Разное

Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Содержание

Василиса Премудрая — Википедия

Василиса Премудрая (Василиса Прекрасная, Елена Прекрасная, Елена Премудрая, Марья Искусница, Синеглазка[1], Ольга-Царевна[2], Марья Моревна[3]) — героиня русских волшебных сказок, дарящая свою любовь главному герою, который побеждает Змея или Кощея. Её главными чертами являются: верность, заботливость и решительность[2]. В большинстве сказок героиня — дочь морского царя, наделённая мудростью и способностью превращения.

В русских народных сказках о т. н. чудесных невестах нередко наблюдается отклонение от патриархального стереотипа — Марья Моревна, Марья-Искусница, Елена Премудрая, Елена Прекрасная, Василиса Премудрая, Василиса Прекрасная, Царь-девица (дочь морского царя) — эти героини помимо красоты обладают большим умом и недюжинной физической силой в русских волшебных сказках: «Марья-Моревна — прекрасная королева», «Марья-искусница», «Елена-королевна и Иван-царевич», «Елена Прекрасная», «Василий-царевич и Елена Прекрасная», «Елена Премудрая», «Вещий сон», «Василиса Премудрая и морской царь», «Царевна-лягушка». Здесь видна гендерная конфигурация положительных «сильных» героинь и «слабых» героев. Героини любят мужчин материнской любовью — жалеют, воспитывают, спасают и даже жертвуют собой ради них

[4]. Однако «прекрасная девица» Елена Прекрасная или Василиса Прекрасная («Сказка об Иване-царевиче, жар-птице и о сером волке», «Жар-птица и Василиса-царевна», «Сивка-бурка», «По щучьему велению») — довольно пассивна, наделена «красотой неписаной» и выступает желанным призом вместе с богатством, троном и признанием[5].

В образах Елены Прекрасной, Елены Премудрой, Василисы Прекрасной, Василисы Премудрой, Богатырки-Синеглазки выражен эстетический и нравственный идеал женщины в русской народной сказке[6].

Василиса Прекрасная[править | править код]

Сказка рассказывает о купце, его дочке красавице и злой мачехе, которая пытается извести падчерицу. У Василисы была волшебная куколка, которая досталась ей от покойной матери. Эта кукла была её оберегом, помощницей и советчицей. Героиня проходит через множество испытаний, но не теряет своей доброты, за что в награду становится женой Царя.

Морской царь и Василиса Премудрая[править | править код]

Царь путешествует по другим землям, а в это время дома у него рождается сын Иван. Когда царь пьет воду из озера, морской царь хватает его за бороду и требует отдать то, чего тот «дома не знает». Царь соглашается. Лишь по приезде домой он понимает свою оплошность. Когда Иван-царевич становится взрослым, царь отводит его к озеру и велит искать будто бы потерянный им перстень. По совету старушки царевич заручается помощью дочери Морского царя Василисы Премудрой, которая в облике голубки (или уточки) прилетает на озеро со своими сестрами. Морской царь задаёт герою невыполнимые простым человеком задачи (за одну ночь вырастить рожь, построить церковь…), которые тот выполняет с помощью Василисы. Царевич и Василиса женятся и убегают из морского царства; в пути, спасаясь от погони, Василиса превращает себя и супруга в различные предметы. Вернувшись к своей семье, на радостях Иван забывает Василису, она напоминает о себе с помощью посланцев-голубок, они воссоединяются.

Царевна-лягушка[править | править код]

У царя было три сына. Младшего звали Иван-царевич. Пришло время царевичам связать себя узами брака. Иван-Царевич вынужден жениться на лягушке, так как находит её в результате обряда (царевичи стреляли из луков наугад, куда стрела попадёт — там невесту и искать). Лягушка, в отличие от жён братьев Ивана Царевича, отлично справляется со всеми заданиями царя, своего свёкра, либо с помощью колдовства (в одной версии сказки), либо с помощью «мамок-нянек» (в другой). Когда царь приглашает Ивана с женой на пир, она приезжает в облике прекрасной девушки. Иван Царевич тайно сжигает лягушачью кожу жены, чем вынуждает её покинуть его. Иван отправляется на поиски, находит её у Кощея Бессмертного и освобождает свою жену.

Жар-птица и царевна Василиса[править | править код]

У царя был слуга-стрелец, а у слуги — богатырский конь. Однажды слуга нашёл в лесу перо Жар-птицы и, несмотря на предупреждение коня, что перо принесёт несчастье, подобрал. Увидев перо, царь потребовал добыть саму Жар-птицу, а затем Василису-царевну (вариант — Царь-девицу), которая живёт «на краю света, где красное солнышко восходит» и плавает в золотой лодочке. Стрелец с помощью своего коня выполняет поручения. Царь хочет жениться на Василисе. Та требует исполнения различных задач, которые вместо царя выполняет стрелец. Последнее испытание — купание в кипятке — стрелец выдерживает благодаря коню, а царь, попытавшись сделать то же самое, гибнет. Василиса отдаёт свою руку стрельцу, которого избирают новым царём.

  1. Красных В. В. Анализ дискурса в свете современной научной парадигмы (лингво-когнитивный подход)
  2. 1 2 Чернышов А. В. Архетипы древности в русской культурной традиции // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского, 2010, № 1, с. 349—356
  3. ↑ БСЭ, 1971.
  4. ↑ Кочарян, Фролова, 2004, с. 71.
  5. ↑ Кочарян, Фролова, 2004, с. 71–72.
  6. ↑ Романенко, 2010, с. 116.
  • Елеонская Е. Н. Сказка о Василисе Прекрасной и группа однородных с нею сказок // «Этнографическое Обозрение», № 3—4, 1906.
  • Василиса премудрая // Большой энциклопедический словарь. Электронная версия / Главный редактор — академик А. М. Прохоров. — М., 2000.
  • Василиса Прекрасная // Большая советская энциклопедия : [в 66 т.] / гл. ред. О. Ю. Шмидт. — 1-е изд. — М. : Советская энциклопедия, 1926—1947.
  • Василиса Премудрая // Брасос — Веш. — М.
     : Советская энциклопедия, 1971. — (Большая советская энциклопедия : [в 30 т.] / гл. ред. А. М. Прохоров ; 1969—1978, т. 4).
  • Василиса Прекрасная (Василиса Премудрая) // Россия. Лингвострановедческий словарь.
  • Василиса Премудрая (Прекрасная) // Современный толковый словарь
  • Василиса Премудрая // «Краткая литературная энциклопедия». Т. 1. — М.: Советская энциклопедия, 1962.
  • Василиса Премудрая // Большая энциклопедия русского народа
  • Кочарян А. С., Фролова Е. В. Образ женщины в русских сказках // Гуманітарний часопис : Збірник наукових праць. 2004, № 1. — Харків: ХАІ, 2004. — С. 70–76.
  • Романенко М. А. Лингвокультурологические особенности русской народной сказки // Межкультурная коммуникация и профессионально ориентированное обучение иностранным языкам: материалы IV Международной конференции, посвященной 89-летию образования Белорусского государственного университета, 29 октября 2010 г. / редкол.: В. Г. Шадурский и др.. — Минск: Изд. центр БГУ, 2010. — С. 116–117.
  • Василиса Прекрасная // Сказочная энциклопедия / Составитель Наталия Будур. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2005. — С. 72. — 608 с. — 5 000 экз. — ISBN 5-224-04818-4.

Василисы Прекрасная и Премудрая — как они появились?

Имя Василиса, означающее в переводе с греческого «жена царя» или «царица», попало на Русь из Византии не позднее XIII века. В Повести временных лет, датированной началом XII столетия, это имя не упоминалось ни разу. А первыми известными Василисами были дочь ростовского князя Василиса Дмитриевна, жившая на рубеже XIII–XIV веков, а также еще одна ростовская княжна — Василиса Константиновна, которая жила в XIV веке.

Вероятно, в русские сказки это имя пришло уже после того, как прочно закрепилось в обиходе. Но сама героиня и сюжеты с ее участием существовали за тысячи лет до этого. Специалисты относят время появления волшебной сказки к эпохе разложения первобытно-общинного строя, когда основным источником пропитания стала не охота, а земледелие.

В волшебных сказках Василиса Премудрая или Прекрасная — лишь одно из имен невесты героя, которую могут звать и по-другому: Елена Прекрасная, Марья-царевна, Царь-девица, Настасья-королевишна, Варвара-краса и так далее. Функция персонажа-невесты в русских сказках не зависит от имени. Например, в известном собрании сказок Александра Афанасьева встречаются разные сюжеты и роли, связанные с именем Василисы. Главная героиня «Василисы Прекрасной» вовсе не царевна, а бедная падчерица, которую отправляют за огнем в избушку Бабы-яги. В сказке «Жар-птица и Василиса-царевна» Василису ловит стрелец-молодец по поручению царя. Царевна на первый взгляд желает своему похитителю смерти:

«Не пойду, — говорит царю, — за тебя замуж, пока не велишь ты стрельцу-молодцу в горячей воде искупаться». Волшебный конь стрельца заговаривает воду, и герой выходит из котла краше прежнего. В финале, как и положено в волшебной сказке, старый царь погибает, по примеру стрельца искупавшись в кипятке, а главный герой получает жену и царство в придачу. В сюжете «Морской царь и Василиса Премудрая» Василиса — дочь Водяного, помощница героя-царевича. В разных вариантах известной сказки «Царевна-лягушка» главную героиню зовут то Еленой Прекрасной, то Василисой Премудрой, что подтверждает: имя героини не столь важно — важна лишь функция.

Филолог-фольклорист Владимир Пропп доказал, что жанр волшебной сказки уходит корнями в эпоху первобытной общины, когда мужчины проходили «магические» обряды и получали специальные силы, власть над животным миром, чтобы охотиться успешней. Прохождение обряда было своего рода путешествием в потусторонний мир, где мужчина подвергался жестоким испытаниям: ему могли отрезать пальцы, его могли пытать огнем — и так далее. Позже, когда охотничье общество сменилось земледельческим, эти традиции постепенно ушли из жизни, но их завуалированные описания остались в сказках.

Именно поэтому во многих сказках Василиса испытывает потенциального жениха самыми странными и даже пугающими способами вроде прыжка в котел с кипятком: такие сюжеты — отзвук времен древнейшего матриархата, когда женщина была «держательницей рода и тотемической магии».

Как Василисы Премудрая и Прекрасная появились в русском фольклоре и были ли у них прототипы?: the_morning_spb — LiveJournal

Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — ВикипедияИмя Василиса, означающее в переводе с греческого «жена царя» или «царица», попало на Русь из Византии не позднее XIII века. В Повести временных лет, датированной началом XII столетия, это имя не упоминалось ни разу. А первыми известными Василисами были дочь ростовского князя Василиса Дмитриевна, жившая на рубеже XIII–XIV веков, а также еще одна ростовская княжна — Василиса Константиновна, которая жила в XIV веке.

Вероятно, в русские сказки это имя пришло уже после того, как прочно закрепилось в обиходе. Но сама героиня и сюжеты с ее участием существовали за тысячи лет до этого. Специалисты относят время появления волшебной сказки к эпохе разложения первобытно-общинного строя, когда основным источником пропитания стала не охота, а земледелие.

В волшебных сказках Василиса Премудрая или Прекрасная — лишь одно из имен невесты героя, которую могут звать и по-другому: Елена Прекрасная, Марья-царевна, Царь-девица, Настасья-королевишна, Варвара-краса и так далее. Функция персонажа-невесты в русских сказках не зависит от имени. Например, в известном собрании сказок Александра Афанасьева встречаются разные сюжеты и роли, связанные с именем Василисы. Главная героиня «Василисы Прекрасной» вовсе не царевна, а бедная падчерица, которую отправляют за огнем в избушку Бабы-яги. В сказке «Жар-птица и Василиса-царевна» Василису ловит стрелец-молодец по поручению царя. Царевна на первый взгляд желает своему похитителю смерти: «Не пойду, — говорит царю, — за тебя замуж, пока не велишь ты стрельцу-молодцу в горячей воде искупаться». Волшебный конь стрельца заговаривает воду, и герой выходит из котла краше прежнего. В финале, как и положено в волшебной сказке, старый царь погибает, по примеру стрельца искупавшись в кипятке, а главный герой получает жену и царство в придачу. В сюжете «Морской царь и Василиса Премудрая» Василиса — дочь Водяного, помощница героя-царевича. В разных вариантах известной сказки «Царевна-лягушка» главную героиню зовут то Еленой Прекрасной, то Василисой Премудрой, что подтверждает: имя героини не столь важно — важна лишь функция.

Филолог-фольклорист Владимир Пропп доказал, что жанр волшебной сказки уходит корнями в эпоху первобытной общины, когда мужчины проходили «магические» обряды и получали специальные силы, власть над животным миром, чтобы охотиться успешней. Прохождение обряда было своего рода путешествием в потусторонний мир, где мужчина подвергался жестоким испытаниям: ему могли отрезать пальцы, его могли пытать огнем — и так далее. Позже, когда охотничье общество сменилось земледельческим, эти традиции постепенно ушли из жизни, но их завуалированные описания остались в сказках.

Именно поэтому во многих сказках Василиса испытывает потенциального жениха самыми странными и даже пугающими способами вроде прыжка в котел с кипятком: такие сюжеты — отзвук времен древнейшего матриархата, когда женщина была «держательницей рода и тотемической магии».

Зворыкин Борис Васильевич (1872-1942). Иллюстрация к сказке «Василиса Прекрасная»
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Максимилиан Владимирович Эберман. «Василиса Прекрасная». Иллюстрация к книге «Царевна-лягушка»
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Билибин Иван Яковлевич (1876-1942). Иллюстрации к сказке «Василиса Прекрасная»
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Билибин Иван Яковлевич (1876-1942). Иллюстрации к сказке «Царевна-лягушка»
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Папсуев Роман Валентинович
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Кинуко Крафт. Иллюстрация к сказке «Баба-яга и Василиса Прекрасная»
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Васнецов Виктор Михайлович (1848-1926) «Царевна-лягушка». 1901-1918 гг. Дом-музей В.М. Васнецова, Москва.
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Рерих Николай Константинович (1874-1947) «Добрые травы. Василиса Премудрая». 1941 г. Государственный музей искусства народов Востока
Автор василиса премудрая: Василиса Премудрая — Википедия – Василиса Прекрасная (сказка) — Википедия

Источник

Сказка Морской царь и Василиса Премудрая. Русская народная сказка ~ Я happy МАМА

Сказка Морской царь и Василиса Премудрая – одна из тех мудрых и ярких сказок, впечатление от которых остается на всю жизнь. Она изложена в доступной и понятной детям форме, дарит много положительных эмоций. С удовольствием сказку прочитают онлайн и дети, и родители.

Сказка Морской царь и Василиса Премудрая читать

Загрузка текста сказки…

Кто автор сказки

Литературовед А.Н. Афанасьев переложил знаменитую русскую народную сказку на литературный язык и включил ее в свой сборник сказок.

Краткое содержание сказки

Спешил царь из чужедальних стран домой. И вышло так, что он поклялся Морскому царю дать ему то, о чем в своем царстве не знает. Не ведал – не знал он, что родился у него долгожданный сын. Узнав радостную весть, понял тут царь, какую беду на родное дитя накликал. Вырос сын, и коварный властелин царства морского потребовал Ивана-царевича к себе. Добрая старушка-волшебница открыла Ивану-царевичу всю правду и научила, как получить колечко Василисы, дочери Морского царя. Сделал молодец все, как старушка велела, подарила красавица свое колечко парню и дорогу в подводное царство указала. Морской царь задал Иванушке три задания невыполнимых, только Василиса помогла царевичу их выполнить. Остался доволен Морской царь, предложил выбрать в жены одну из тринадцати дочерей. Женился молодец на Василисе и зажили они счастливо. Через некоторое время затосковал Иванушка по родной земле и просит Василису поехать с ним на святую Русь. Пришлось им много препятствий пройти, прежде чем попали в свое тридесятое царство. Хитростью да смелостью Морского царя они победили. Только впереди героев еще одно испытание ждало – на верность. Прошли и его Иванушка с Василисой. И стали они жить долго и счастливо. Читать сказку онлайн полностью можно на нашем сайте.

Анализ сказки Морской царь и Василиса Премудрая

Тема волшебной сказки – противостояние добра и зла. Сказка дает много жизненных уроков читателям: данное слово нужно держать, с почтением нужно относиться к людям, преодолевая трудности, становишься ближе к победе, нужно уметь прощать, ошибки исправлять никогда не поздно. Главные герои Иван-царевич и Василиса Премудрая идеализированы, а Василиса обладает еще и волшебной силой. Пройдя все испытания, герои обретают счастье. Основная мысль сказки Морской царь и Василиса Премудрая – чтобы преодолеть жизненные неурядицы, нужно бороться.

Мораль сказки Морской царь и Василиса Премудрая

Жизненная удача приходит к решительным и отчаянным. Мораль сказки Морской царь и Василиса Премудрая учит не пасовать перед трудностями.

Пословицы, поговорки и выражения сказки

  • Не дал слово – крепись, а дал слово – держись.
  • Кто не стучится, тому не открывают.

Читать сказки онлайн – увлекательное и полезное занятие!

Читать все Русские народные сказки

Сказка Морской царь и Василиса Премудрая

Время чтения: 16 мин.

За тридевять земель, в тридесятом государстве жил-был царь с царицею; детей у них не было. Поехал царь по чужим землям, по дальним сторонам, долгое время домой не бывал; на ту пору родила ему царица сына, Ивана-царевича, а царь про то и не ведает.

Стал он держать путь в свое государство, стал подъезжать к своей земле, а день-то был жаркий-жаркий, солнце так и пекло! И напала на него жажда великая;что ни дать, только бы воды испить! Осмотрелся кругом и видит невдалеке большое озеро; подъехал к озеру, слез с коня, прилег на землю и давай глотать студеную воду. Пьет и не чует беды; а царь морской ухватил его за бороду.

— Пусти! — просит царь.

— Не пущу, не смей пить без моего ведома!

— Какой хочешь возьми откуп—только отпусти!

— Давай то, чего дома не знаешь.

Царь подумал-подумал… Чего он дома не знает? Кажись, все знает, все ему ведомо, — и согласился. Попробовал бороду — никто не держит; встал с земли, сел на коня и поехал восвояси.

Вот приезжает домой, царица встречает его с царевичем, такая радостная, а он как узнал про свое милое детище, так и залился горькими слезами. Рассказал царице, как и что с ним было, поплакали вместе, да ведь делать-то нечего, слезами дела не поправишь.

Стали они жить по-старому; а царевич растет себе да растет, словно тесто на опаре, — не по дням, а по часам, — и вырос большой.

«Сколько ни держать при себе, — думает царь, — а отдавать надобно: дело неминучее!» Взял Ивана-царевича за руку, привел прямо к озеру.

— Поищи здесь, — говорит, — мой перстень; я ненароком вчера обронил.

Оставил одного царевича, а сам повернул домой. Стал царевич искать перстень, идет по берегу, и попадается ему навстречу старушка.

— Куда идешь, Иван-царевич?

— Отвяжись, не докучай, старая ведьма! И без тебя досадно.

— Ну, оставайся с богом!

И пошла старушка в сторону.

…А Иван-царевич пораздумался: «За что обругал я старуху? Дай ворочу ее; старые люди хитры и догадливы! Авось что и доброе скажет». И стал ворочать старушку:

— Воротись, бабушка, да прости мое слово глупое! Ведь я с досады вымолвил: заставил меня отец перстень искать, хожу-высматриваю, а перстня нет как нет!

— Не за перстнем ты здесь: отдал тебя отец морскому царю; выйдет морской царь и возьмет тебя с собою в подводное царство.

Горько заплакал царевич.

— Не тужи, Иван-царевич! Будет и на твоей улице праздник; только слушайся меня, старуху. Спрячься вон за тот куст смородины и притаись тихохонько. Прилетят сюда двенадцать голубиц — всё красных девиц, а вслед за ними и тринадцатая; станут в озере купаться; а ты тем временем унеси у последней сорочку и до тех пор не отдавай, пока не подарит она тебе своего колечка. Если не сумеешь этого сделать, ты погиб навеки; у морского царя кругом всего дворца стоит частокол высокий, на целые на десять верст, и на каждой спице по голове воткнуто; только одна порожняя, не угоди на нее попасть!

Иван-царевич поблагодарил старушку, спрятался за смородиновый куст и ждет поры-времени.

Вдруг прилетают двенадцать голубиц; ударились о сыру землю и обернулись красными девицами, все до единой красоты несказанной: ни вздумать, ни взгадать, ни пером написать! Поскидали платья и пустились в озеро: играют, плещутся, смеются, песни поют.

Вслед за ними прилетела и тринадцатая голубица; ударилась о сыру землю, обернулась красной девицей, сбросила с белого тела сорочку и пошла купаться; и была она всех пригожее, всех красивее!

Долго Иван-царевич не мог отвести очей своих, долго на нее заглядывался да припоминал, что говорила ему старуха, подкрался тихонько и унес сорочку.

Вышла из воды красная девица, хватилась — нет сорочки, унес кто-то; бросились все искать; искали, искали — не видать нигде.

— Не ищите, милые сестрицы! Улетайте домой; я сама виновата—недосмотрела, сама и отвечать буду. Сестрицы—красные девицы ударились о сыру землю, сделались голубицами, взмахнули крыльями и полетели прочь. Осталась одна девица, осмотрелась кругом и промолвила:

— Кто бы ни был таков, у кого моя сорочка, выходи сюда; коли старый человек — будешь мне родной батюшка, коли средних лет — будешь братец любимый, коли ровня мне — будешь милый друг!

Только сказала последнее слово, показался Иван-царевич. Подала она ему золотое колечко и говорит:

— Ах, Иван-царевич! Что давно не приходил? Морской царь на тебя гневается. Вот дорога, что ведет в подводное царство; ступай по ней смело! Там и меня найдешь; ведь я дочь морского царя, Василиса Премудрая.

Обернулась Василиса Премудрая голубкою и улетела от царевича.

А Иван-царевич отправился в подводное царство; видит — и там свет такой же, как у нас; и там поля, и луга, и рощи зеленые, и солнышко греет.

Приходит он к морскому царю. Закричал на него морской царь:

— Что так долго не бывал? За вину твою вот тебе служба: есть у меня пустошь на тридцать верст и в длину и поперек — одни рвы, буераки да каменье острое! Чтоб к завтрему было там как ладонь гладко, и была бы рожь посеяна, и выросла б к раннему утру так высока, чтобы в ней галка могла схорониться. Если того не сделаешь — голова твоя с плеч долой!

Идет Иван-царевич от морского царя, сам слезами обливается. Увидала его в окно из своего терема высокого Василиса Премудрая и спрашивает:

— Здравствуй, Иван-царевич! Что слезами обливаешься?

— Как же мне не плакать? — отвечает царевич. — Заставил меня царь морской за одну ночь сровнять рвы, буераки и каменья острые и засеять рожью, чтоб к утру она выросла и могла в ней галка спрятаться.

— Это не беда, беда впереди будет. Ложись с богом спать, утро вечера мудренее, все будет готово!

Лег спать Иван-царевич, а Василиса Премудрая вышла на крылечко и крикнула громким голосом:

— Гей вы, слуги мои верные! Ровняйте-ка рвы глубокие, сносите каменья острые, засевайте рожью колосистою, чтоб к утру поспела.

Проснулся на заре Иван-царевич, глянул — все готово: нет ни рвов, ни буераков, стоит поле как ладонь гладкое, и красуется на нем рожь — столь высока, что галка схоронится.

Пошел к морскому царю с докладом.

— Спасибо тебе, — говорит морской царь, — что сумел службу сослужить. Вот тебе другая работа: есть у меня триста скирдов, в каждом скирду по триста копен — все пшеница белоярая; обмолоти мне к завтрему всю пшеницу чисто-начисто, до единого зернышка, а скирдов не ломай и снопов не разбивай. Если не сделаешь — голова твоя с плеч долой!

— Слушаю, ваше величество! — сказал Иван-царевич; опять идет по двору да слезами обливается.

— О чем горько плачешь? — спрашивает его Василиса Премудрая.

— Как же мне не плакать? Приказал мне царь морской за одну ночь все скирды обмолотить, зерна не обронить, а скирдов не ломать и снопов не разбивать.

— Это не беда, беда впереди будет! Ложись спать с богом; утро вечера мудренее.

Царевич лег спать, а Василиса Премудрая вышла на крылечко и закричала громким голосом:

— Гей вы, муравьи ползучие! Сколько вас на белом свете ни есть — все ползите сюда и повыберите зерно из батюшкиных скирдов чисто-начисто.

Поутру зовет морской царь Ивана-царевича:

— Сослужил ли службу?

— Сослужил, ваше величество!

— Пойдем посмотрим.

Пришли на гумно — все скирды стоят нетронуты, пришли в житницы — все закрома полнехоньки зерном.

— Спасибо тебе, брат! — сказал морской царь.

— Сделай мне еще церковь из чистого воску, чтобы к рассвету была готова; это будет твоя последняя служба.

Опять идет Иван-царевич по двору и слезами умывается.

— О чем горько плачешь? — спрашивает его из высокого терема Василиса Премудрая.

— Как мне не плакать, доброму молодцу? Приказал морской царь за одну ночь сделать церковь из чистого воску.

— Ну, это еще не беда, беда впереди будет. Ложись-ка спать; утро вечера мудренее.

Царевич улегся спать, а Василиса Премудрая вышла на крылечко и закричала громким голосом:

— Гей вы, пчелы работящие! Сколько вас на белом свете ни есть, все летите стада и слепите из чистого воску церковь божию, чтоб к утру ‘была готова.

Поутру встал Иван-царевич, глянул — стоит церковь из чистого воску, и пошел к морскому царю с докладом.

— Спасибо тебе, Иван-царевич! Каких слуг у меня ни было, никто не сумел так угодить, как ты. Будь же за то моим наследником, всего царства сберегателем, выбирай себе любую из тринадцати дочерей моих в жены.

Иван-царевич выбрал Василису Премудрую; тотчас их обвенчали и на радостях пировали целых три дня.

Ни много ни мало прошло времени, стосковался Иван-царевич по своим родителям, захотелось ему на святую Русь.

— Что так грустен, Иван-царевич?

— Ах, Василиса Премудрая, взгрустнулось по отцу, по матери, захотелось на святую Русь.

— Вот это беда пришла! Если уйдем мы, будет за нами погоня великая; морской царь разгневается и предаст нас смерти. Надо ухитряться!

Плюнула Василиса Премудрая в трех углах, заперла двери в своем тереме и побежала с Иваном-царевичем на святую Русь.

На другой день ранехонько приходят посланные от морского царя — молодых подымать, во дворец к царю звать. Стучатся в двери:

— Проснитеся, пробудитеся! Вас батюшка зовет.

— Еще рано, мы не выспались: приходите после! — отвечает одна слюнка.

Вот посланные ушли, обождали час-другой и опять стучатся:

— Не пора-время спать, пора-время вставать!

— Погодите немного: встанем, оденемся! — отвечает вторая слюнка.

В третий раз приходят посланные:

— Царь-де морской гневается, зачем так долго они прохлаждаются.

— Сейчас будем! — отвечает третья слюнка.

Подождали-подождали посланные и давай опять стучаться: нет отклика, вет отзыва! Выломали двери, а в тереме пусто.

Доложили дарю, чаю молодые убежали; озлобился он и послал за ними погоню великую.

А Василиса Премудрая с Иваном-царевичем уже далеко-далеко! Скачут на борзых конях без остановки, без роздыху.

Ну-ка, Ивав-царевич, припади к сырой земле да послушай, нет ли погони от морского царя?

Иван-царевич соскочил с коня, припал ухом к сырой землу и говорит:

— Слышу я людскую молвь и конский топ!

— Это за нами гонят! — сказала Василиса Премудрая и тотчас обратила коней зеленым лугом, Ивана-царевича — старым пастухом, а сама сделалась смирною овечкою.

Наезжает погоня:

— Эй, старичок! Не видал ли ты — не проскакал ли здесь добрый молодец с красной девицей?

— Нет, люди добрые, не видал, — отвечает Иван-царевич, — сорок лет, как пасу на этом месте, — ни одна птица мимо не пролетывала, ни один зверь мимо не прорыскивал!

Воротилась погоня назад:

— Ваше царское величество! Никого в пути не наехали, видали только: пастух овечку пасет.

— Что ж не хватали? Ведь это они были! — закричал морской царь и послал новую погоню.

А Иван-царевич с Василисою Премудрою давным-давно скачут на борзых конях.

— Ну, Иван-царевич, припади к сырой земле да послушай, нет ли погони от морского царя?

Иван-царевич слез с коня, припал ухом к сырой земле и говорит:

— Слышу я людскую молвь и конский топ.

— Это за нами гонят! — сказала Василиса Премудрая; сама сделалась церковью, Ивана-царевича обратила стареньким попом, а лошадей — деревьями.

Наезжает погоня:

— Эй, батюшка! Не видал ли ты, не проходил ли здесь пастух с овечкою?

— Нет, люди: добрые, не видал; сорок лет тружусь в этой церкви — ни одна птица мимо не пролетала, ни один зверь мимо не прорыскивал.

Повернула погоня назад:

— Ваше царское величество! Нигде не нашли пастуха с овечкою; только в пути и видели, что церковь да попа-старика.

— Что же вы церковь не разломали, попа не захватили? Ведь это они самые были! — закричал морской царь и сам поскакал вдогонь за Иваном-царевичем и Василисою Премудрою.

А они далеко уехали.

Опять говорит Василиса Премудрая:

— Иван-царевич! Припади к сырой земле — не слыхать ли погони?

Слез Иван-царевич с коня, припал ухом к сырой земле и говорит:

— Слышу я людскую молвь и конский топ пуще прежнего.

— Это сам царь скачет.

Оборотила Василиса Премудрая коней озером, Ивана-царевича — селезнем, а сама сделалась уткою.

Прискакал царь морской к озеру, тотчас догадался, кто таковы утка и селезень; ударился о сыру землю и обернулся орлом. Хочет орел убить их до смерти, да не тут-то было: что не разлетится сверху… вот-вот ударит селезня, а селезень в воду нырнет; вот-вот ударит утку, а утка в воду нырнет! Бился, бился, так ничего не смог сделать. Поскакал царь морской в свое подводное царство, а Василиса Премудрая с Иваном-царевичем выждали доброе время и поехали на святую Русь.

Долго ли, коротко ли, приехали они в тридесятое царство.

— Подожди меня в этом лесочке, — говорит Иван-царевич Василисе Премудрой, — я пойду доложусь наперед отцу, матери.

— Ты меня забудешь, Иван-царевич!

— Нет, не забуду.

— Нет, Иван-царевич, не говори, позабудешь! Вспомни обо мне хоть тогда, как станут два голубка в окна биться!

Пришел Иван-царевич во дворец; увидали его родители, бросились ему на шею и стали целовать-миловать его; на радостях позабыл Иван-царевич про Василису Премудрую.

Живет день и другой с отцом, с матерью, а на третий задумал свататься к какой-то королевне.

Василиса Премудрая пошла в город и нанялась к просвирне в работницы. Стали просвиры готовить; она взяла два кусочка теста, слепила пару голубков и посадила в печь.

— Разгадай, хозяюшка, что будет из этих голубков?

— А что будет? Съедим их — вот и все!

— Нет, не угадала!

Открыла Василиса Премудрая печь, отворила окно — и в ту ж минуту голуби встрепенулися, полетели прямо во дворец и начали биться в окна; сколько прислуга царская ни старалась, ничем не могла отогнать прочь.

Тут только Иван-царевич вспомнил про Василису Премудрую, послал гонцов во все концы расспрашивать да разыскивать и нашел ее у просвирни; взял за руки белые, целовал в уста сахарные, привел к отцу, к матери, и стали все вместе жить да поживать да добра наживать.

Русская сказка - Тайны Василисы Премудрой

про Василису Премудрую. Действительно очень загадочный сказочный персонаж. Откуда сей образ вообще взялся в русском фолклёрё? С Еленой Прекрасной вроде как понятно. Это

античной мифологии, видимо знакомый древнерусским книжникам (про

слишком уж фантастично). А вот Василиса? В переводе с греческого означает "царица". Но вот кто был её прообразом?

Все мы с детства знакомы с Василисой Премудрой. По другой версии - Прекрасной.
Нашел тут материал и захотелось поделится с вами.
Мне он показался интересным.

***

Речь - про невесту главного героя. Будь он Иван-царевич или Иванушка-дурачок, ему непременно найдется Василиса Премудрая или Василиса Прекрасная. Девицу полагается сначала спасти, а потом жениться - все честь по чести. Вот только девица непростая. Она может скрываться в образе лягушки, обладать какими-то колдовским и способностями, уметь говорить с животными, солнцем, ветром и луной…

В общем, она явно непростая девушка. При этом еще и какая-то "засекреченная". Судите сами: найти сведения о ней намного труднее, чем о каком-либо другом сказочном персонаже. В энциклопедиях (как в классических, бумажных, так и в новых, сетевых) легко отыщутся пространные статьи об Илье Муромце и Добрыне Никитиче, о Кощее Бессмертном и о Бабе Яге, о русалках, леших и водяных, а вот про Василису почти ничего и нет. На поверхности лежит лишь коротенькая статья в Большой советской энциклопедии, которая гласит:

"Василиса Премудрая - персонаж русских народных волшебных сказок. В большинстве из них Василиса Премудрая - дочь морского царя, наделенная мудростью и способностью превращения. Тот же женский образ выступает под именем Марьи-царевны, Марьи Моревны, Елены Прекрасной. Максим Горький назвал Василису Премудрую одним из наиболее совершенных образов, созданных народной фантазией. Иной по своей природе является обездоленная сиротка - Василиса Прекрасная в уникальном тексте Афанасьева".

Начнем, пожалуй, с Василисы-старшей, с той, которую Горький отождествил с Марьей-царевной, Марьей Моревной и Еленой Прекрасной. И на то были все основания. Все эти персонажи очень похожи, например, тем, что ничего про них в сказках толком не сказано. Мол, красная девица, каких свет не видывал - и все. Ни подробного описания внешности, ни каких-то черт характера. Просто женщина-функция, без которой не получится сказка: ведь должен же герой завоевать принцессу, а кто она там - дело десятое. Пусть будет Василиса.

Имя, кстати, намекает на высокое происхождение. Имя "Василиса" можно перевести с греческого как "царственная". И эта царственная девица (иногда в сказках она так и называется - Царь-девица) начинает подвергать героя испытаниям. То есть порой это делает не она, а какой-нибудь сказочный злодей вроде Кощея Бессмертного или Змея Горыныча, который похитил царевну и держит в плену (в лучшем случае) или собирается сожрать (в худшем).

Иногда в роли злодея выступает отец потенциальной невесты. В сказке, где Василиса предстает дочерью водяного царя, владыка морских вод чинит герою препятствия, чтобы погубить его, но проигрывает, потому что враг вдруг оказывается мил сердцу его дочери, и никакое колдовство не может его одолеть. Но тут все более-менее понятно: есть некая злая сила (дракон, чародей или злые родители девушки), и герой должен сразиться с неприятелем. Собственно, именно так он и становится героем. А принцесса, королевна или царевна (неважно) - награда для героя.

Впрочем, бывает и так, что Иван-царевич или Иван-дурак или еще какой-нибудь центральный сказочный персонаж вынужден проходить испытания не из-за драконов или колдунов - его мучает сама невеста. То герою нужно на коне допрыгнуть до окон ее светлицы и поцеловать красавицу в уста сахарные, то узнать девицу среди двенадцати подруг, выглядящих точь-в-точь как она, то нужно поймать беглянку - или продемонстрировать завидное хитроумие, чтобы спрятаться от царевны так, чтобы та его не отыскала. На худой конец, герою предлагается разгадывать загадки. Но в той или иной форме Василиса будет его проверять.

Казалось бы, что необычного в испытаниях? Испытывать мужчину - это вообще в женском характере: достаточно ли он хорош, чтобы связать с ним свою жизнь или родить ему потомство, обладает ли он силой и умом для того, чтобы быть достойным супругом и отцом? С биологической точки зрения все совершенно правильно. Однако есть одна маленькая деталь. Если несчастный Иван не выполнит задания, то его ожидает смерть - и это неоднократно подчеркивается в десятках русских сказок.

Спрашивается, почему прекрасная царевна демонстрирует кровожадность, которая скорее к лицу Змею Горынычу? Потому, что на самом деле она замуж совершенно не хочет. Более того, она враг герою, полагает знаменитый исследователь русского фольклора Владимир Пропп в своей книге "Исторические корни волшебной сказки":

"Задача задается как испытание жениха… Но эти задачи интересны еще другим. Они содержат момент угрозы: "Если не сделает - срубить за провинность голову". Эта угроза выдает еще другую мотивировку. В задачах и угрозах сквозит не только желанье иметь для царевны наилучшего жениха, но и тайная, скрытая надежда, что такого жениха вообще не будет.

Слова "пожалуй, я согласна, только выполни наперед три задачи" полны коварства. Жениха посылают на гибель... В некоторых случаях эта враждебность выражена совершенно ясно. Она проявляется наружу тогда, когда задача уже выполнена и когда задаются все новые и новые и все более опасные задачи".

Почему Василиса, она же Марья Моревна, она же Елена Прекрасная, против замужества? Возможно, в сказках, где она постоянно чинит козни главному герою, это замужество ей просто не нужно. Она или сама правит страной - и ей не нужен муж как конкурент у власти, или же она - дочь царя, который будет свергнут ее потенциальным супругом, чтобы захватить престол. Вполне логичная версия.

Как пишет все тот же Пропп, сюжет о кознях, которые герою чинит будущий тесть на пару с дочерью или наперекор ей, вполне мог иметь под собой реальные основания. По мнению Проппа, борьба за престол между героем и старым царем есть явление вполне историческое. Сказка здесь отражает переход власти от тестя к зятю через женщину, через дочь. И это лишний раз объясняет, почему в сказках так мало говорится о внешности и характере невесты - это персонаж-функция: или приз герою, или средство достижения власти. Грустная история.

Между тем, в русской традиции есть сказка, которая рассказывает о детстве, отрочестве и юности Василисы. Как раз о ней упоминал Горький, говоря, что она не похожа на обычный образ царевны, которую пробует завоевать герой. В этой сказке Василиса - девочка-сирота. Не факт, что это тот же самый персонаж. Тем не менее, эта Василиса, в отличие от других сказочных тезок, абсолютно полнокровная героиня - с биографией, характером и так далее.

Пунктиром набросаю сюжетную линию. У купца умирает супруга, оставив ему маленькую дочь. Отец решает жениться снова. У мачехи есть свои дочери, и вся эта новая компания начинает тиранить Василису, загружая ее непосильной работой. В общем, очень похоже на сказку про Золушку. Похоже, да не совсем, потому что Золушке помогла фея-крестная, а Василисе - жуткая ведьма из леса.

Получилось это вот как. Мачеха и ее дочери сказали, что в доме нет больше огня, и отправили Василису в лес к Бабе Яге, само собой, надеясь, что она не вернется. Девушка послушалась. Ее дорога через темный лес была страшной - и странной: она встретила трех всадников, одного белого, другого красного, и третьего черного, и все они ехали в сторону Яги.

Когда Василиса добралась до ее обиталища, то ее встретил высокий забор из кольев, усаженных человеческими черепами. Не менее жутким оказался дом Яги: например, вместо слуг у ведьмы было три пары рук, которые появлялись ниоткуда и исчезали неведомо куда. Но самым страшным в этом доме существом была Баба Яга.

Ведьма, однако, приняла Василису благосклонно и пообещала, что огня ей даст, если Василиса выполнит все ее задания. Выполнение тяжелых заданий - непременный путь героя. В отличие от сказок, о которых говорилось выше, в этой его проходит женщина, потому и задания у нее женские, просто их слишком много: и двор вычистить, и избу вымести, и белье перестирать, и обед приготовить, и зерна перебрать, и все - за один день. Само собой, если задания будут выполнены плохо, Баба Яга пообещала Василису съесть.

Василиса постирала одежду Яги, убирает ее дом, приготовила ей еду, потом научилась отделять здоровые зерна от зараженных, а мак - от грязи. После Яга позволила Василисе задать ей несколько вопросов. Василиса спросила о трех загадочных всадниках - белом, красном и черном. Ведьма ответила, что это ясный день, красное солнце и черная ночь, и все они - ее верные слуги. То есть Баба Яга в этой сказке - чрезвычайно могущественная колдунья.

После она поинтересовалась у Василисы, что же она не спрашивает дальше, про мертвые руки, например, и Василиса отвечает, что, мол, если много знать - скоро состаришься. Яга посмотрела на нее и, сощурившись, сказала, что ответ верен: слишком любопытных она не любит и ест. А после поинтересовалась, как это Василисе удается отвечать на ее вопросы без ошибок и как она умудрилась правильно выполнить всю работу.

Василиса ответила, что ей помогло материнское благословение, и тогда ведьма вытолкала ее за порог: "Не надо мне здесь благословенных". Но в придачу дала девушке огня - сняла с ограды череп, чьи глазницы полыхали пламенем. И когда Василиса вернулась домой, череп сжег ее мучительниц.

Жуткая сказка. А суть ее в том, что Василиса Прекрасная, выполняя задания Бабы Яги, многому у нее научилась. Например, стирая одежду Яги, Василиса в буквальном смысле увидела, из чего старуха сшита, пишет в своей книге "Бегущая с волками" известная исследовательница сказок Кларисса Эстес:

"В символике архетипа одежда соответствует персоне, тому первому впечатлению, которое мы производим на окружающих. Персона - нечто вроде камуфляжа, который позволяет показать другим только то, что хотим мы сами, и не больше. Но … персона - не только маска, за которой можно спрятаться, но присутствие, затмевающее привычную личность.

В этом смысле персона или маска - это знак ранга, достоинства, характера и власти. Это внешний указатель, внешнее проявление мастерства. Стирая одежду Яги, посвящаемая воочию увидит, как выглядят швы персоны, как скроено платье".

И так - во всем. Василиса видит, как и что Яга ест, как заставляет мир вертеться вокруг себя, а день, солнце и ночь - ходить у себя в прислужниках. И страшный череп, полыхающий огнем, который ведьма вручает девушке, в данном случае - символ особого колдовского знания, которое та получила, находясь у Яги в послушницах.

Колдунья, кстати, может, и продолжила бы обучение, не окажись Василиса благословенной дочкой. Но не сложилось. И Василиса, вооруженная силой и тайными знаниями, отправилась обратно в мир. В таком случае понятно, откуда у Василисы волшебные навыки, которые нередко упоминаются в других сказках. Так же понятно, почему она может быть и доброй, и злой.

Она по-прежнему благословенное дитя, но школу Бабы Яги тоже никуда не денешь. Потому Василиса перестала быть кроткой сироткой: ее враги погибли, а сама она вышла замуж за царевича и села на престол…

www.softmixer.com

Морской царь и Василиса Премудрая

Морской царь и Василиса Премудрая — сказка, про то, как Василиса Премудрая помогает Ивану-царевичу справиться со всеми заданиями Морского царя и вернуться к себе домой…(А.Н. Афанасьеа, т.2)

Морской царь и Василиса Премудрая читать

За тридевять земель, в тридесятом государстве жил — был царь с царицею; детей у них не было. Поехал царь по чужим землям, по дальним сторонам, долгое время домой не бывал; на ту пору родила ему царица сына, Ивана — царевича, а царь про то и не ведает.

Стал он держать путь в свое государство, стал подъезжать к своей земле, а день — то был жаркий — жаркий, солнце так и пекло! И напала на него жажда великая; что ни дать, только бы воды испить! Осмотрелся кругом и видит невдалеке большое озеро; подъехал к озеру, слез с коня, прилег на землю и давай глотать студеную воду. Пьет и не чует беды; а царь морской ухватил его за бороду.

морской царь и василиса премудрая4

— Пусти! — просит царь.

— Не пущу, не смей пить без моего ведома!

— Какой хочешь возьми откуп — только отпусти!

— Давай то, чего дома не знаешь.

Царь подумал — подумал… Чего он дома не знает? Кажись, все знает, все ему ведомо, — и согласился. Попробовал бороду — никто не держит; встал с земли, сел на коня и поехал восвояси.

Вот приезжает домой, царица встречает его с царевичем, такая радостная, а он как узнал про свое милое детище, так и залился горькими слезами. Рассказал царице, как и что с ним было, поплакали вместе, да ведь делать — то нечего, слезами дела не поправишь.

Стали они жить по — старому; а царевич растет себе да растет, словно тесто на опаре, — не по дням, а по часам, — и вырос большой.

«Сколько ни держать при себе, — думает царь, — а отдавать надобно: дело неминучее!» Взял Ивана — царевича за руку, привел прямо к озеру.

— Поищи здесь, — говорит, — мой перстень; я ненароком вчера обронил.

Оставил одного царевича, а сам повернул домой. Стал царевич искать перстень, идет по берегу, и попадается ему навстречу старушка.

— Куда идешь, Иван — царевич?

— Отвяжись, не докучай, старая ведьма! И без тебя досадно.

— Ну, оставайся с богом!

И пошла старушка в сторону.

…А Иван — царевич пораздумался: «За что обругал я старуху? Дай ворочу ее; старые люди хитры и догадливы! Авось что и доброе скажет». И стал ворочать старушку:

— Воротись, бабушка, да прости мое слово глупое! Ведь я с досады вымолвил: заставил меня отец перстень искать, хожу — высматриваю, а перстня нет как нет!

— Не за перстнем ты здесь: отдал тебя отец морскому царю; выйдет морской царь и возьмет тебя с собою в подводное царство.

Горько заплакал царевич.

— Не тужи, Иван — царевич! Будет и на твоей улице праздник; только слушайся меня, старуху. Спрячься вон за тот куст смородины и притаись тихохонько. Прилетят сюда двенадцать голубиц — всё красных девиц, а вслед за ними и тринадцатая; станут в озере купаться; а ты тем временем унеси у последней сорочку и до тех пор не отдавай, пока не подарит она тебе своего колечка. Если не сумеешь этого сделать, ты погиб навеки; у морского царя кругом всего дворца стоит частокол высокий, на целые на десять верст, и на каждой спице по голове воткнуто; только одна порожняя, не угоди на нее попасть!

Иван — царевич поблагодарил старушку, спрятался за смородиновый куст и ждет поры — времени.

Вдруг прилетают двенадцать голубиц; ударились о сыру землю и обернулись красными девицами, все до единой красоты несказанной: ни вздумать, ни взгадать, ни пером написать! Поскидали платья и пустились в озеро: играют, плещутся, смеются, песни поют.

Вслед за ними прилетела и тринадцатая голубица; ударилась о сыру землю, обернулась красной девицей, сбросила с белого тела сорочку и пошла купаться; и была она всех пригожее, всех красивее!

Долго Иван — царевич не мог отвести очей своих, долго на нее заглядывался да припоминал, что говорила ему старуха, подкрался тихонько и унес сорочку.

морской царь и василиса премудрая3

Вышла из воды красная девица, хватилась — нет сорочки, унес кто — то; бросились все искать; искали, искали — не видать нигде.

— Не ищите, милые сестрицы! Улетайте домой; я сама виновата — недосмотрела, сама и отвечать буду. Сестрицы — красные девицы ударились о сыру землю, сделались голубицами, взмахнули крыльями и полетели прочь. Осталась одна девица, осмотрелась кругом и промолвила:

— Кто бы ни был таков, у кого моя сорочка, выходи сюда; коли старый человек — будешь мне родной батюшка, коли средних лет — будешь братец любимый, коли ровня мне — будешь милый друг!

Только сказала последнее слово, показался Иван — царевич. Подала она ему золотое колечко и говорит:

— Ах, Иван — царевич! Что давно не приходил? Морской царь на тебя гневается. Вот дорога, что ведет в подводное царство; ступай по ней смело! Там и меня найдешь; ведь я дочь морского царя, Василиса Премудрая.

Обернулась Василиса Премудрая голубкою и улетела от царевича.

А Иван — царевич отправился в подводное царство; видит — и там свет такой же, как у нас; и там поля, и луга, и рощи зеленые, и солнышко греет.

Приходит он к морскому царю. Закричал на него морской царь:

— Что так долго не бывал? За вину твою вот тебе служба: есть у меня пустошь на тридцать верст и в длину и поперек — одни рвы, буераки да каменье острое! Чтоб к завтрему было там как ладонь гладко, и была бы рожь посеяна, и выросла б к раннему утру так высока, чтобы в ней галка могла схорониться. Если того не сделаешь — голова твоя с плеч долой!

Идет Иван — царевич от морского царя, сам слезами обливается. Увидала его в окно из своего терема высокого Василиса Премудрая и спрашивает:

— Здравствуй, Иван — царевич! Что слезами обливаешься?

— Как же мне не плакать? — отвечает царевич. — Заставил меня царь морской за одну ночь сровнять рвы, буераки и каменья острые и засеять рожью, чтоб к утру она выросла и могла в ней галка спрятаться.

— Это не беда, беда впереди будет. Ложись с богом спать, утро вечера мудренее, все будет готово!

Лег спать Иван — царевич, а Василиса Премудрая вышла на крылечко и крикнула громким голосом:

— Гей вы, слуги мои верные! Ровняйте-ка рвы глубокие, сносите каменья острые, засевайте рожью колосистою, чтоб к утру поспела.

морской царь и василиса премудрая2

Проснулся на заре Иван — царевич, глянул — все готово: нет ни рвов, ни буераков, стоит поле как ладонь гладкое, и красуется на нем рожь — столь высока, что галка схоронится.

Пошел к морскому царю с докладом.

— Спасибо тебе, — говорит морской царь, — что сумел службу сослужить. Вот тебе другая работа: есть у меня триста скирдов, в каждом скирду по триста копен — все пшеница белоярая; обмолоти мне к завтрему всю пшеницу чисто — начисто, до единого зернышка, а скирдов не ломай и снопов не разбивай. Если не сделаешь — голова твоя с плеч долой!

— Слушаю, ваше величество! — сказал Иван — царевич; опять идет по двору да слезами обливается.

— О чем горько плачешь? — спрашивает его Василиса Премудрая.

— Как же мне не плакать? Приказал мне царь морской за одну ночь все скирды обмолотить, зерна не обронить, а скирдов не ломать и снопов не разбивать.

— Это не беда, беда впереди будет! Ложись спать с богом; утро вечера мудренее.

Царевич лег спать, а Василиса Премудрая вышла на крылечко и закричала громким голосом:

— Гей вы, муравьи ползучие! Сколько вас на белом свете ни есть — все ползите сюда и повыберите зерно из батюшкиных скирдов чисто — начисто.

Поутру зовет морской царь Ивана — царевича:

— Сослужил ли службу?

— Сослужил, ваше величество!

— Пойдем посмотрим.

Пришли на гумно — все скирды стоят нетронуты, пришли в житницы — все закрома полнехоньки зерном.

— Спасибо тебе, брат! — сказал морской царь.

— Сделай мне еще церковь из чистого воску, чтобы к рассвету была готова; это будет твоя последняя служба.

Опять идет Иван — царевич по двору и слезами умывается.

— О чем горько плачешь? — спрашивает его из высокого терема Василиса Премудрая.

— Как мне не плакать, доброму молодцу? Приказал морской царь за одну ночь сделать церковь из чистого воску.

— Ну, это еще не беда, беда впереди будет. Ложись-ка спать; утро вечера мудренее.

Царевич улегся спать, а Василиса Премудрая вышла на крылечко и закричала громким голосом:

— Гей вы, пчелы работящие! Сколько вас на белом свете ни есть, все летите стада и слепите из чистого воску церковь божию, чтоб к утру была готова.

Поутру встал Иван — царевич, глянул — стоит церковь из чистого воску, и пошел к морскому царю с докладом.

— Спасибо тебе, Иван — царевич! Каких слуг у меня ни было, никто не сумел так угодить, как ты. Будь же за то моим наследником, всего царства сберегателем, выбирай себе любую из тринадцати дочерей моих в жены.

Иван — царевич выбрал Василису Премудрую; тотчас их обвенчали и на радостях пировали целых три дня.

Ни много ни мало прошло времени, стосковался Иван — царевич по своим родителям, захотелось ему на святую Русь.

— Что так грустен, Иван — царевич?

— Ах, Василиса Премудрая, взгрустнулось по отцу, по матери, захотелось на святую Русь.

— Вот это беда пришла! Если уйдем мы, будет за нами погоня великая; морской царь разгневается и предаст нас смерти. Надо ухитряться!

Плюнула Василиса Премудрая в трех углах, заперла двери в своем тереме и побежала с Иваном — царевичем на святую Русь.

На другой день ранехонько приходят посланные от морского царя — молодых подымать, во дворец к царю звать. Стучатся в двери:

— Проснитеся, пробудитеся! Вас батюшка зовет.

— Еще рано, мы не выспались: приходите после! — отвечает одна слюнка.

Вот посланные ушли, обождали час — другой и опять стучатся:

— Не пора — время спать, пора — время вставать!

— Погодите немного: встанем, оденемся! — отвечает вторая слюнка.

В третий раз приходят посланные:

— Царь — де морской гневается, зачем так долго они прохлаждаются.

— Сейчас будем! — отвечает третья слюнка.

Подождали — подождали посланные и давай опять стучаться: нет отклика, нет отзыва! Выломали двери, а в тереме пусто.

Доложили дарю, чаю молодые убежали; озлобился он и послал за ними погоню великую.

А Василиса Премудрая с Иваном — царевичем уже далеко — далеко! Скачут на борзых конях без остановки, без роздыху.

Ну-ка, Иван — царевич, припади к сырой земле да послушай, нет ли погони от морского царя?

Иван — царевич соскочил с коня, припал ухом к сырой земле и говорит:

— Слышу я людскую молвь и конский топ!

— Это за нами гонят! — сказала Василиса Премудрая и тотчас обратила коней зеленым лугом, Ивана — царевича — старым пастухом, а сама сделалась смирною овечкою.

Наезжает погоня:

— Эй, старичок! Не видал ли ты — не проскакал ли здесь добрый молодец с красной девицей?

— Нет, люди добрые, не видал, — отвечает Иван — царевич, — сорок лет, как пасу на этом месте, — ни одна птица мимо не пролетывала, ни один зверь мимо не прорыскивал!

Воротилась погоня назад:

— Ваше царское величество! Никого в пути не наехали, видали только: пастух овечку пасет.

— Что ж не хватали? Ведь это они были! — закричал морской царь и послал новую погоню.

А Иван — царевич с Василисою Премудрою давным-давно скачут на борзых конях.

— Ну, Иван — царевич, припади к сырой земле да послушай, нет ли погони от морского царя?

Иван — царевич слез с коня, припал ухом к сырой земле и говорит:

— Слышу я людскую молвь и конский топ.

— Это за нами гонят! — сказала Василиса Премудрая; сама сделалась церковью, Ивана — царевича обратила стареньким попом, а лошадей — деревьями.

Наезжает погоня:

— Эй, батюшка! Не видал ли ты, не проходил ли здесь пастух с овечкою?

— Нет, люди: добрые, не видал; сорок лет тружусь в этой церкви — ни одна птица мимо не пролетала, ни один зверь мимо не прорыскивал.

Повернула погоня назад:

— Ваше царское величество! Нигде не нашли пастуха с овечкою; только в пути и видели, что церковь да попа — старика.

— Что же вы церковь не разломали, попа не захватили? Ведь это они самые были! — закричал морской царь и сам поскакал вдогонь за Иваном — царевичем и Василисою Премудрою.

А они далеко уехали.

Опять говорит Василиса Премудрая:

— Иван — царевич! Припади к сырой земле — не слыхать ли погони?

Слез Иван — царевич с коня, припал ухом к сырой земле и говорит:

— Слышу я людскую молвь и конский топ пуще прежнего.

— Это сам царь скачет.

Оборотила Василиса Премудрая коней озером, Ивана — царевича — селезнем, а сама сделалась уткою.

морской царь и василиса премудрая1

Прискакал царь морской к озеру, тотчас догадался, кто таковы утка и селезень; ударился о сыру землю и обернулся орлом. Хочет орел убить их до смерти, да не тут — то было: что не разлетится сверху… вот — вот ударит селезня, а селезень в воду нырнет; вот — вот ударит утку, а утка в воду нырнет! Бился, бился, так ничего не смог сделать. Поскакал царь морской в свое подводное царство, а Василиса Премудрая с Иваном — царевичем выждали доброе время и поехали на святую Русь.

Долго ли, коротко ли, приехали они в тридесятое царство.

— Подожди меня в этом лесочке, — говорит Иван — царевич Василисе Премудрой, — я пойду доложусь наперед отцу, матери.

— Ты меня забудешь, Иван — царевич!

— Нет, не забуду.

— Нет, Иван — царевич, не говори, позабудешь! Вспомни обо мне хоть тогда, как станут два голубка в окна биться!

Пришел Иван — царевич во дворец; увидали его родители, бросились ему на шею и стали целовать — миловать его; на радостях позабыл Иван — царевич про Василису Премудрую.

Живет день и другой с отцом, с матерью, а на третий задумал свататься к какой — то королевне.

Василиса Премудрая пошла в город и нанялась к просвирне в работницы. Стали просвиры готовить; она взяла два кусочка теста, слепила пару голубков и посадила в печь.

— Разгадай, хозяюшка, что будет из этих голубков?

— А что будет? Съедим их — вот и все!

— Нет, не угадала!

Открыла Василиса Премудрая печь, отворила окно — и в ту ж минуту голуби встрепенулися, полетели прямо во дворец и начали биться в окна; сколько прислуга царская ни старалась, ничем не могла отогнать прочь.

Тут только Иван — царевич вспомнил про Василису Премудрую, послал гонцов во все концы расспрашивать да разыскивать и нашел ее у просвирни; взял за руки белые, целовал в уста сахарные, привел к отцу, к матери, и стали все вместе жить да поживать да добра наживать.

морской царь и василиса премудрая5

(Илл. В.Служаева, illustrators.ru)

Leave a Reply