и верный мой раб»…

Время немножко еще пробежало,
Привычным житье для красавицы стало:
Чудища голос ее не страшит,
Охотно и смело с ним говорит,
Приветливые речи ласкают ей слух,
Его называет: «Милый мой друг».
Умные речи ее увлекают,
По-новому мир для нее открывают.

Время бежит без оглядки вперед,
Месяца три уже там живет.
Друга просит своего показаться,
Обещает не испугаться.
И зверь лесной возражать ей устал,
Просьбе навстречу, пред нею предстал.
При виде его она задрожала,
Но, взяв себя в руки, с собой совладала.
Скрывая волнение, дыханья прыжок,
Чуть слышно сказала: «Мой милый дружок».

Как-то, в любимой беседке сидит,
В прозрачную даль сквозь слезы глядит,
Пение птиц ее не волнует,
О доме, о батюшке все больше тоскует.
Ей говорит господин, раб и друг:
«Знаю я твой душевный недуг,
Не плач не кручинься, моя госпожа,
Увидишь ты скоро родного отца.
Незачем у меня позволенья просить,
Водицу из слез в одиночестве лить.
Перстень ты мой обратно возьми,
Надень на мизинец правой руки.
Как только на пальце блеснет золотой,
Вмиг вернешься к отцу ты домой,
Три дня и три ночи погостишь у отца,
Затем вернешься в лоно дворца.
А не вернешься ко мне поутру,
От раны сердечной и горя умру.
Больше жизни своей тебя я люблю
И жить без тебя, теперь не смогу».
Клятвенно стала она заверять,
Что, за час до рассвета, вернется опять.
Три дня и три ночи погостит у родных,
Что, как повидаться, нет желаний иных.

С хозяином ласково, мило простилась,
На подворье честного купца очутилась.
Прислуга дворовая, челядь бежит,
Подняли шум, оглушительный крик.
Сестры ее не могут узнать
В нарядах богатых, королеве под стать.
За белые руки гостью берут,
В горницу к батюшке вместе ведут.
А бедный купец все больше хворает,
О дочери меньшей слезу проливает.
Красавица нежно отца обнимала,
В исхудавшие щеки его целовала,
Про жизнь у зверя свою рассказала,
От слова до слова, ничего не скрывая,
Что жизнь у нее и впрямь «золотая».
Веселится купец такому рассказу,
Хворь, отошла от него, как-то сразу.
Дочерью меньшей своей он любуется,
Рассказам о жизни ее все дивуется.
Сестрицы проворные рядом сидят,
На украшения царские, наряды глядят.
Завитки, инда, обеих берут,
Что в палатах богатых они не живут,
Что власть над чудищем сестрица имеет,
Несметным богатством его всем владеет.
И уговаривать стали сестру,
Не возвращаться больше к нему.
Сестрица-красавица им отвечает:
«Пусть лютая тварь меня растерзает,
Коль смертью его за добро заплачу,
С камнем на сердце я жить не хочу».
И честный купец ее поддержал,
За речи хорошие поцеловал.
А старшим сестрицам, те речи в досаду,
Задумали вместе учинить ей преграду,
Тайно на час, они перевели,
Часы назад, и спать легли.

Вот, время красавице в путь собираться,
Час наступил во дворец возвращаться.
«Рано еще» - Сестрицы твердят,
На часы, отстающие, лукаво глядят.
Неспокойно девице, сердце щемит,
Как на иголках, в ожиданье сидит.
А старшие, любезно отвлечь норовят,
Пускать обратно сестру не хотят.
Тревожно красавице, посему быть беде,
Совсем рассвело уже на дворе.
С родными, наспех, слезно рассталась,
Перстень надела, во дворце оказалась.
Огляделась, кругом тишина,
Зверя лесного не видит она.
«Почему не встречает желанный мой друг,
Почему все так мрачно, уныло вокруг?»
Райские птицы в саду не слышны,
Родники не шумят, колодцы пусты?
Деревья осунулись, как старики,
Цветы наклонились, опустив лепестки?
«Где же ты, верный мой господин?!»
Закричала она. Красавец павлин
Сложил разукрашенный золотом хвост.
Серебром хрусталя не блестит больше мост.
«Что же случилось?!» - восклицает она.
«Свое обещание я сдержала сполна!»
И кинулась зверя в палатах искать,
Чудо морское неистово звать.
Сады зеленые все обежала,
На пригорок муравчатый взошла, увидала:
Лежит бездыханно, обняв алый цветок,
Тот, кто служил ей, любил и берег.
Очи ее от слез помутились,
Резвые ноги под ней подкосились,
Преклонились колени к холодной земле,
Голос истошный раздался во мгле:
«Встань, пробудись сердечный мой друг,
Ты люб как жених мне, как верный супруг!!!»
И только слова она эти сказала,
Как гром прогремел, земля задрожала,
Молния огненные стрелы метала…
Упала без памяти купецкая дочь,
Не в силах, увиденное превозмочь.

Неведомо, сколько она пролежала,
Но, только очнувшись, себя увидала:
Сидит она, не по собственной воле,
Из камней драгоценных, на златистом престоле.
Обнимает ее принц молодой,
С царской короной на главе золотой.
На коленях перед ними великая свита.
Одета в парчу, что золотом шита.
Отец, с ее сестрами, рядом стоят,
На родную кровушку мило глядят.
На ее удивленье, принц отвечает,
Что был заколдован и кто его знает,
Как долго в образе чудища жить,
Безобразную внешность пришлось бы носить,
Если б она не смогла полюбить
Его за душевное к ней отношение,
Чары зловещие на нем от рожденья.
Злая волшебница, за отказ ей служить,
Решила родителей его погубить,
Чету королевскую - мать и отца.
Его, малолетнего, украла мальца,
В чудище страшное превратить пожелала,
Слова напоследок такие сказала:
«Жить в страшном виде тебе, безобразном,
Для каждой божьей твари боязно,
Пока не найдется, красна девица,
Которая замуж за тебя согласится.
Как только придет она на постой
И стать пожелает законной женой,
Заклятие покончится тогда над тобой,
Сатанинские силы отпустят тебя,
Человеческий образ снова даря».
Принц-королевич свой рассказ продолжал:
«От страшного вида тридцать лет я страдал,
Немало девиц в свой дворец залучал,
Но только одна ты, за душу мою,
Сказала мне вечное слово «люблю».
И я полюбил тебя всею душой,
Прошу тебя стать моею женой».
Верные слуги тому подивились,
Королю своему до земли поклонились.
Купец молодых, сей же час, благословил,
За стол венчальный детей усадил.
Свадьбу веселую пышно сыграли,
Застолья такого, еще не видали.
Любовь и согласие, молодым стал венец.
Жили так долго. Тут и сказки конец.

Стихи про Аленький цветочек | Стихи

Аленький цветочек. Ключникова Галина

О цветке она мечтала,
Пленницею в замке стала,
И на острове далёком
Было ей так одиноко.

Зверь ужасный с добрым сердцем
Распахнул к родным ей дверцу.
Сам же, от тоски жестокой,
Чуть не умер, одинокий.

К ночи дева возвратилась,
Страстно Господу молилась…
И разбились злые чары,
Вот такой судьбы подарок.

И царевич молодой
Предложил ей стать женой.
Вспыхнул счастья огонёчек
В сказке «Аленький цветочек».

---

Аленький цветочек. Алла Кемппи

Как-то раз мне сон приснился:
Ангел мне во сне явился.
Он мне сказку рассказал,
Мир прекрасный показал.

В мире том Любовь царила,
Светом каждого дарила,
Счастье души наполняло,
Чудо - Творчество рождало.

И в фантазии лучистой,
Лучезарной и искристой
Радуга своим свечением
Рисовала с восхищеньем!

Я хотела там остаться,
Чтобы в творчестве купаться,
Только Ангел мне сказал:
”Миг пока что не настал.

В этот мир Любви и Света
Скоро вся войдёт Планета.”
Он мне счастья пожелал
И такой наказ мне дал.

Пусть Душа твоя искрится,
Как прекрасная Жар-птица,
Свет, Надежду принесёт,
Всё недоброе сожжёт!!!

Мысли чистыми пусть будут
И несут добро повсюду.
Пусть распустится росточек
В сердце - Аленький цветочек.

Силу тот цветок имеет,
Он на Свете всё умеет:
И спасать, и исцелять,
Мир вокруг преображать.

Он с такими же цветками
Нежно шепчет лепестками.
Говорит им тот цветок:
”Cоздал наш язык сам Бог!

Кто его раскроет людям -
В счастье-радости пребудет
И наполнится здоровьем,
А зовут его - Любовью!!!”

---

Аленький цветочек. Арвачёва Любовь

Аленький цветочек, ах!
Трепетный росточек, ох,
Чудище в саду растил...
Чудо: царь - цветок хранил.

Алый мак! Краснее роз!
Счастье чудищу принёс.
Настя - добрая душа...
Эх, невеста хороша!!!

Свет в саду зовёт влечёт,
Цветику - большой почёт.
Пьёт искристый мак росу
Дарит дивную красу.

---

Аленький цветок. Батый Ирина

Жил да был один купец,
уважаемый вдовец.
Был он сказочно богат,
но казне своей не рад.
Он в казне не видел прока,
если сердцу одиноко.
Торговался всё ж до ночи
ради трёх красавиц дочек.
Их наряды на подбор -
шитый золотом узор.
Словно лебеди плывут,
разговор как нить ведут.
Старшие хотя бойчее,
младшая купцу милее.
Как то раз купец собрался
да и за море подался
за каким-то интересом:
за прибытком аль привесом.
Долго за морем он был,
наконец домой приплыл.
Дочерям привёз подарки.
Старшеньким - каменьев ярких.
Младшей, спрятав в узелок,
чудный ... Аленький цветок!

Стихотворение «Сказ окупце и аленьком цветочке», поэт Каменский Александр

по мотивам сказки ключницы Пелагеи

 

и Сказки

 

 Сергея Тимофеевича Аксакова

 

«Аленький цветочек»

 Александр Каменский

 

Еще будучи в Севастополе и работая в НПО Муссон в 1970-х годах мы создали кукольный театр, где первой нашей постановкой была сказка по Сергею Тимофеевичу Аксакову “Аленький цветочек. Декорации и куклы были закуплены в Одесском театре кукол, а остальное мы изобретали и делали сами. Я вспоминаю свои первые роли “лешего”, “чудища” и “принца”. Леший носился по лесу с шальными песнями, чудище (это был прекрасный костюмированный персонаж, а не кукла) было очень добрым, несмотря на свои ужасающие размеры и вид, а принц пел в финале песню Александра Дольского “Аленушка”. Спектакль пользовался огромным успехом у представителей всех поколений. Еще тогда у меня зародилась мысль написать эту сказку в стихах. И уже будучи в Ташкенте, через 30 лет, после поездки по Российскому Заполярью, я реализовал свою давнюю мечту, написав эту сказку в стихах. Около года сказка лежала без дела в столе, откуда я периодически ее доставал и правил. И тут судьба сделала мне подарок в виде интересного художника и замечательного сказочника и человека -Александра Андреевича Батыкова. Книгу издать не удалось по финансовым причинам.А вот слайд-фильм получился довольно интересный.Александр Андреевич сделал около 40 иллюстраций, а я подобрал славянскую музыку и начитал сказку в ролях.

 

В неком царстве-государстве

Жил да был один купец - дочерям троим отец.

Больше всех любил меньшую.

Был он вдов, – то бишь, вдовец.

 

Был богат, казны не мерил.

Было всякого добра:

Жемчугов и самоцветов, -

Золота и серебра.

 

Кожа, воск, пенька, пушнина,

Мед, пшеница, солонина.

Корабельный лес отличный

Для торговли заграничной.

 

А еще мануфактура,

Ювелирна гарнитура,

Пряники медовые,

Балыки пудовые;

 

Славны тульски самовары.

Тары-бары-растабары:

Для торговли ширь нужна,

Тут мала одна страна.

 

Срок пришел, купец собрался

Далеко, за край земли.

В дальни царства-государства

Снаряжает корабли.

 

И, прощаясь с дочерями,

Говорит: «Чего для Вас,

Распрекрасные девицы,

Привезти на этот раз?»

 

Говорит тут дочь старшая:

«Ты мне, батюшка-отец,

Привези с далёка края

Самоцветный злат-венец».

 

Средня дочь ему вещает

То, о чём она мечтает:

«Чудо зеркальце-хрусталь,

Привези мне государь».

 

«Настенька, тебе, меньшая,

Что везти с далёка края?

Что? Каких подарков чудных?

Аль колечек изумрудных?»

 

«Ах, родимый мой отец, -

Мне не нужен злат венец.

Не вези подарков чудных

И колечек изумрудных.

 

Ты найди в стране восточной,

Дивный Аленький цветочек.

Краше в целом свете нет», -

Молвит Настенька в ответ.

 

«Вот задача, так задача,

Трудно будет разрешить.

Постараюсь, не иначе,

Тот цветок тебе добыть».

 

Ветер паруса ласкает,

Дальний путь под киль бежит,

А купец плывёт, не знает,

Что судьба ему сулит.

 

По чужим заморским странам,

Королевствам, городам,

Продаёт товар немалый,

Покупает с толком сам.

 

Вот венец есть самоцветный,

Зеркальце хрустальное,

Не нашел цветок заветный,

Хоть искал отчаянно.

 

И никто того не знает:

Есть ли? Где он, тот цветок?

Вновь судьба его кидает:

Запад, север, юг, восток…

 

Синева морей глубоких,

Зной пустыни, дикость гор…

Рок судьбы, порой, жестокий, -

Вот о том и разговор.

 

Но однажды средь пустыни

Был захвачен караван.

Повезло купцу. И смерти

Он лишь чудом избежал.

 

Шёл зыбучими песками,

По нехоженым путям.

Шёл он тёмными ночами

И со счёту сбился дням.

Вдруг за дальнею горою

Увидал он яркий свет.

Постоял, махнул рукою:

На семь бед – один ответ.

 

Через горы, лес дремучий,

По болотам и пескам,

По ущельям, через кручи,

По корягам и корням

 

К цели наш купец шагает:

Ни присесть, ни отдохнуть.

Свет далекий озаряет

Перед ним лежащий путь,

 

На поляну он выходит, -

Золотой дворец стоит.

Весь в каменьях самоцветных,

Ярким солнышком горит.

 

В окнах музыка играет,

А в саду фонтаны бьют,

Всё цветет, благоухает,

Роскошь, щедрость и уют.

 

Ни души кругом не видно,

Ни прислуги, ни господ.

Но купцу до слёз обидно:

Око видит – зуб неймёт.

 

«Голод, он того… не тетка, -

Лишь подумал, - волшебство-о!»

Стол накрыт! Да все в охотку -

Разносолов торжество!

 

Как поел – душа запела, -

Сразу музыка играть!

А, уставши, пожелал он

Отдохнуть. И вмиг - кровать

 

Перед ним стоит резная, -

С серебряной бахромой.

И перина пуховая,

С жемчуговой кисеёй.

 

Лёг купец в пуха лебяжьи,

И ему приснился сон:

Дочки старшие в разлуке

Позабыли уж о нём.

 

Без его благословенья

Женихам дают ответ, -

Норовят без промедленья

Выйти замуж, - Настя нет!

 

О замужестве не чает,

Ждёт отца и видит Бог,

Встречи и купец желает,

Но вот Бог, а вот – порог

 

 

Между разными Мирами.

Как вернуться в отчий край –

Повстречаться с дочерями?

И к чему весь этот рай?

 

Вековать и вить кручину

В дивной роскоши дворца?

Не по сану, не по чину,

Не с руки и не с лица».

 

Что поделаешь! Умылся.

Стол накрыт, к себе зовёт.

Он, конечно, подкрепился

И гулять во сад идёт.

 

Малахитовы ступени

Прямо в дивный сад ведут, -

Птицы, музыка играет

И ключи хрустальны бьют.

 

Много, мало ли ходил он, -

Сказка ведает пути, -

И на счастье, на беду ли:

Удалось цветок найти!

 

На пригорке, на зеленом,

Ни сказать, ни описать.

Словно солнцем озарённый, -

Цветик аленький: «Сорвать!

 

Вот цветок, что краше нету!

Тот, который хочет дочь,

Что искал по белу свету.

Видно Бог решил помочь!»

 

И сорвал! В сию минуту

Гром и молнии с небес.

Кто тебя, купец попутал?

Зверь неведомый иль бес?

 

С под земли, а то ль с небес,

Страшно чудище мохнато,

Зверь лесной или морской,

Диким голосом раскатным:

«Как ты смел, купец? Постой!

 

Принял я тебя, как гостя.

Эдак, платишь за добро!

Знай же, будет на погосте

Нечисть грызть твоё нутро!»

 

Зарычала, завопила

Круговерть нечистых сил,

Ноги, руки заломила,

Так, что свет ему не мил.

 

«Кто ты, господин? Не знаю:

Зверь лесной или морской…

Об одном лишь умоляю,

Слово мне сказать дозволь:

 

Дочерей троих имею,

Все пригожи, хороши.

Обещал я им подарки,

Всё по сердцу, от души.

 

А для Настеньки, любимой,

Обещал – объеду свет,

Аленький найду цветочек,

И нашёл..., да, видно, - нет.

 

Ты прости великодушно,

Зла я не таил, поверь.

Заплачу тебе коль нужно.

Вижу, ты душой не зверь».

 

Раздался по лесу хохот:

«Мне не надобно казны!

Для тебя одно спасенье

В отпущении вины:

 

Путь домой тебе открою

И цветочек подарю,

Награжу тебя казною,

Коль исполнишь ты мою -

 

Волю, слово, дав честное,

С записью руки твоей,

Что взамен себя пришлёшь ты

Мне одну из дочерей.

 

Зла я ей чинить не стану

Будет в холе и чести,

И добро не позабуду,

Коль сама решит пойти.

 

По своей, по доброй воле,

Пусть она ко мне придёт.

Коли «нет» - тебе неволя.

Там и Смерть тебя найдёт.

 

«До тебя мне не добраться, -

Не упомнил я пути»…

«Здесь не надо утруждаться, -

Вот он перстень - и лети.

 

Если только пожелаешь, -

Возвернуться к дочерям,

На мизинец надеваешь, -

Загадай, - и будешь там.

 

Срок на это полагаю

Я тебе всего три дня.

Там решите, кто вернётся

В день ответный до меня».

 

Наш купец на всё согласный.

Вздел на палец перстенёк,

И взлетел, как сокол ясный.

Путь ни близок, ни далёк.

 

Прилетел и оказался,

На родимой стороне

Светлоокой, синеокой,

Отчей, праведной земле.

 

Все, как прежде: у причалов

Всей артели корабли

Возвернулись. Всё сначала, -

Хоть опять за край земли.

 

Приумножились казною,

И подарками родне,

Только нет купцу покою,

Дума тяжка на уме...

 

Старшей дочери, родимой

Дарит дивный злат венец,

И о чудище заморском

Признается ей отец.

 

Дочь подарок принимает

И отца благодарит, -

К зверю ехать не желает,

О другом душа болит.

 

Средней - зеркало в подарок.

Та, отца благодаря, -

Посмотрелась и сказала:

«Чудище не для меня!»

 

Настеньки черёд. Цветочек

Преподносит ей отец, -

Сам с лица темнее ночи:

«Это, дочка, не конец».

 

Рассказал, как дело было,

Где цветочек он достал.

Как судьба распорядила,

Что тот зверь ему сказал.

 

 

Дочь в ответ: «Отец родимый, -

Ты меня благослови.

Я была тебе любимой,

И поеду из любви.

 

Надо всеми Божья воля!

Вы не плачьте по живой.

Выпала такая доля, -

Что ж, приму ее с мольбой».

 

Сладко сердце замирает

У печального купца, -

Дочка жизнь отдать желает

За любимого отца!

 

Разве есть награда выше,

Чтобы так, на склоне лет,

Понадеявшись, услышать

От любимицы ответ!

 

«Не бывать тому, - ответил

Наш купец, - поеду сам.

Снявши голову, не плачут,

По кудрявым волосам».

 

Третий день ушел зарею, -

Расставания пора.

Вот купца артель с роднею

Провожает со двора.

Настя тут же исхитрилась:

Перстень вырвала из рук, -

И снежинкой растворилась

На глазах своих подруг.

 

Много времени, иль мало

Пролетело, суть не в том…

Вот девица очутилась

В дивном царствии лесном.

 

Все, - как батюшка пророчил, -

Роскошь, благость и уют.

Все, чего душа захочет,

Тут же ей и подают.

 

Золоченые палаты,

Сундуки полны добра.

С ней цветок ее заветный

В кувшине из серебра.

 

Вот она цветочек алый

В руки белые берет, -

На пригорочек, на малый

Осторожненько кладёт.

 

И цветочек оживился,

Встрепенулся, заиграл,

Силой новою налился,

Краше прежнего он стал.

 

Поражает чудесами

Эта дивная страна,

Только грустно временами:

«Всё одна, одна, одна…

 

Старое оно не ново,

Заедает грусть-тоска.

Если б кто сказал хоть слово, -

Стала б жизнь моя легка.

 

Душу некому поведать, -

Словно птица под замком!

Друг мне нужен для беседы,

Вот мечтаю я о ком».

 

Зверь молчит, да сам боится,

Насмерть испугать девицу,

Но нельзя же без конца,

Чтоб не вымолвить словца!

 

Согласился. И в пол силы,

Из чащобы, из лесной,

Голос словно из могилы:

Сиплый, страшный, громовой:

 

«Настенька, ты слез не лей!

Я не изверг, не злодей.

Испугать тебя боялся, -

Потому не объявлялся».

Хоть и страшно, но для виду -

Волю всю, собрав в кулак,

Потихоньку, без обиды,

Настя отвечает так:

 

«Непривычен голос твой.

Испугалась я, но все же

Совладаю я с собой:

Друга мне иметь дороже,

Чем навеки быть одной».

 

С той поры у них беседы

Беззаботно потекли,

А про что, никто не ведал.

Проходили ночи, дни…

 

Много времени, иль мало

Утекло в века с тех пор, -

Вот опять ей грустно стало,

Затевает разговор:

 

«Ты пойми печаль мою,

Что в себе сейчас таю.

Покажи мне облик свой

И лицо своё открой.

 

Коль ты стар, то внучкой буду.

Средних лет – так буду дочь.

Молод ты – сестрою верной

Быть тебе, мой друг, не прочь».

 

Долго он не соглашался

Образ страшный открывать,

Тихим вечером решился.

Чему быть - не миновать!

 

«Что ж смотри, сама просила.

Вот он я, твой друг лесной»…

С криком чувств она лишилась,

Страшный лик узрев такой.

 

Зверь сидит над ней, страдает,

А кувшинки на реке

Волны тихие качают,

Птицы плачут вдалеке.

 

Тут она сама очнулась,

Через силу улыбнулась,

А глаза – не видно дна -

Даль безбрежная видна!

 

Вновь пошли у них беседы,

День сменялся новым днём.

Но однажды сон поведал

Ей о батюшке родном:

 

Что лежит отец родимый

Нездоровый и в тоске,

С тяжкой думою о дочке,

Словно рыба на песке.

 

Как тут было не заметить

Грусть и скрытую печаль…

«Что ж езжай, - он ей ответил, -

В свой родимый, дальний край.

 

Перстень вот, а здесь подарки,

Но ещё тебе скажу,

Коль в три дня не обернёшься,

Я себя не пощажу.

 

Без тебя мне жизнь не в радость.

Без тебя мне свет не мил.

Не снесу я эту тягость,

Я с тобой лишь счастлив был».

 

Грустным было то прощанье.

С молчаливым обещаньем

Настя перстенек взяла,

В небе тая, уплыла.

 

Вот и отчий дом любимый, -

Суматоха, суета,

Вот он - батюшка родимый,

Милый край и красота.

 

Миловались, целовались,

Поделились про житьё.

Каково ему живется?

Как там чудище её?

 

Первый день, второй проходит,

Вот и третий настаёт.

Сёстры стрелки переводят

На часах. Беда грядёт.

 

Солнце красно на закате

Обагрило небосвод.

И залило, словно кровью

Гладь вечерних тихих вод.

 

Настя места не находит!

Чует сердце – быть беде!

Быстро перстень надевает,

Не простившись, улетает.

 

«Я спешу к тебе любимый

Через реки и моря!»

Вот он лес непроходимый,

Вот знакомая земля...

 

Но никто её встретил.

Мертва тишина кругом.

На зелёном, на пригорке

Цветик не горит огнем

 

Птицы смолкли, травы сникли

И дубрава не шумит,

Верный друг ее, безмолвный

Подле цветика лежит.

 

«Что с тобою, друг сердечный?

Пробудись, открой глаза!

Не такой ждала я встречи!»

Но, видать, пришла гроза.

 

Помутились, ясны очи,

Белый свет вокруг померк, -

«Ты очнись, мой друг сердечный,

Мой любимый человек!

 

Мой жених, родной, желанный,

Добрый мой и долгожданный, -

Я желаю всей душой,

Быть навек всегда с тобой!»

 

Только вымолвила слово,

Гром и молнии…. Стрела

Наземь из небес упала.

И лишилась чувств она.

 

Долго ль так она лежала?

Сказка счету не ведёт.

А, очнувшись, увидала.

Принц навстречу к ней идёт.

 

Молодой, красавец славный,

В одеяньях златотканых.

Ласково в глаза глядит

И с любовью говорит:

 

«Вот и кончилось проклятье -

Злой колдуньи торжество!

Снова я такой, как прежде, -

Прекратилось волшебство.

 

Коль прекрасная девица, -

Несмотря на облик мой, -

Непременно согласится

Стать мне верною женой, -

 

Злые чары распадутся!

И, сегодня, друг ты мой,

Перед Богом объявляю

Я тебя своей женой!»

 

Понеслись во все концы

Быстроногие гонцы!

Всему миру объявляют,

Что на праздник приглашают.

 

И со всех сторон земли

Приходили корабли.

Гости знатные, купцы,

Короли и молодцы.

 

Сестры, батюшка с артелью,

Скоморохи для веселья

Музыканты и певцы,

Стихотворцы и писцы.

 

Принц с принцессой за столом,

Пир горой идёт кругом,

Знатный и простой народ –

Всем и место, и почёт.

 

Свадьбу славную сыграли,

Я там был, мёд-пиво пил,

Только в рот не попадало,

Лишь усы я замочил.

 

Ну а сказке здесь конец,

Кто услышал – молодец.

 

 

2006 год

Сказка Аленький Цветочек - Сергей Аксаков, читать онлайн

Время чтения: 50 мин.

В некиим царстве, в некиим государстве жил-был богатый купец, именитый человек.

Много у него было всякого богатства, дорогих товаров заморских, жемчуга, драгоценных камениев, золотой и серебряной казны; и было у того купца три дочери, все три красавицы писаные, а меньшая лучше всех; и любил он дочерей своих больше всего своего богатства, жемчугов, драгоценных камениев, золотой и серебряной казны-по той причине, что он был вдовец, и любить ему было некого; любил он старших дочерей, а меньшую дочь любил больше, потому что она была собой лучше всех и к нему ласковее.

Вот и собирается тот купец по своим торговым делам за море, за тридевять земель, в тридевятое царство, в тридесятое государство, и говорит он своим любезным дочерям:

- Дочери мои милые, дочери мои хорошие, дочери мои пригожие, еду я по своим купецким делам за тридевять земель, в тридевятое царство, тридесятое государство, и мало ли, много ли времени проезжу - не ведаю, и наказываю я вам жить без меня честно и смирно, и коли вы будете жить без меня честно и смирно, то привезу вам такие гостинцы, каких вы сами захотите, и даю я вам сроку думать на три дня, и тогда вы мне скажете, каких гостинцев вам хочется.

Думали они три дня и три ночи, и пришли к своему родителю, и стал он их спрашивать, каких гостинцев желают. Старшая дочь поклонилась отцу в ноги, да и говорит ему первая:

- Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне золотой и серебряной парчи, ни мехов чёрного соболя, ни жемчуга бурмицкого, а привези ты мне золотой венец из камениев самоцветных, и чтоб был от них такой свет, как от месяца полного, как от солнца красного, и чтоб было от него светло в тёмную ночь, как среди дня белого.

Честной купец призадумался и сказал потом:

- Хорошо, дочь моя милая, хорошая и пригожая, привезу я тебе таковой венец; знаю за морем такого человека, который достанет мне таковой венец; а и есть он у одной королевишны заморской, а и спрятан он в кладовой каменной, а и стоит та кладовая в каменной горе, глубиной на три сажени, за тремя дверьми железными, за тремя замками немецкими. Работа будет немалая: да для моей казны супротивного нет.

Поклонилась ему в ноги дочь середняя и говорит:

- Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне золотой и серебряной парчи, ни чёрных мехов соболя сибирского, ни ожерелья жемчуга бурмицкого, ни золота венца самоцветного, а привези ты мне тувалет из хрусталю восточного, цельного, беспорочного, чтобы, глядя в него, видела я всю красоту поднебесную и чтоб, смотрясь в него, я не старилась и красота б моя девичья прибавлялася.

Призадумался честной купец и, подумав мало ли, много ли времени, говорит ей таковые слова:

- Хорошо, дочь моя милая, хорошая и пригожая, достану я тебе таковой хрустальный тувалет; а и есть он у дочери короля персидского, молодой королевишны, красоты несказанной, неописанной и негаданной; и схоронен тот тувалет в терему каменном, высоком, и стоит он на горе каменной, вышина той горы в триста сажен, за семью дверьми железными, за семью замками немецкими, и ведут к тому терему ступеней три тысячи, и на каждой ступени стоит по воину персидскому и день и ночь, с саблею наголо булатною, и ключи от тех дверей железных носит королевишна на поясе. Знаю я за морем такого человека, и достанет он мне таковой тувалет. Потяжелее твоя работа сестриной, да для моей казны супротивного нет.

Поклонилась в ноги отцу меньшая дочь и говорит таково слово:

- Государь ты мой батюшка родимый! Не вози ты мне золотой и серебряной парчи, ни чёрных соболей сибирских, ни ожерелья бурмицкого, ни венца самоцветного, ни тувалета хрустального, а привези ты мне аленький цветочек, которого бы не было краше на белом свете.

Призадумался честной купец крепче прежнего. Мало ли, много ли времени он думал, доподлинно сказать не могу; надумавшись, он целует, ласкает, приголубливает свою меньшую дочь, любимую, и говорит таковые слова:

- Ну, задала ты мне работу потяжеле сестриных; коли знаешь, что искать, то как не сыскать, а как найти то, чего сам не знаешь? Аленький цветочек не хитро найти, да как же узнать мне, что краше его нет на белом свете? Буду стараться, а на гостинце не взыщи.

И отпустил он дочерей своих, хороших, пригожих, в их терема девичьи. Стал он собираться в путь, в дороженьку, в дальние края заморские. Долго ли, много ли он собирался, я не знаю и не ведаю: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Поехал он в путь, в дороженьку.

Вот ездит честной купец по чужим сторонам заморским, по королевствам невиданным; продаёт он свои товары втридорога, покупает чужие втридешева; он меняет товар на товар и того сходней, со придачею серебра да золота; золотой казной корабли нагружает да домой посылает. Отыскал он заветный гостинец для своей старшей дочери: венец с камнями самоцветными, а от них светло в тёмную ночь, как бы в белый день. Отыскал заветный гостинец и для своей средней дочери: тувалет хрустальный, а в нём видна вся красота поднебесная, и, смотрясь в него, девичья красота не стареется, а прибавляется. Не может он только найти заветного гостинца для меньшой, любимой дочери - аленького цветочка, краше которого не было бы на белом свете.

Находил он во садах царских, королевских и султановых много аленьких цветочков такой красоты, что ни в сказке сказать, ни пером написать; да никто ему поруки не даёт, что краше того цветка нет на белом свете; да и сам он того не думает. Вот едет он путём-дорогою со своими слугами верными по пескам сыпучим, по лесам дремучим, и, откуда ни возьмись, налетели на него разбойники, бусурманские, турецкие да индейские, и, увидя беду неминучую, бросает честной купец свои караваны богатые со прислугою своей верною и бежит в тёмные леса. "Пусть-де меня растерзают звери лютые, чем попасться мне в руки разбойничьи, поганые и доживать свой век в плену, во неволе".

Бродит он по тому лесу дремучему, непроездному, непроходному, и что дальше идёт, то дорога лучше становится, словно деревья перед ним расступаются, а часты кусты раздвигаются. Смотрит назад - руки не просунуть, смотрит направо - пни да колоды, зайцу косому не проскочить, смотрит налево - а и хуже того. Дивуется честной купец, думает не придумает, что с ним за чудо совершается, а сам всё идёт да идёт: у него под ногами дорога торная. Идёт он день от утра до вечера, не слышит он рёву звериного, ни шипения змеиного, ни крику совиного, ни голоса птичьего: ровно около него всё повымерло. Вот пришла и тёмная ночь; кругом его хоть глаз выколи, а у него под ногами светлёхонько. Вот идёт он, почитай, до полуночи и стал видеть впереди будто зарево, и подумал он: "Видно, лес горит, так зачем же мне туда идти на верную смерть, неминучую?"

Поворотил он назад-нельзя идти; направо, налево-нельзя идти; сунулся вперёд-дорога торная. "Дай постою на одном месте - может, зарево пойдёт в другую сторону, аль прочь от меня, аль потухнет совсем".

Вот и стал он, дожидается; да не тут-то было: зарево точно к нему навстречу идёт, и как будто около него светлее становится; думал он, думал и порешил идти вперёд. Двух смертей не бывать, а одной не миновать. Перекрестился купец и пошёл вперёд. Чем дальше идёт, тем светлее становится, и стало, почитай, как белый день, а не слышно шуму и треску пожарного. Выходит он под конец на поляну широкую, и посередь той поляны широкой стоит дом не дом, чертог не чертог, а дворец королевский или царский, весь в огне, в серебре и золоте и в каменьях самоцветных, весь горит и светит, а огня не видать; ровно солнышко красное, индо тяжело на него глазам смотреть. Все окошки во дворце растворены, и играет в нём музыка согласная, какой никогда он не слыхивал.

Входит он на широкий двор, в ворота широкие, растворенные; дорога пошла из белого мрамора, а по сторонам бьют фонтаны воды, высокие, большие и малые. Входит он во дворец по лестнице, устланной кармазинным сукном, со перилами позолоченными; вошёл в горницу - нет никого; в другую, в третью - нет никого; в пятую, десятую-нет никого; а убранство везде царское, неслыханное и невиданное: золото, серебро, хрустали восточные, кость слоновая и мамонтовая.

Дивится честной купец такому богатству несказанному, а вдвое того, что хозяина нет; не только хозяина, и прислуги нет; а музыка играет не смолкаючи; и подумал он в те поры про себя: "Всё хорошо, да есть нечего", - и вырос перед ним стол, убранный-разубранный: в посуде золотой да серебряной яства стоят сахарные, и вина заморские, и питья медвяные. Сел он за стол без сумления: напился, наелся досыта, потому что не ел сутки целые; кушанье такое, что и сказать нельзя-того и гляди, что язык проглотишь, а он, по лесам и пескам ходючи, крепко проголодался; встал он из-за стола, а поклониться некому и сказать спасибо за хлеб за соль некому. Не успел он встать да оглянуться, а стола с кушаньем как не бывало, а музыка играет не умолкаючи.

Дивуется честной купец такому чуду чудному и такому диву дивному, и ходит он по палатам изукрашенным да любуется, а сам думает: "Хорошо бы теперь соснуть да всхрапнуть", - и видит, стоит перед ним кровать резная, из чистого золота, на ножках хрустальных, с пологом серебряным, с бахромою и кистями жемчужными; пуховик на ней, как гора, лежит, пуху мягкого, лебяжьего.

Дивится купец такому чуду новому, новому и чудному; ложится он на высокую кровать, задёргивает полог серебряный и видит, что он тонок и мягок, будто шёлковый. Стало в палате темно, ровно в сумерки, и музыка играет будто издали, и подумал он: "Ах, кабы мне дочерей хоть во сне увидать!"-и заснул в ту же минуточку.

Просыпается купец, а солнце уже взошло выше дерева стоячего. Проснулся купец, а вдруг опомниться не может: всю ночь видел он во сне дочерей своих любезных, хороших и пригожих, и видел он дочерей своих старших: старшую и середнюю, что они веселым-веселёхоньки, а печальна одна дочь меньшая, любимая; что у старшей и середней дочери есть женихи богатые и что собираются они выйти замуж, не дождавшись его благословения отцовского; меньшая же дочь, любимая, красавица писаная, о женихах и слышать не хочет, покуда не воротится её родимый батюшка. И стало у него на душе и радостно и нерадостно.

Встал он со кровати высокой, платье ему всё приготовлено, и фонтан воды бьёт в чашу хрустальную; он одевается, умывается и уж новому чуду не дивуется: чай и кофей на столе стоят, и при них закуска сахарная. Помолившись богу, он накушался и стал он опять по палатам ходить, чтоб опять на них полюбоваться при свете солнышка красного. Всё показалось ему лучше вчерашнего. Вот видит он в окна растворенные, что кругом дворца разведены сады диковинные, плодовитые, и цветы цветут красоты неописанной. Захотелось ему по тем садам прогулятися.

Сходит он по другой лестнице, из мрамора зелёного, из малахита медного, с перилами позолоченными, сходит прямо в зелены сады. Гуляет он и любуется: на деревьях висят плоды спелые, румяные, сами в рот так и просятся; индо, глядя на них, слюнки текут; цветы цветут распрекрасные, махровые, пахучие, всякими красками расписанные, птицы летают невиданные: словно по бархату зелёному и пунцовому золотом и серебром выложенные, песни поют райские; фонтаны воды бьют высокие, индо глядеть на их вышину - голова запрокидывается; и бегут и шумят ключи родниковые по колодам хрустальным.

Ходит честной купец, дивуется; на все такие диковинки глаза у него разбежалися, и не знает он, на что смотреть и кого слушать. Ходил он так много ли, мало ли времени - неведомо: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. И вдруг видит он, на пригорочке зелёном цветёт цветок цвету алого, красоты невиданной и неслыханной, что ни в сказке сказать, ни пером написать. У честного купца дух занимается, подходит он ко тому цветку; запах от цветка по всему саду ровно струя бежит; затряслись и руки и ноги у купца, и возговорил он голосом радостным:

- Вот аленький цветочек, какого нет краше на белом свете, о каком просила меня дочь меньшая, любимая.

И, проговорив таковы слова, он подошёл и сорвал аленький цветочек. В ту же минуту, безо всяких туч, блеснула молния и ударил гром, индо земля зашаталась под ногами-и вырос, как будто из-под земли, перед купцом: зверь не зверь, человек не человек, а так какое-то чудище, страшное и мохнатое, и заревел он голосом диким:

- Что ты сделал? Как ты посмел сорвать в моём саду мой заповедный, любимый цветок? Я хранил его паче зеницы ока моего и всякий день утешался, на него глядючи, а ты лишил меня всей утехи в моей жизни. Я хозяин дворца и сада, я принял тебя, как дорогого гостя и званого, накормил, напоил и спать уложил, а ты эдак-то заплатил за моё добро? Знай же свою участь горькую: умереть тебе за свою вину смертью безвременною!..

И несчётное число голосов диких со всех сторон завопило:

- Умереть тебе смертью безвременною!

У честного купца от страха зуб на зуб не приходил; он оглянулся кругом и видит, что со всех сторон, из-под каждого дерева и кустика, из воды, из земли лезет к нему сила нечистая и несметная, всё страшилища безобразные.

Он упал на колени перед наибольшим хозяином, чудищем мохнатым, и возговорил голосом жалобным:

- Ох ты, господин честной, зверь лесной, чудо морское: как величать тебя -- не знаю, не ведаю! Не погуби ты души моей христианской за мою дерзость безвинную, не прикажи меня рубить и казнить, прикажи слово вымолвить. А есть у меня три дочери, три дочери-красавицы, хорошие и пригожие; обещал я им по гостинцу привезти: старшей дочери - самоцветный венец, средней дочери - тувалет хрустальный, а меньшой дочери - аленький цветочек, какого бы не было краше на белом свете. Старшим дочерям гостинцы я сыскал, а меньшой дочери гостинца отыскать не мог; увидал я такой гостинец у тебя в саду - аленький цветочек, какого краше нет на белом свете, и подумал я, что такому хозяину богатому-богатому, славному и могучему не будет жалко цветочка аленького, о каком просила моя меньшая дочь, любимая. Каюсь я в своей вине перед твоим величеством. Ты прости мне, неразумному и глупому, отпусти меня к моим дочерям родимым и подари мне цветочек аленький для гостинца моей меньшой, любимой дочери. Заплачу я тебе казны золотой, что потребуешь.

Раздался по лесу хохот, словно гром загремел, и говорит купцу зверь лесной, чудо морское:

- Не надо мне твоей золотой казны: мне своей девать некуда. Нет тебе от меня никакой милости, и разорвут тебя мои слуги верные на куски, на части мелкие. Есть одно для тебя спасенье. Я отпущу тебя домой невредимого, награжу казной несчётною, подарю цветочек аленький, коли дашь ты мне слово честное купецкое и запись своей руки, что пришлёшь заместо себя одну из дочерей своих, хороших, пригожих; я обиды ей никакой не сделаю, а и будет она жить у меня в чести и приволье, как сам ты жил во дворце моём. Стало скучно мне жить одному, и хочу я залучить себе товарища.

Так и пал купец на сыру землю, горючими слезами обливается; а и взглянет он на зверя лесного, на чудо морское, а и вспомнит он своих дочерей, хороших, пригожих, а и пуще того завопит истошным голосом: больно страшен был лесной зверь, чудо морское.

Много времени честной купец убивается и слезами обливается, и возговорит он голосом жалобным:

- Господин честной, зверь лесной, чудо морское! А и как мне быть, коли дочери мои, хорошие и пригожие, по своей воле не захотят ехать к тебе? Не связать же мне им руки и ноги да насильно прислать? Да и каким путём до тебя доехать? Я ехал к тебе ровно два года, а по каким местам, по каким путям, я не ведаю.

Возговорит купцу зверь лесной, чудо морское:

- Не хочу я невольницы, пусть приедет твоя дочь сюда по любви к тебе, своей волею и хотением; а коли дочери твои не поедут по своей воле и хотению, то сам приезжай, и велю я казнить тебя смертью лютою. А как приехать ко мне - не твоя беда; дам я тебе перстень с руки моей: кто наденет его на правый мизинец, тот очутится там, где пожелает, во единое ока мгновение. Сроку тебе даю дома пробыть три дня и три ночи.

Думал, думал купец думу крепкую и придумал так: "Лучше мне с дочерьми повидаться, дать им своё родительское благословение, и коли они избавить меня от смерти не захотят, то приготовиться к смерти по долгу христианскому и воротиться к лесному зверю, чуду морскому". Фальши у него на уме не было, а потому он рассказал, что у него было на мыслях. Зверь лесной, чудо морское, и без того их знал; видя его правду, он и записи с него заручной не взял, а снял с своей руки золотой перстень и подал его честному купцу.

И только честной купец успел надеть его на правый мизинец, как очутился он в воротах своего широкого двора; в ту пору в те же ворота въезжали его караваны богатые с прислугою верною, и привезли они казны и товаров втрое противу прежнего. Поднялся в доме шум и гвалт, повскакали дочери из-за пялец своих, а вышивали они серебром и золотом ширинки шелковые; почали они отца целовать, миловать и разными ласковыми именами называть, и две старшие сестры лебезят пуще меньшой сестры. Видят они, что отец как-то нерадостен и что есть у него на сердце печаль потаённая. Стали старшие дочери его допрашивать, не потерял ли он своего богатства великого; меньшая же дочь о богатстве не думает, и говорит она своему родителю:

- Мне богатства твои не надобны; богатство - дело наживное, а открой ты мне своё горе сердешное.

И возговорит тогда честной купец своим дочерям родимым, хорошим и пригожим:

- Не потерял я своего богатства великого, а нажил казны втрое-вчетверо; а есть у меня другая печаль, и скажу вам об ней завтрашний день, а сегодня будем веселитися.

Приказал он принести сундуки дорожные, железом окованные; доставал он старшей дочери золотой венец, золота аравийского, на огне не горит, в воде не ржавеет, со камнями самоцветными; достаёт гостинец середней дочери, тувалет хрусталю восточного; достаёт гостинец меньшой дочери, золотой кувшин с цветочком аленьким.

Старшие дочери от радости рехнулися, унесли свои гостинцы в терема высокие и там, на просторе, ими досыта потешалися. Только дочь меньшая, любимая, увидав цветочек аленький, затряслась вся и заплакала, точно в сердце её что ужалило.

Как возговорит к ней отец таковы речи:

- Что же, дочь моя милая, любимая, не берёшь ты своего цветка желанного? Краше его нет на белом свете!

Взяла дочь меньшая цветочек аленький ровно нехотя, целует руки отцовы, а сама плачет горючими слезами. Скоро прибежали дочери старшие, попытали они гостинцы отцовские и не могут опомниться от радости. Тогда сели все они за столы дубовые, за скатерти браные, за яства сахарные, за питья медвяные; стали есть, пить, прохлаждаться, ласковыми речами утешаться.

Ввечеру гости понаехали, и стал дом у купца полнёхонек дорогих гостей, сродников, угодников, прихлебателей. До полуночи беседа продолжалася, и таков был вечерний пир, какого честной купец у себя в дому не видывал, и откуда что бралось, не мог догадаться он, да и все тому дивовалися: и посуды золотой-серебряной и кушаний диковинных, каких никогда в дому не видывали.

Заутра позвал к себе купец старшую дочь, рассказал ей всё, что с ним приключилося, всё от слова до слова, и спросил, хочет ли она избавить его от смерти лютой и поехать жить к зверю лесному, к чуду морскому.

Старшая дочь наотрез отказалася и говорит:

- Пусть та дочь и выручает отца, для кого он доставал аленький цветочек.

Позвал честной купец к себе другую дочь, середнюю, рассказал ей всё, что с ним приключилося, всё от слова до слова, и спросил: хочет ли она избавить его от смерти лютой и поехать жить к зверю лесному, чуду морскому.

Середняя дочь наотрез отказалася и говорит:

- Пусть та дочь и выручает отца, для кого он доставал аленький цветочек.

Позвал честной купец меньшую дочь и стал ей всё рассказывать, всё от слова до слова, и не успел кончить речи своей, как стала перед ним на колени дочь меньшая, любимая, и сказала:

- Благослови меня, государь мой батюшка родимый: я поеду к зверю лесному, чуду морскому, и стану жить у него. Для меня достал ты аленький цветочек, мне и надо выручить тебя.

Залился слезами честной купец, обнял он свою меньшую дочь, любимую, и говорит ей таковые слова:

- Дочь моя милая, хорошая, пригожая, меньшая и любимая! Да будет над тобою моё благословение родительское, что выручаешь ты своего отца от смерти лютой и по доброй воле своей и хотению идёшь на житьё противное к страшному зверю лесному, чуду морскому. Будешь жить ты у него во дворце, в богатстве и приволье великом; да где тот дворец - никто не знает, не ведает, и нет к нему дороги ни конному, ни пешему, ни зверю прыскучему, ни птице перелётной. Не будет нам от тебя ни слуха, ни весточки, а тебе об нас и подавно. И как мне доживать мой горький век, лица твоего не видаючи, ласковых речей твоих не слыхаючи? Расстаюсь я с тобою на веки вечные, ровно тебя живую в землю хороню.

И возговорит отцу дочь меньшая, любимая:

- Не плачь, не тоскуй, государь мой батюшка родимый: житьё моё будет богатое, привольное; зверя лесного, чуда морского, я не испугаюся, буду служить ему верою и правдою, исполнять его волю господскую, а может, он надо мной и сжалится. Не оплакивай ты меня живую, словно мёртвую: может, бог даст, я и вернусь к тебе.

Плачет, рыдает честной купец, таковыми речами не утешается.

Прибегают сестры старшие, большая и середняя, подняли плач по всему дому: вишь, больно им жалко меньшой сестры, любимой; а меньшая сестра и виду печального не кажет, не плачет, не охает и в дальний путь неведомый собирается. И берёт с собою цветочек аленький во кувшине позолоченном

.Прошёл третий день и третья ночь, пришла пора расставаться честному купцу, расставаться с дочерью меньшою, любимою; он целует, милует её, горючими слезами обливает и кладёт на неё крестное благословение своё родительское. Вынимает он перстень зверя лесного, чуда морского из ларца кованого, надевает перстень на правый мизинец меньшой, любимой дочери - и не стало её в ту же минуточку со всеми её пожитками.

Очутилась она во дворце зверя лесного, чуда морского, во палатах высоких, каменных, на кровати из резного золота со ножками хрустальными, на пуховике пуха лебяжьего, покрытом золотой камкой, ровно она и с места не сходила, ровно она целый век тут жила, ровно легла почивать да проснулася. Заиграла музыка согласная, какой отродясь она не слыхивала.

Встала она со постели пуховой и видит, что все её пожитки и цветочек аленький в кувшине позолоченном тут же стоят, раскладены и расставлены на столах зелёных малахита медного, и что в той палате много добра и скарба всякого, есть на чём посидеть-полежать, есть во что приодеться, есть во что посмотреться. И была одна стена вся зеркальная, а другая стена золочёная, а третья стена вся серебряная, а четвёртая стена из кости слоновой и мамонтовой, самоцветными яхонтами вся разубранная; и подумала она: "Должно быть, это моя опочивальня".

Захотелось ей осмотреть весь дворец, и пошла она осматривать все его палаты высокие, и ходила она немало времени, на все диковинки любуючись; одна палата была краше другой, и все краше того, как рассказывал честной купец, государь её батюшка родимый. Взяла она из кувшина золочёного любимый цветочек аленький, сошла она в зелены сады, и запели ей птицы свои песни райские, а деревья, кусты и цветы замахали своими верхушками и ровно перед ней преклонилися; выше забили фонтаны воды и громче зашумели ключи родниковые, и нашла она то место высокое, пригорок муравчатый, на котором сорвал честной купец цветочек аленький, краше которого нет на белом свете. И вынула она тот аленький цветочек из кувшина золочёного и хотела посадить на место прежнее; но сам он вылетел из рук её и прирос к стеблю прежнему и расцвёл краше прежнего.

Подивилася она такому чуду чудному, диву дивному, порадовалась своему цветочку аленькому, заветному и пошла назад в палаты свои дворцовые, и в одной из них стоит стол накрыт, и только она подумала: "Видно, зверь лесной, чудо морское, на меня не гневается, и будет он ко мне господин милостивый",-как на белой мраморной стене появилися словеса огненные:

"Не господин я твой, а послушный раб. Ты моя госпожа, и всё, что тебе пожелается, всё, что тебе на ум придёт, исполнять я буду с охотою".

Прочитала она словеса огненные, и пропали они со стены белой мраморной, как будто их никогда не бывало там. И вспало ей на мысли написать письмо к своему родителю и дать ему о себе весточку. Не успела она о том подумать, как видит она, перед нею бумага лежит, золотое перо со чернильницей. Пишет она письмо к своему батюшке родимому и сестрицам своим любезным:

"Не плачьте обо мне, не горюйте, я живу во дворце у зверя лесного, чуда морского, как королевишна; самого его не вижу и не слышу, а пишет он ко мне на стене беломраморной словесами огненными; и знает он всё, что у меня на мысли, и в ту же минуту всё исполняет, и не хочет он называться господином моим, а меня называет госпожой своей".

Не успела она письмо написать и печатью припечатать, как пропало письмо из рук и из глаз её, словно его тут и не было. Заиграла музыка пуще прежнего, на столе явились яства сахарные, питья медвяные, вся посуда золота червонного. Села она за стол веселёхонька, хотя сроду не обедала одна-одинёшенька; ела она, пила, прохлаждалася, музыкою забавлялася. После обеда, накушавшись, она опочивать легла; заиграла музыка потише и подальше - по той причине, чтоб ей спать не мешать.

После сна встала она веселёшенька и пошла опять гулять по садам зелёным, потому что не успела она до обеда обходить и половины их, наглядеться на все их диковинки. Все деревья, кусты и цветы перед ней преклонялися, а спелые плоды - груши, персики и наливные яблочки - сами в рот лезли. Походив время немалое, почитай вплоть до вечера, воротилась она во свои палаты высокие, и видит она: стол накрыт, и на столе яства стоят сахарные и питья медвяные, и все отменные.

После ужина вошла она в ту палату беломраморную, где читала она на стене словеса огненные, и видит она на той же стене опять такие же словеса огненные:

"Довольна ли госпожа моя своими садами и палатами, угощеньем и прислугою?"

И возговорила голосом радостным молодая дочь купецкая, красавица писаная:

- Не зови ты меня госпожой своей, а будь ты всегда мой добрый господин, ласковый и милостивый. Я из воли твоей никогда не выступлю. Благодарствую тебе за всё твоё угощение. Лучше твоих палат высоких и твоих зелёных садов не найти на белом свете: то и как же мне довольною не быть? Я отродясь таких чудес не видывала. Я от такого дива ещё в себя не приду, только боюсь я почивать одна; во всех твоих палатах высоких нет ни души человеческой.

Появилися на стене словеса огненные:

"Не бойся, моя госпожа прекрасная: не будешь ты почивать одна, дожидается тебя твоя девушка сенная, верная и любимая; и много в палатах душ человеческих, а только ты их не видишь и не слышишь, и все они вместе со мною берегут тебя и день и ночь: не дадим мы на тебя ветру подуть, не дадим и пылинке сесть".

И пошла почивать в опочивальню свою молодая дочь купецкая, красавица писаная, и видит: стоит у кровати её девушка сенная, верная и любимая, и стоит она чуть от страха жива; и обрадовалась она госпоже своей и целует её руки белые, обнимает её ноги резвые. Госпожа была ей также рада, принялась её расспрашивать про батюшку родимого, про сестриц своих старших и про всю свою прислугу девичью; после того принялась сама рассказывать, что с нею в это время приключилося; так и не спали они до белой зари.

Так и стала жить да поживать молодая дочь купецкая, красавица писаная. Всякий день ей готовы наряды новые, богатые, и убранства такие, что цены им нет, ни в сказке сказать, ни пером написать; всякий день угощения и веселья новые, отменные: катанье, гулянье с музыкой на колесницах без коней и упряжи по тёмным лесам, а те леса перед ней расступалися и дорогу давали ей широкую, широкую и гладкую. И стала она рукодельями заниматися, рукодельями девичьими, вышивать ширинки серебром и золотом и низать бахромы частым жемчугом; стала посылать подарки батюшке родимому, а и самую богатую ширинку подарила своему хозяину ласковому, а и тому лесному зверю, чуду морскому; а и стала она день ото дня чаще ходить в залу беломраморную, говорить речи ласковые своему хозяину милостивому и читать на стене его ответы и приветы словесами огненными.

Мало ли, много ли тому времени прошло: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается, - стала привыкать к своему житью-бытью молодая дочь купецкая, красавица писаная; ничему она уже не дивуется, ничего не пугается; служат ей слуги невидимые, подают, принимают, на колесницах без коней катают, в музыку играют и все её повеления исполняют. И возлюбляла она своего господина милостивого день ото дня, и видела она, что недаром он зовёт её госпожой своей и что любит он её пуще самого себя; и захотелось ей его голоса послушати, захотелось с ним разговор повести, не ходя в палату беломраморную, не читая словесов огненных.

Стала она его о том молить и просить, да зверь лесной, чудо морское, не скоро на её просьбу соглашается, испугать её своим голосом опасается; упросила, умолила она своего хозяина ласкового, и не мог он ей супротивным быть, и написал он ей в последний раз на стене беломраморной словесами огненными:

"Приходи сегодня во зелёный сад, сядь во свою беседку любимую, листьями, ветками, цветами заплетённую, и скажи так: "Говори со мной, мой верный раб".

И мало спустя времечка, побежала молода дочь купецкая, красавица писаная, во сады зелёные, входила во беседку свою любимую, листьями, ветками, цветами заплетённую, и садилась на скамью парчовую; и говорит она задыхаючись, бьётся сердечко у ней, как у пташки пойманной, говорит таковые слова:

- Не бойся ты, господин мой добрый, ласковый, испугать меня своим голосом: после всех твоих милостей не убоюся я и рёва звериного; говори со мной не опасаючись.

И услышала она, ровно кто вздохнул за беседкою, и раздался голос страшный, дикий и зычный, хриплый и сиплый, да и то говорил он ещё вполголоса. Вздрогнула сначала молодая дочь купецкая, красавица писаная, услыхав голос зверя лесного, чуда морского, только со страхом своим совладала и виду, что испугалася, не показала, и скоро слова его ласковые и приветливые, речи умные и разумные стала слушать она и заслушалась, и стало у ней на сердце радостно.

С той поры, с того времечка пошли у них разговоры, почитай, целый день - во зелёном саду на гуляньях, во тёмных лесах на катаньях и во всех палатах высоких. Только спросит молода дочь купецкая, красавица писаная:

- Здесь ли ты, мой добрый, любимый господин?

Отвечает лесной зверь, чудо морское:

- Здесь, госпожа моя прекрасная, твой верный раб, неизменный друг.

И не пугается она его голоса дикого и страшного, и пойдут у них речи ласковые, что конца им нет.

Прошло мало ли, много ли времени: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается, - захотелось молодой дочери купецкой, красавице писаной, увидеть своими глазами зверя лесного, чуда морского, и стала она его о том просить и молить. Долго он на то не соглашается, испугать её опасается, да и был он такое страшилище, что ни в сказке сказать, ни пером написать; не только люди, звери дикие его завсегда устрашалися и в свои берлоги разбегалися. И говорит зверь лесной, чудо морское, таковые слова:

- Не проси, не моли ты меня, госпожа моя распрекрасная, красавица ненаглядная, чтобы показал я тебе своё лицо противное, своё тело безобразное. К голосу моему попривыкла ты; мы живём с тобой в дружбе, согласии, друг с другом, почитай, не разлучаемся, и любишь ты меня за мою любовь к тебе несказанную, а увидя меня, страшного и противного, возненавидишь ты меня, несчастного, прогонишь ты меня с глаз долой, а в разлуке с тобой я умру с тоски.

Не слушала таких речей молодая купецкая дочь, красавица писаная, и стала молить пуще прежнего, клясться, что никакого на свете страшилища не испугается и что не разлюбит она своего господина милостивого, и говорит ему таковые слова:

- Если ты стар человек - будь мне дедушка, если середович - будь мне дядюшка, если же молод ты - будь мне названый брат, и поколь я жива - будь мне сердечный друг.

Долго, долго лесной зверь, чудо морское, не поддавался на такие слова, да не мог просьбам и слезам своей красавицы супротивным быть, и говорит ей таково слово:

- Не могу я тебе супротивным быть по той причине, что люблю тебя пуще самого себя; исполню я твоё желание, хотя знаю, что погублю моё счастье и умру смертью безвременной. Приходи во зелёный сад в сумерки серые, когда сядет за лес солнышко красное, и скажи: "Покажись мне, верный друг!"-и покажу я тебе своё лицо противное, своё тело безобразное. А коли станет невмоготу тебе больше у меня оставаться, не хочу я твоей неволи и муки вечной: ты найдёшь в опочивальне своей, у себя под подушкою, мой золот-перстень. Надень его на правый мизинец - и очутишься ты у батюшки родимого и ничего обо мне николи не услышишь.

Не убоялась, не устрашилася, крепко на себя понадеялась молодая дочь купецкая, красавица писаная. В те поры, не мешкая ни минуточки, пошла она во зелёный сад дожидаться часу урочного, и когда пришли сумерки серые, опустилося за лес солнышко красное, проговорила она: "Покажись мне, мой верный друг!" - и показался ей издали зверь лесной, чудо морское: он прошёл только поперёк дороги и пропал в частых кустах, и не взвидела света молодая дочь купецкая, красавица писаная, всплеснула руками белыми, закричала истошным голосом и упала на дорогу без памяти. Да и страшен был зверь лесной, чудо морское: руки кривые, на руках ногти звериные, ноги лошадиные, спереди-сзади горбы великие верблюжие, весь мохнатый отверху донизу, изо рта торчали кабаньи клыки, нос крючком, как у беркута, а глаза были совиные.

Полежавши долго ли, мало ли времени, опамятовалась молодая дочь купецкая, красавица писаная, и слышит: плачет кто-то возле неё, горючими слезами обливается и говорит голосом жалостным:

- Погубила ты меня, моя красавица возлюбленная, не видать мне больше твоего лица распрекрасного, не захочешь ты меня даже слышати, и пришло мне умереть смертью безвременною.

И стало ей жалко и совестно, и совладала она со своим страхом великим и со своим сердцем робким девичьим, и заговорила она голосом твёрдым:

- Нет, не бойся ничего, мой господин добрый и ласковый, не испугаюсь я больше твоего вида страшного, не разлучусь я с тобой, не забуду твоих милостей; покажись мне теперь же в своём виде давешнем: я только впервые испугалася.

Показался ей лесной зверь, чудо морское, в своём виде страшном, противном, безобразном, только близко подойти к ней не осмелился, сколько она ни звала его; гуляли они до ночи тёмной и вели беседы прежние, ласковые и разумные, и не чуяла никакого страха молодая дочь купецкая, красавица писаная. На другой день увидала она зверя лесного, чудо морское, при свете солнышка красного и, хотя сначала, разглядя его, испугалася, а виду не показала, и скоро страх её совсем прошёл.

Тут пошли у них беседы пуще прежнего: день-деньской, почитай, не разлучалися, за обедом и ужином яствами сахарными насыщалися, питьями медвяными прохлаждалися, гуляли по зелёным садам, без коней каталися по тёмным лесам.

И прошло тому немало времени: скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Вот однажды и привиделось во сне молодой купецкой дочери, красавице писаной, что батюшка её нездоров лежит; и напала на неё тоска неусыпная, и увидал её в той тоске и слезах зверь лесной, чудо морское, и сильно закручинился и стал спрашивать, отчего она во тоске, во слезах? Рассказала она ему свой недобрый сон и стала просить у него позволения повидать своего батюшку родимого и сестриц своих любезных.

И возговорит к ней зверь лесной, чудо морское:

- И зачем тебе моё позволенье? Золот-перстень мой у тебя лежит, надень его на правый мизинец и очутишься в дому у батюшки родимого. Оставайся у него, пока не соскучишься, а и только я скажу тебе: коли ты ровно через три дня и три ночи не воротишься, то не будет меня на белом свете, и умру я тою же минутою по той причине, что люблю тебя больше, чем самого себя, и жить без тебя не могу.

Стала она заверять словами заветными и клятвами, что ровно за час до трёх дней и трёх ночей воротится во палаты его высокие.

Простилась она с хозяином своим ласковым и милостивым, надела на правый мизинец золот-перстень и очутилась на широком дворе честного купца, своего батюшки родимого. Идёт она на высокое крыльцо его палат каменных; набежала к ней прислуга и челядь дворовая, подняли шум и крик; прибежали сестрицы любезные и, увидевши её, диву дались красоте её девичьей и её наряду царскому, королевскому; подхватили её под руки белые и повели к батюшке родимому, а батюшка нездоров лежит, нездоров и нерадостен, день и ночь её вспоминаючи, горючими слезами обливаючись. И не вспомнился он от радости, увидавши свою дочь милую, хорошую, пригожую, меньшую, любимую, и дивился он красоте её девичьей, её наряду царскому, королевскому.

Долго они целовалися, миловалися, ласковыми речами утешалися. Рассказала она своему батюшке родимому и своим сестрам старшим, любезным, про своё житьё-бытьё у зверя лесного, чуда морского, всё от слова до слова, никакой крохи не скрываючи. И возвеселился честной купец её житью богатому, царскому, королевскому, и дивился, как она привыкла смотреть на своего хозяина страшного и не боится зверя лесного, чуда морского; сам он, об нём вспоминаючи, дрожкой дрожал. Сестрам же старшим, слушая про богатства несметные меньшой сестры и про власть её царскую над своим господином, словно над рабом своим, индо завистно стало.

День проходит, как единый час, другой день проходит, как минуточка, а на третий день стали уговаривать меньшую сестру сестры старшие, чтоб не ворочалась она к зверю лесному, чуду морскому. "Пусть-де околеет, туда и дорога ему..." И прогневалась на сестёр старших дорогая гостья, меньшая сестра, и сказала им таковы слова:

- Если я моему господину доброму и ласковому за все его милости и любовь горячую, несказанную заплачу его смертью лютою, то не буду я стоить того, чтобы мне на белом свете жить, и стоит меня тогда отдать диким зверям на растерзание.

И отец её, честной купец, похвалил её за такие речи хорошие, и было положено, чтобы до срока ровно за час воротилась к зверю лесному, чуду морскому, дочь хорошая, пригожая, меньшая, любимая. А сестрам то в досаду было, и задумали они дело хитрое, дело хитрое и недоброе: взяли они да все часы в доме целым часом назад поставили, и не ведал того честной купец и вся его прислуга верная, челядь дворовая.

И, когда пришёл настоящий час, стало у молодой купецкой дочери, красавицы писаной, сердце болеть и щемить, ровно стало что-нибудь подмывать её, и смотрит она то и дело на часы отцовские, аглицкие, немецкие, - а всё рано ей пускаться в дальний путь. А сестры с ней разговаривают, о том о сём расспрашивают, позадерживают. Однако сердце её не вытерпело; простилась дочь меньшая, любимая, красавица писаная, со честным купцом, батюшкой родимым, приняла от него благословение родительское, простилась с сестрами старшими, любезными, со прислугою верною, челядью дворовою, и, не дождавшись единой минуточки до часа урочного, надела золот-перстень на правый мизинец и очутилась во дворце белокаменном, во палатах высоких зверя лесного, чуда морского; и, дивуючись, что он её не встречает, закричала она громким голосом:

- Где же ты, мой добрый господин, мой верный друг? Что же ты меня не встречаешь? Я воротилась раньше срока назначенного целым часом со минуточкой.

Ни ответа, ни привета не было, тишина стояла мёртвая; в зелёных садах птицы не пели песни райские, не били фонтаны воды и не шумели ключи родниковые, не играла музыка во палатах высоких. Дрогнуло сердечко у купецкой дочери, красавицы писаной, почуяла она нешто недоброе; обежала она палаты высокие и сады зелёные, звала зычным голосом своего хозяина доброго - нет нигде ни ответа, ни привета и никакого гласа послушания. Побежала она на пригорок муравчатый, где рос, красовался её любимый цветочек аленький, и видит она, что лесной зверь, чудо морское, лежит на пригорке, обхватив аленький цветочек своими лапами безобразными.

И показалось ей, что заснул он, её дожидаючись, и спит теперь крепким сном. Начала его будить потихоньку дочь купецкая, красавица писаная,- он не слышит; принялась будить покрепче, схватила его за лапу мохнатую - и видит, что зверь лесной, чудо морское, бездыханен, мёртв лежит...

Помутилися её очи ясные, подкосилися ноги резвые, пала она на колени, обняла руками белыми голову своего господина доброго, голову безобразную и противную, и завопила истошным голосом:

- Ты встань, пробудись, мой сердечный друг, я люблю тебя, как жениха желанного!..

И только таковы слова она вымолвила, как заблестели молнии со всех сторон, затряслась земля от грома великого, ударила громова стрела каменная в пригорок муравчатый, и упала без памяти молодая дочь купецкая, красавица писаная.

Много ли, мало ли времени она лежала без памяти - не ведаю; только, очнувшись, видит она себя во палате высокой беломраморной, сидит она на золотом престоле со каменьями драгоценными, и обнимает её принц молодой, красавец писаный, на голове со короною царскою, в одежде златокованой; перед ним стоит отец с сестрами, а кругом на коленях стоит свита великая, все одеты в парчах золотых, серебряных. И возговорит к ней молодой принц, красавец писаный, на голове со короною царскою:

- Полюбила ты меня, красавица ненаглядная, в образе чудища безобразного, за мою добрую душу и любовь к тебе; полюби же меня теперь в образе человеческом, будь моей невестой желанною. Злая волшебница прогневалась на моего родителя покойного, короля славного и могучего, украла меня, ещё малолетнего, и сатанинским колдовством своим, силою нечистою, оборотила меня в чудище страшное и наложила таковое заклятие, чтобы жить мне в таковом виде безобразном, противном и страшном для всякого человека, для всякой твари божией, пока найдётся красная девица, какого бы роду и званья ни была она, и полюбит меня в образе страшилища и пожелает быть моей женой законною, - и тогда колдовство всё покончится, и стану я опять по-прежнему человеком молодым и пригожим. И жил я таким страшилищем и пугалом ровно тридцать лет, и залучал я в мой дворец заколдованный одиннадцать девиц красных, а ты была двенадцатая. Ни одна не полюбила меня за мои ласки и угождения, за мою душу добрую.

Ты одна полюбила меня, чудище противное и безобразное, за мои ласки и угождения, за мою душу добрую, за любовь мою к тебе несказанную, и будешь ты за то женою короля славного, королевою в царстве могучем.

Тогда все тому подивилися, свита до земли преклонилася. Честной купец дал своё благословение дочери меньшой, любимой, и молодому принцу-королевичу. И поздравили жениха с невестою сестры старшие, завистные, и все слуги верные, бояре великие и кавалеры ратные, и нимало не медля принялись весёлым пирком да за свадебку, и стали жить да поживать, добра наживать. Я сама там была, пиво-мёд пила, по усам текло, да в рот не попало.

Поэма Эшли Дж. Фаррауэй «Маленький алый цветочек»

    Дом
  • Стихи
    • Стихи
    • Новые стихи
    • Стихи лучших участников
    • Лучшие классические стихи
    • Лучшие 500 стихотворений
    • Стихи о
    • Лучшие стихотворения по теме
  • Поэты
    • Поэты
    • Новые поэты
    • Лучшие поэты-участники
    • Лучшие классические поэты
    • 500 лучших поэтов
  • Цитаты
    • Цитаты
    • Лучшие цитаты
    • Новые предложения
    • Цитаты 500 лучших участников
    • 500 лучших классических цитат
0 0

Меню

Поиск Стихи Стихи Новые стихи Стихи лучших участников Лучшие классические стихи 500 лучших стихотворений Стихи про Лучшие стихотворения по теме Поэты Поэты Новые поэты Лучшие поэты-участники Лучшие классические поэты 500 лучших поэтов Цитаты Цитаты Цитаты Новые цитаты Цитаты 500 лучших участников 500 лучших классических цитат Мой профайл Мои стихи

Сказки из России.Сергей Аксаков: Аленький цветочек.

Сборник "Сказки из России".
Сергей Аксаков
МАЛЕНЬКИЙ АЛЕНЬКИЙ ЦВЕТОК

1 Я 2 Я 3 Я 4 Я 5 Я 6 Я 7 Я 8 Я 9 Я 10 Я 11 Я 12 Я 13 Я 14 я

В определенном царстве, в определенной стране жил богатый купец, человек с большими средствами.
У него было много богатства в разного рода золотых и серебряных сокровищах, жемчуге и драгоценных камнях, дорогих товарах из дальних стран.И у этого торговца было три дочери, каждая прекраснее, чем можно описать словами, но самая младшая была прекраснейшей из всех. Он любил своих дочерей больше, чем все свое состояние - больше своего жемчуга и драгоценных камней, больше своего золота и серебра. Его любовь была велика, потому что его жена умерла, и ему больше не кого любить. Хотя он любил своих старших дочерей, он любил младшую. дочь лучшая, потому что она была самой доброй и любящей по отношению к отцу.
Однажды этот торговец приготовился плыть по морю со своим товаром до самых концов земли.Перед отъездом он сказал своим дорогим дочерям:
«О мои добрые, милые и нежные дочери, я беру свои корабли, чтобы торговать в землях за морем. Долго ли я буду в пути, я не могу сказать, но прошу вас жить в добродетель и мир, пока меня не будет. Затем я верну тебе те дары, которые пожелает твое сердце. И я даю тебе три дня, чтобы сделать твой выбор; тогда ты скажешь мне, какие дары ты желаешь »
Три дня и три ночи они обдумывали, затем пришли к отцу и рассказали ему о дарах, которые они желали.Первый дочь низко поклонилась своему отцу и сказала так: «Сир, мой дорогой возлюбленный отец, не приносите мне ни золотой, ни серебряной парчи, ни черного соболя, ни чудесного жемчуга. Принесите мне, я прошу тебя, золотую корону, украшенную драгоценными камнями, такая, которая светит, как полная луна или яркое солнце, и превращает тьму ночи в свет дня ".
Честный торговец подумал немного, затем сказал: «Да будет так, дочь моя, я принесу тебе именно такую ​​корону. Я знаю человека за морем, который может достать ее для меня.Он принадлежит иностранной принцессе и спрятан в каменном зале, погребенном глубоко в каменной горе, в семи ярдах ниже, за тремя железными дверями с тремя немецкими замками. Задача непростая, но мое состояние не знает границ ».

Далее

1 Я 2 Я 3 Я 4 Я 5 Я 6 Я 7 Я 8 Я 9 Я 10 Я 11 Я 12 Я 13 Я 14 я

Аленький цветок (1977) - Тухлые помидоры

Главная Верхняя касса Билеты и расписание сеансов DVD и потоковое воспроизведение телевидение Новости Что такое Tomatometer®? Критики ПОДПИСАТЬСЯ | АВТОРИЗОВАТЬСЯ

Фильмы / ТВ

    Знаменитости

      Результаты не найдены

      Посмотреть все
      • Дом
      • Касса
      • телевизор
      • DVD
      • БОЛЬШЕ
      • Новости
      • Моя учетная запись
      • ПОДПИСАТЬСЯ АВТОРИЗОВАТЬСЯ